А ничего! Профсоюз, инициировавший экспертизу, не ставит своей целью снятие спектаклей с репертуара, но собирается добиваться честности по отношению к зрителю: пусть на афише стоит «Н.В. Гоголь – К. Серебренников. «Мёртвые души», «А.С. Пушкин – К. Богомолов. «Борис Годунов». Но никаких юридических механизмов, способных заставить режиссёра не обманывать публику, на данный момент не существует. На первый взгляд в них нет никакой необходимости. Театру достаточно просто предоставить зрителю точную информацию о спектакле, уведомив о масштабах интерпретации первоисточника и наличии/отсутствии у авторов постановки этических, моральных, религиозных и иных табу. Режиссёр имеет право на своё видение Шекспира или Гоголя, зритель – такое же право не оплачивать из своего кармана зрелище, унижающее его человеческое достоинство. Однако если он в порыве гнева уйдёт из зала, денег, уплаченных за билет, ему никто не вернёт и моральный ущерб не возместит. Зато оскорбитель, потирая руки от удовольствия, в соответствующий момент положит себе в карман очередную зарплату или гонорар. Как правило, вполне солидный.
Вставшие дружно стеной за попранное, как им кажется, право художника на самовыражение уверяют, что движет ими одна лишь благородная ненависть к цензуре. Тоги бескорыстных борцов за идею им, безусловно, очень к лицу. Но под этими тогами спрятаны весьма объёмные кошели. От милой привычки наполнять их из государственного кармана, каковой гораздо вместительней, нежели карман простого зрителя, ревнители творческой свободы отказываться не собираются. Слишком дорога им эта свобода.
На тезис, что государство, выделяя средства на постановку в государственном же театре, вправе требовать отчёта, как и на что они потрачены, чаще всего слышится ответ в том духе, что налоги в бюджет платят все – «путинисты» и «белоленточники», традиционалы и ЛГБТ, атеисты и верующие разных конфессий, а это значит, что театр в своих творческих исканиях вовсе не обязан следовать «руководящей и направляющей линии» этого самого государства. Возразить на это можно только одно – господа налогоплательщики самим фактом отчисления налогов в госбюджет признают над собой верховенство государства, в котором живут. Непризнающие налогов, как правило, не платят, держа капиталы в офшорах и паспорта чужих держав в карманах.
Эпатаж, провокация – жанры не просто специфические, но ещё и трудно окупаемые. И свободоборцы это прекрасно знают. И очень немногие отваживаются браться за заведомо скандальную постановку на свой страх и риск: улещивая спонсоров, изыскивая независимые площадки, вербуя не слишком щепетильных звёзд, на которых можно заманить народ. То ли дело театр государственный – тут тебе и деньги гарантированы на постановку, и труппа подневольная – никуда не денется, выйдет и разденется, и о продаже билетов думать не надо – чем именитей театр, тем больше к нему доверия у неискушённого зрителя, который и составляет в любом зале (за исключением премьерного) большинство. Творческие искания за государственный счёт – кто ж добровольно от такой свободы откажется, не правда ли, господа?
Теги: искусство , театр
Онегин в трусах – это креативно?
А это «Борис Годунов» – версия Богомолова
Фото: Сайт театра «Ленком»
Художник-варвар кистью сонной
Картину гения чернит[?]
А.С. Пушкин
В Институте наследия имени Дмитрия Лихачёва состоялось обсуждение постановок "Борис Годунов" Константина Богомолова, «Евгений Онегин» Римаса Туминаса, «Онегин» Тимофея Кулябина и «Руслан и Людмила» Дмитрия Чернякова. Этому был посвящён отдельный семинар «Право на классику: о границах интерпретации произведений русской классики в театральных спектаклях». Следует заметить, что эксперты не просто негативно отзывались о постановках, но и задавались вопросом: почему государство финансирует такие, мягко говоря, сомнительные проекты? Трудно себе представить, чтобы в той же Франции на театральных подмостках не просто перевирали классику, но и выставляли французов подонками и извращенцами. Но в России это запросто, да ещё на казённые деньги.
