Читаем без скачивания Стихотворения - Николай Языков

МОЙ АПОКАЛИПСИС

1

                       Когда любви незнаменитой,                       Мятежной, беглой и живой,                       Я посвящал души открытой                       И беспокойство и покой;                       Когда надеждою виновной;                       В часы общественного сна,                       Невольно мучилась она                       И в мир поэзии любовной,                       Уединенна и нежна,                       Летала с музой многословной,                       Когда рогатая луна,                       Богиня женских упований,                       И ночи мрак, и вздор желаний —                       Мою нестройную мечту,                       Как сон волшебный, чаровали                       И пустяками занимали                       Младого сердца пустоту:                       Чужим исполненный предметом,                       Я обещался вам тогда                       Все объяснить;- но вот беда:                       Я право не гожуся летом                       Для вдохновенного труда.                       Теперь свободнее мой гений:                       Он рад, попрежнему, для вас                       Забыть оковы сонной лени,                       Увидеть радостный Парнас,                       Непринужденными стихами                       Вниманье ваше утомлять                       И откровенно — перед вами —                       Великий пост воспоминать.

2

                       Пора любовной лихорадки,                       Невозвратимая пора!                       Еще я помню, как вчера,                       Моей Камены беспорядки,                       Мои немые вечера,                       И цвет прославленной перчатки,                       И почерк нежного пера!

3

                       Ты прав, ты прав, о сын Давида!                       Все суета, все суета!                       Как безрассудна, как пуста                       Нам присужденная Киприда!                       С каким доверчивым огнем                       Краев жеманной и надменной                       Мы чувство сильное даем                       Души впервые пробужденной!                       Как часто юноша-певец                       Для ней восторгами играет                       И мирты слабости вплетает                       В свой олимпический венец!                       Она манит поэта взгляды,                       Внимает сладостным стихам;                       Но где награда за награды                       И фимиам за фимиам?                       Чужда божественного дара,                       Питая чувственным свой ум,                       Она ласкает, как фигляра,                       Творца могущественных дум.

4

                       Поэту радости и хмеля,                       И мне судил всесильный рок                       Узнать практического Леля                       Нравоучительный урок.                       Я испытал любви желанье,                       Ее я пел, ее я ждал:                       Безумно было ожиданье,                       Заманчив был мой идеал!                       Моей тоски, моих приветов                       Не понял слепок божества —                       И все пропали — без ответов                       Мои влюбленные слова.                       Но был во мне, и слава богу,                       Избыток мужественных сил:                       Я на парнасскую дорогу                       Опять мой ум поворотил,                       Я разгулялся понемногу —                       И глупость страсти роковой                       С души исчезла молодой!                       Так с пробудившейся поляны                       Слетают темные туманы,                       Так, слыша выстрел, — кулики                       На воздух мечутся с реки!

5

                       Но где ж она, и кто ж она,                       Моя прошедшая царица?                       Есть знаменитая страна,                       Есть знаменитая столица;                       На берегу веселых вод,                       В дыму торжественных сражений,                       России всемогущий гений                       Ее воздвиг среди болот.                       И ныне градом просвещенья                       Она по северу слывет,                       Торгует, блещет и растет,                       Имеет даже наслажденья;                       Но только эта сторона                       Не пробуждает вдохновенья,                       Для душ высоких — негодна —                       И там-то место, где она,                       Душа сего стихотворенья!

Примечания

                       Моей Камены беспорядки —                       Здесь говорится о стихах,                       Которых множество мой гений                       В минуты сладких заблуждений                       Писал на миленьких листах:                       Мечты, элегии, — безделки,                       Они и все — не хороши.                       В них мысли — вздор, а чувства мелки                       И нет ни вкуса, ни души.                       Так поднебесная Венера                       За месяц вздохов и тоски                       Внушила мне лишь пустяки.                       Вот вам отрывок для примера                       Как заблуждался мой Пегас:                       "Любовь, любовь, я помню живо                       Счастливой день, как в первый раз                       Ты сильным пламенем зажглась                       В моей груди самолюбивой!                       Тогда все чувства бытия                       В одно прекрасное сливались                       Они светлели, возвышались,                       И гордо радовался я!"                       Как это вяло, даже темно,                       Слова, противные уму,                       Язык поэзии наемной                       И жар негодный ни к чему!                       Как принужденны и негладки                       Четыре первые стиха!                       Как их чувствительность плоха,                       Как выражения не кратки!                       Конец опять не без греха:                       В одно прекрасное сливались —                       Они светлели, возвышались.                       Какая мысль! и что оно                       Тут неуместное одно?                       И как они сюда попались?                       Тогда все чувства бытия —                       Какие, спрашиваю, чувства?                       Тут явная галиматья                       И без малейшего искусства!                       И гордо радовался я —                       К чему, зачем такая радость,                       И что она, и где она,                       В уме иль в сердце? — Здесь видна                       Нерассудительная младость                       И сумасшедшие мечты                       Без нежности и красоты.

" Мои немые вечера — "

                       Мои немые вечера —                       Здесь разумеются часы,                       В тиши потерянные мною,                       Когда я прихотям красы                       Усердно рабствовал душою.                       Бывало: месяц золотой                       Едва над Ембахом зажжется,                       Иду по улице кривой,                       И сердце прыгает и бьется;                       Пришел — сажусь, по сторонам                       Брожу влюбленными глазами,                       И односложными словами                       Ласкаю любопытству дам.                       Дадут огня. . .                     . . . .                     . . . .                     . . . . "                       Один из этих вечеров                       Вам верно памятен доселе:                       Он был на Фоминой неделе.                       Тогда задумчив, нездоров,                       Я много слушал голосов,                       А сам молчал красноречиво,                       Смотря на краску потолка.                       Глаза тускнели — и лениво                       Держала голову рука.                       Мечты Камены и Амура                       Порой рождалися во мне;                       Меж тем в почтенной тишине                       Читались сказки Дарленкура.                       Я чувствовал, я понимал.                     . . . .                     . . . .                     . . . .

" И цвет прославленной перчатки — "