Читаем без скачивания Десантура в секторе Газа - Сергей Зверев

– Ушел, зараза! – выругался Черток, покосившись на Суламифь. – Если бы ты…

– Он мог ранить ребенка, ты же видел. Опять начинаешь свое гнуть? Что, все арабы террористы? – грозно посмотрев на него, нахмурила брови Гоц.

– А разве нет? И пацана мы этого уже видели, когда захват осуществляли. Откуда ты знаешь, что он был не с террористом? Может, тот специально им прикрывался… А сейчас они сидят в машине и смеются над нами, – раздраженно высказался Черток. – Надо было еще тогда этого сопляка шлепнуть, сейчас бы меньше проблем было.

– Ругаетесь? – хладнокровно поинтересовался Локис при приближении бойцов, заметив, как Черток что-то пытается доказать Суламифи.

Разговора он не понимал, но чувствовал, что израильтянин явно чем-то недоволен. Главаря упустили, но видно было, что дело не только в этом.

– Он говорит, что ребенок с хамасовцем заодно, – сказала Гоц по-русски.

– Думаю, нет! – начал Локис, коротко пересказав то, чему был свидетелем.

– Вот видишь, – нравоучительным тоном сказала Суламифь коллеге, – не обязательно он шахидом или террористом вырастет.

– А где гарантии? Он с хамасовцем уехал, пусть даже и не по своей воле. И абсолютно неясно, что из него через неделю получится, – не сдавался Черток.

– Может, мне кто-нибудь все же окажет помощь? Или я еще полежу? Удобно, знаете ли, – пошутил Локис, напоминая о себе.

Оба «местных» за спором забыли про десантника, по-прежнему лежавшего на земле под деревом. Они попробовали вдвоем оттащить ствол дерева, но ничего не вышло.

– Пойду поищу, чем бы можно было подцепить, – сказал Черток.

Ворча себе под нос, он принялся высматривать подходящий предмет среди обломков. Подойдя к руинам, он увидел торчащий стальной стержень, неизвестно для каких целей применявшийся в прежней конструкции. С усилием вырвав его из обломков, Черток поднес железяку к десантнику. Рядом с деревом он положил объемный бетонный осколок, на него стержень и подсунул конец под ствол. Получилось что-то, напоминавшее качели, с тем лишь отличием, что на другой стороне лежало дерево. Вместе с Гоц они навалились на свободный конец стержня весом своих тел, используя его как рычаг. Ствол дерева, дрогнув, начал не спеша приподниматься, освобождая Локиса, который до этого момента молчаливо наблюдал за действиями командос.

Приподняв дерево, Черток остался держать его на весу, фиксируя стержень у самой земли. Гоц, подойдя, вставила в промежуток между деревом и землей кусок бетона, забив его таким образом, что часть дерева, не касаясь земли, легла на бетон. Появившейся щели было достаточно, чтобы освободить русского десантника, попавшего в плен. После чего оба подошли к Локису и за руки вытащили его.

– Ну, как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Суламифь. – Болит что-нибудь?

Локис поднялся на ноги, затем присел. Снова встав, он взял руки в замок и поднял их над головой, потягиваясь. Не почувствовав в своем теле «лишней» боли, сержант сделал вывод: все в порядке.

– Вроде все цело, – наконец произнес он, удовлетворенный осмотром и ощупыванием себя.

– А вот и резонанс, – пробормотал Черток, глядя на дорогу.

Оглашая ревом сирен окрестности, к роддому, точнее к его руинам, спешили палестинские полицейские, пожарные машины, хамасовцы.

– Сматываемся, – сказала Суламифь, – только встречи с полицией нам не хватало.

Бегом она двинулась к полугрузовичку, на котором они приехали. Черток и Локис, последовав ее примеру, бежали позади. Запрыгнув в машину, спецназовцы захлопнули дверцы.

– Держи, – оказавшись внутри автомобиля, Гоц протянула Локису пистолет с коробкой патронов.

Приняв оружие, Владимир осмотрел его. Это был «ГШ-18», самый легкий пистолет в мире. Локис сразу узнал его, ему доводилось стрелять из такого.

– Пистолет нового поколения, который концентрирует в себе последние достижения в проектировании и производстве оружия такого класса, – дословно вспомнил Локис фразу инструктора. – Хорошая игрушка, спасибо!

– Я рада, что понравился. Кстати, патроны с бронебойной пулей, – добавила Гоц.

Черток сел за руль полугрузовичка. Машина, издав резкий звук, развернулась на месте, оставив на асфальте напоминание о себе в виде черного полукруга. Израильтянин, откашлявшись, начал разгон по прямому участку дороги.

