Книгу открываем. Смотрим… Есть!
«Please answer the following questions» [18]. Вот это другое дело, подходим к самой сути. Что первое? «Language of communication» [19]. Украинский, что ли, заказать? Ладно, пусть будет общепонятный. Пишем… Кляксу бы не посадить!.. «Mode: active or gentle» [20]. Не надо «gentle», не сахарные. «Name and surname of Jimmy-Johns» [21] Ого, какие вопросы интересные! Ладно, пишем: Джеймс Грант Третий и Джоанна Килмор, не родственники и не однофамильцы. Что на закуску? «What is Crystal Mensky?» [22] Вот это да!
…Стены в трещинах, осколки витража в левом окне, в том, что справа, и того нет. Мраморная доска над самым полом, полустертые буквы в три ряда, над ними крест… Ничего себе церквушка! Кто же здесь притаился? В славные времена Джеймса Гранта и Джоанны Килмор таких вопросиков не задавали. Ладно, как там статья называлась? «Квантовая механика: новые эксперименты, новые приложения и новые формулировки старых вопросов». А если по-английски?
«Quantum mechanics: new experiments…»
Ставим точку, на чернила дуем. Закрываем!..
– Здравствуйте, коллега! Надеюсь, этот простенький сон вам понравится…
Предупреждать надо! Вот он, мастер вопросов, прямо на скамье. Белая риза, капюшон до самого носа, ни лица, ни рук, один палец из рукава выглядывает… Ну, так не интересно!
– …К сожалению, наш разговор будет несколько односторонним. Я – всего лишь запись. Ваши ответы позволили определить, так сказать, нужный уровень общения. Значит, объяснять вам ничего не требуется, просто отдыхайте. Когда я все это придумывал, то представлял себе итальянскую глушь времен Ринальдо Ринальдини. Кстати, разбойники тут есть, но не очень кровожадные…
Легкий смешок. Кажется, он не слишком молод, этот таинственный монах.
– Обычно на этом месте я прощаюсь. Но вы знаете, кто такой Грант Третий. И вы читали Менского… Значит, коллега, мы оба гости в данном ответвлении Мультиверса. Как вы, вероятно, убедились, мир этот не очень обычен. Принимайте его таким, какой он есть, но все-таки соблюдайте разумную осторожность. Об остальном пока позвольте умолчать. Хотите подробностей – загляните в книгу. Третья страница…
Спросить бы его… Да как спросишь? Палец – и тот полупрозрачный. Вполне себе призрак, пугало для здешних пейзанок.
– И еще. Не спешите, коллега, в этом мире умирать. Сначала найдите меня. Ну, всего наилучшего!..
Порадовал, называется… Порадовал – и сгинул. И что прикажете делать? Какая там страница? Третья? Ага, уже на русском, язык, стало быть, инсталлирован. «Французское Марокко, город Эль-Джадира, улица…» Что-то знакомое! То есть, не что-то – очень даже знакомое. Жаль, картинка слишком простая, прямой контакт невозможен. Для такого дела требуется особый файл, связной… Если, конечно, у этого призрака вообще есть желание общаться.
Ну что, пора? А то проснусь – и ничего не увижу. Интересно, девица все еще там? Должна быть, она здесь вроде экскурсовода. Ходячая инструкция в деревянных башмачках.
– Ой, молодой господин! Молодой господин! Вы помолились нашему Святому? Вы должны были обязательно вознести молитву, мне голос свыше был…
Да, с языком уже все в порядке. С пастушкой тоже – улыбается, глазками моргает. Луна-парк начинает программу. Для самых нетерпеливых первый номер уже на сцене. А если чуть глубже копнуть?
– Помолился. С большим успехом… Слушай, а чего ты ко мне пристала? Сидел на дереве, не трогал никого. У тебя дел других нет?
Сейчас плакать начнет… Уже плачет. Может, зря я так? Пастушка все-таки не компьютерный персонаж, а творение живое. Существует, чувствует, мыслит… Слезы льет.
– Я чем-то обидела молодого господина? Думала… Думала, молодой господин будет мне рад. Мы обычно встречаемся с молодым господином под деревом, я отпросилась у отца, пришла…
А имен-то и нет! Вероятно, можно выбрать любое, по вкусу. Вредный я человек, вместо того, чтобы кататься на карусели, начинаю разбирать механизм. Но если я не просто любитель поспать, а «коллега»…
– Ну-ка пойдем…
Церковь лучше оставить за деревьями, до реки далеко… А вот сюда можно. Холмик, кусты, лужок, какие-то серые камни… И никого. Как там пейзанка, не отстала? Не отстала, рядом бежит.
– Ой, молодой господин, вы идете так быстро…
– Уже пришел. Сядем! Да, прямо на траву.
Штаны я точно испачкаю, но это издержки производства, как и ее платье. Ничего, к следующему моему визиту отстирает. А вот тянуться ко мне не надо. Дистанция!
– Я спрашиваю, ты отвечаешь. Это будет как игра. Согласна?
– Да, молодой…
Горят глазенки!.. Если бы я работал над этой гравюрой, сценарий был бы прост. Юная пара, охи-вздохи, суровые родители, побег, само собой, разбойники.
– Разбойников в деревне давно видели?
Самое время испугаться и перейти на шепот. «Ой, не говорите о них!»
– Ой, не говорите о них, молодой господин! К нам не заходили, но в соседней деревне были, как раз три дня назад. Пограбили как есть всё! Тем, у кого дом побогаче, пятки огнем жгли, золота требовали. А девушек, каких поймали… Молодой господин, мне страшно, можно я ближе сяду? Если молодой господин меня обнимет, я сразу стану храбрее.
Ладно, пусть становится храбрее, пусть даже в ухо сопит.
– А танцевать ты умеешь?
Ого, прыгучая какая! Уже в полной боевой – руки вверх, подбородочек вздернут. Хороша пейзаночка, прямо как с картины! Стоп… А откуда же она еще?
– Что господин желает? Павану, которую знатные господа предпочитают? Или сальтареллу? Ее на карнавалах любят, она быстрая, пляшешь – себя забываешь. Я могу и тарантеллу, но ее сразу не станцуешь, трудная, все силы вытягивает.
Неплохая намечается культурная программа! На будущее надо учесть.
– Молодец! Я подумаю и скажу. А теперь – сказку. Страшную. Очень страшную! Можешь стоя, можешь сидя.
– Сказку… Зачем молодому господину страшная сказка? Солнце светит, мир Божий радуется, не нужен нам страх!
Красивые у нее глаза! Девчонка совсем, а смотрит по-взрослому, словно догадывается о чем-то. Или… Или что-то знает. Творение – всегда отсвет Творца.
– Во-первых, садись. Вот так, можно и ближе. Теперь я обниму тебя для храбрости…
«Во-вторых» ей, кажется, и не требуется. Снова сопит. Ничего, сейчас подбодрим.
– Страх надо страхом вышибать, вроде как клин клином. Ты разбойников боишься…
– Ой…
Ого, видать, и вправду боится, даже щеки цвет потеряли! Пуганые они тут. Странно, разбойники, вроде, не шибко кровожадные.
– А ты страшную сказку вспомни. Вот одно другим и перешибем.
Задумалась, брови свела… Интересно, что я надеюсь услышать? Во сне обычно общаешься сам с собой, симпатичные пейзаночки – просто спарринг-партнерши.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