Кандидат филологических наук Анастасия Чернова, анализировавшая постановку Тимофея Кулябина «Онегин», начинающуюся «с имитации бурного секса под простынёй» , не могла сдержать своего раздражения: «Ощущение, что всё происходит в отделении психиатрической больницы. Но при чём тут Онегин?» В спектакле Кулябина, по словам Черновой, Татьяна из «простой целомудренной девушки превращена в фурию» , да ещё и курит, Онегин предстаёт зрителям в трусах, а Ольга - в окружении фотографов (!). Что вынесет зритель из подобной интерпретации и для чего она вообще нужна, неясно. Но если бы так было только с постановкой Кулябина!
По мнению доктора филологических наук Ирины Гречаник, «Борис Годунов», поставленный в Ленкоме режиссёром Константином Богомоловым, искажён и осовременен, а сам режиссёр «разрушает интерпретационный театр, который опирается на слово». «Спектакль начинается с дописанного режиссёром текста и придуманной современной ситуации – новостного блока , – отмечает Гречаник. – Народ как сила истории – в определённые моменты созидательная, в определённые моменты разрушительная – исключён из концепции спектакля. Написанный текст вызывает аналогии с народом, который ждёт, что ему делать дальше, а также народ – это быдло, что принципиально искажает сложную пушкинскую концепцию истории». По общему мнению экспертов, «Борис Годунов» в Ленкоме превратился в «капустник, в котором используется попса» , где «Сталин, кортеж президента, Березовский и документальная хроника свалены в одну кучу» . Гречаник полагает, что из спектакля ясно лишь одно: «режиссёр не любит власть, ближний круг, патриарха и народ» .
Директор Института наследия имени Дмитрия Лихачёва Арсений Миронов сообщил, что тему современных постановок по произведениям Пушкина было решено затронуть в честь Года литературы. К тому же, по его словам, пункт «изучение экспертного мнения по актуальным вопросам государственной культурной политики» входит в госзадание института. «Мне вспомнились слова Лихачёва, который сказал, что «классики нас будут кормить». Возьму на себя смелость интерпретации. Наверное, он хотел сказать, что не надо брать бренд классического произведения и под ним продавать свои собственные эксперименты», – сказал Миронов.
Обсудили и режиссёра Владимира Мирзоева с его фильмом 2011 года «Борис Годунов». По мнению профессора Литературного института Александра Ужанкова, в картине мало что осталось от пушкинского текста. Ужанков обрушивается на режиссёра: «Он вроде бы берёт исторический пласт, тех же героев, но появляется некий мальчик в матроске – значит, это уже не XVII век, а XX, аллюзия на революцию. А Борис Годунов – не тот, который пришёл на царство, и не аллюзия на Ельцина, а уже аллюзия на какого-то нового русского, который в принципе не может владеть всем миром».
Доктор филологических наук, профессор и преподаватель Литинститута Иван Есаулов резко высказался по поводу спектакля «Евгений Онегин» Римаса Туминаса. «Когда при декламировании «Москва! Как много в этом звуке…» через сцену пробегает, спотыкаясь, «изобретённая» режиссёром сологубовская недотыкомка, создавая комический эффект и серьёзность слов «для сердца русского», подвергая весёлому осмеянию, или когда девки дурными голосами показывают какое-то похабство вместо народных песен, – это так режиссёр видит мир» . Есаулов допускает, что «режиссёр вправе это делать» , но недоумевает, почему он видит такой именно Россию, а не, допустим, свою Литву. «Если это поддерживается государственными финансами, то тогда я окончательно перестаю понимать, что такое государственная политика в области культуры, – заявил Есаулов. – У меня вызывает резкий протест, если это всё спонсируется государством. Это абсолютно самоубийственная политика…»
«Министерство культуры обязано адресно финансировать те постановки, которые не разрушают традиции, а ведут к воспитанию поколения», – отметила эксперт Ирина Юрьева. А в целом эксперты уверены, что государству необходимо инициировать публичную дискуссию по этому поводу, иначе произойдёт «полное размывание русской культурной идентичности». И действительно, не пора ли задуматься, кто и зачем на государственные деньги стряпает идиотские постановки, в которых перевирается авторский замысел наших классиков, шельмуется наша история, а народ показан в лучших традициях махровой русофобии?