Вдруг им навстречу из-за угла на полной скорости вырулил джип. Повинуясь инстинкту, Черток увел автомобиль вправо и затормозил. Водитель джипа, маневрируя, сделал то же самое, с той лишь разницей, что со своей стороны. Машины замерли неподвижно по отношению друг к другу, чудом не столкнувшись. Черток был профессионалом, готовым к любой непредвиденной ситуации, а потому, остановившись, повернув голову и заметив в салоне джипа вооруженных людей, он открыл дверцу своего автомобиля и, подняв автомат, прицелился, готовясь открыть огонь на поражение.

Первыми к дымящимся руинам роддома подоспела полиция. Оцепив все вокруг, стражи закона отгоняли людей.

– Здесь нет ничего интересного! – говорили они каждому останавливающемуся прохожему, пытающемуся присоединиться к толпе таких же зевак, уже собравшихся на тротуарах вдоль проезжей части. – Расходитесь немедленно.

Следом за полицейскими появились машины пожарных. Остановившись, борцы с огнем высыпали на улицу. Здание горело слабо, всего лишь с одной стороны. Темно-красные языки пламени, вспыхивая в его проемах, на время затухали, но вскоре появлялись вновь, сопровождаемые черными клубами дыма. Размотав шланги и выкрикивая команды, пожарные приступили к тушению пожара. После непродолжительной борьбы с огнем им удалось локализовать очаги возгорания, заливая руины белоснежной пеной.

Пока пожарные тушили, к месту присшествия подъехали несколько машин с хамасовцами. Последние, помогая полиции, отгоняли особо ретивых журналистов, невесть откуда взявшихся. Иногда даже применялась физическая сила к особо настырным писакам.

На несколько секунд раньше, чем Черток, Локис бросил быстрый взгляд на присутствующих в незнакомом джипе вооруженных людей. Пистолет, полученный от Гоц, лежавший до этого мирно в его руке, повинуясь воле хозяина, приподнял ствол над окном, готовясь выстрелить мгновенно, если это будет необходимо. Бронебойные патроны, которыми было снабжено оружие, обеспечивали пробитие бронежилетов третьего класса или восьмимиллиметровой плиты на дистанции не менее двадцати метров. Они запросто могли пробить и двери автомобиля, «организовав» в салоне джипа трупы.

Но сержанту не суждено было сегодня еще раз пострелять. Присмотревшись, он ухмыльнулся и опустил руку, державшую пистолет.

– Свои! – произнес Локис и аккуратно положил руку на плечо израильтянину, чтобы не спугнуть его.

И действительно, в джипе сидели четверо десантников во главе с майором Гвоздевым. За рулем был Тигран Кочарян.

Глава 24

В обставленном со вкусом кремлевском кабинете, в черном кожаном кресле сидел средних лет человек с седой головой и, щелкая пультом телевизора, переключал каналы. Хозяин кабинета был строен и подтянут, волосы зачесаны назад. Умные пронзительные серые глаза прятались глубоко под нависающими дугами бровей, лицо было почти правильной формы, выделялся только мощный, волевой подбородок.

– …пока никто не может сказать со всей уверенностью, продавала ли Россия свои установки террористам или нет, – вещал голос диктора с телеэкрана, – но все больше фактов указывает в пользу именно этого.

На экране бежали кадры разрушений израильского города Ашдод. После обстрела населенный пункт представлял собой печальное зрелище.

– Полуразвалившиеся дома, ямы в асфальте, разрушенные магазины, все то, что вы видите, – работа реактивной установки, именуемой «Град», – продолжал говорить голос диктора. – Сегодня на всех телеканалах, в газетах, обозрениях тема номер один: что предпримет Россия для своего оправдания? Имеет ли место провокация или все-таки российские чиновники что-то скрывают? Европейские державы жестоко критикуют Россию за то, что она продает оружие террористам. Но вот уже несколько дней за стенами Кремля молчание. Что это, затишье перед бурей или…

В кабинет постучали.

– Разрешите?

– Входите! – откликнулся резким голосом хозяин кабинета.

Открыв дверь, на пороге появился субтильный мужчина в темно-сером костюме. Войдя, он прикрыл за собой дверь и остался стоять.

– Проходите…

Гость прошел к длинному «совещательному» столу в виде буквы «Т». Начальство же, внимательно прищурившись, изучало его из глубины кресла.

– Вы просматриваете газеты? – саркастично поинтересовался хозяин кабинета, глядя в глаза собеседнику. – Телевидение смотрите?

– Да, – ответил вошедший, – я хочу отметить, что…

– Вы понимаете, что наше положение на рынке оружия сильно пошатнулось? – перебив его, спросил седой. – Мы находимся словно на пороховой бочке, которая вот-вот взорвется. На данный момент мы уже терпим убытки, которые недавно и в страшном сне не могли присниться. Когда будет результат, я вас спрашиваю?