Читаем без скачивания Экстренный случай - Джеффри Хадсон

— Ну как, пойдем мы туда или нет?

— Нет! — Я пересек задним ходом улицу и поставил машину на противоположной стороне под деревьями. Отсюда мне было хорошо видно обе машины. — Там стоит «мерседес».

— И что из этого?

— «Мерседес» есть у Питера Рендала.

— Тем лучше, — сказал Уилсон, — мы можем поговорить с обоими.

— Не в том дело. Питер Рендал сказал мне, что его машина украдена.

Я задумался. Неясное тревожащее воспоминание возникло в мозгу. И вдруг меня осенило: ведь эту машину я видел в гараже Рендалов, когда приезжал к миссис Рендал. Я открыл дверцу.

— Пошли! Я хочу взглянуть на «мерседес».

Мы вышли, и нас поглотила ночь, неприятная, пронизывающая сыростью. Шагая по аллее, я сунул руку в карман и нащупал небольшой электрический фонарик.

— Вы отдаете себе отчет, — прошептал Уилсон, — что мы нарушаем право частной собственности?

— Отдаю.

Мы сошли с хрустящего под ногами гравия на траву и поднялись по отлогому склону к самому дому. На первом этаже горел свет, но шторы были задернуты, и мы не могли видеть, что делается внутри. Подойдя к «мерседесу», я включил фонарик. Машина была пуста. И тут я замер: сиденье водителя было все в кровавых пятнах.

— Тэк-с! — произнес Уилсон.

Я хотел что-то сказать, но в этот момент послышались голоса и звук открывающейся двери. Одним прыжком мы очутились снова на траве и притаились за кустами.

Из дома вышел Дж. Д. Рендал. С ним был Питер. Они разговаривали о чем-то вполголоса, по-видимому, спорили. Сошли с лестницы и направились к машинам. Питер сел в «мерседес» и включил зажигание. Дж. Д. сказал: «Поезжай за мной», и Питер кивнул. Затем Дж. Д. уселся в свой серебристый «порше» и двинулся по аллее в сторону улицы. Выехав на дорогу, они повернули вправо, в южном направлении.

Мы бегом бросились по аллее к моей машине. Те две машины отъехали уже довольно далеко: мы едва различали шум их моторов, но хвостовые огни еще виднелись — они ехали по приморскому шоссе.

Я включил зажигание и погнал, машину вслед за ними. Уилсон достал что-то из кармана и вертел в руках. Я разглядел, что.

— Вы всегда носите при себе фотоаппарат?

— Всегда.

Я старался ехать на значительном расстоянии, чтобы не вызвать подозрения у братьев. Питер шел впритык за Дж. Д. Минут через пять машины одна за другой поднялись на пологий въезд, ведущий на юго-восточную скоростную магистраль. Через несколько секунд я тоже очутился на ней.

— Возможно, они затеяли совершенно невинное дело, — сказал Уилсон. — Все может свестись просто к…

— Нет, — сказал я. В уме я уже сопоставил кое-какие факты. — Питер одолжил свою машину Карен на уик-энд. Это я узнал от Уильяма, сына Дж. Д. Карен пользовалась его машиной. На сиденье остались следы крови. Затем машина была поставлена в рендаловский гараж. В то же время Питер заявил, что ее украли. Теперь…

— Теперь они хотят от нее избавиться, — сказал Уилсон. — Черт побери, тут уж дело верное!

Машины продолжали мчаться в южном направлении, мимо Плимута и дальше к Мысу. Стало свежее, воздух был пропитан солью. Автострада была почти пустынна.

— Прекрасно! — сказал Уилсон, не отводя глаз от хвостовых огней впереди. — Отстаньте от них еще немного.

Автострада становилась все свободней, и обе передние машины развили большую скорость. Позади остался Плимут, затем Гайанис, вдалеке мерцали огни Провинстауна. Вдруг я увидел, что тормозные огни мигнули; вслед за этим обе машины свернули вправо к пляжу. Мы свернули за ними и поехали по немощеной дороге. По обе стороны ее рос невысокий реденький сосняк. Я погасил фары. С океана дул холодный порывистый ветер.

— Пустынное местечко! — заметил Уилсон.

Вскоре до нас донесся грохот прибоя. Я свернул с дороги и поставил машину у обочины. Мы двинулись пешком в сторону берега и вскоре увидели две машины, стоявшие рядом.

Я узнал местность. Это была восточная сторона Мыса, здесь на довольно большом протяжении песчаный берег круто обрывался к морю, находившемуся метрах в тридцати внизу. Обе машины стояли на уступе, лицом к морю. Рендал вылез из своего «порше» и разговаривал с Питером. С минуту они о чем-то препирались, затем Питер снова сел в «мерседес» и подъехал к самому краю уступа, передние колеса машины чуть не висели над обрывом. Затем он вылез и пошел назад. Дж. Д. тем временем открыл багажник своего «порше» и достал оттуда канистру с бензином. Затем они вдвоем вылили весь этот бензин внутрь «мерседеса».

Рядом со мной раздался щелчок. Уилсон, прижав к глазам фотоаппарат, снимал все происходящее.

— У меня сверхчувствительная пленка, — успокоил он меня, продолжая снимать. — И если еще проявить ее в хорошей лаборатории… А у меня лаборатория хорошая.

Тем временем Дж. Д. включил в «порше» зажигание, дал задний ход и повернул машину радиатором к дороге.

— Сейчас смоются! Красота, — сказал Уилсон.

Дж. Д. окликнул Питера и вышел из машины. Он постоял рядом с братом, и в следующий момент я увидел, как в руке у него вспыхнула спичка. В одно мгновение внутренность «мерседеса» объяло пламя. Оба Рендала бросились к багажнику машины и всем телом навалились на него. «Мерседес» медленно стронулся с места, потом двинулся быстрее и, наконец, сорвался вниз. Свалившись, машина по-видимому, взорвалась — до нас донесся грохот, и где-то внизу ярко вспыхнуло пламя. Рендалы подбежали к оставшейся машине, сели в нее и промчались мимо нас.

— Пошли, — сказал Уилсон. Он подбежал к краю обрыва, держа наготове камеру. Внизу, у самой кромки воды, лежал догорающий покореженный остов «мерседеса». Уилсон сделал несколько снимков, затем закрыл аппарат и с веселой ухмылкой посмотрел на меня: — Ну, приятель! В руках у нас не дело, а конфетка!

9

На обратном пути я свернул с автострады опять по тому же пологому въезду, откуда дорога вела к дому Рендала.

— Эй, — воскликнул Уилсон. — Что вы делаете?

— Еду к Рендалу.

— Прямо сейчас? Вы в своем уме? После того, что мы видели?

— Я поехал с вами сегодня, чтобы вытащить из этой истории Арта Ли. И я твердо намерен это сделать.

— Но ведь не теперь, не после того, что мы видели, — он погладил свою фотокамеру. — Теперь можно и перед судом предстать. Дело ведь абсолютно верное. Проиграть его невозможно.

Я покачал головой.

— Послушайте, — сказал Уилсон. — Можно сбить с толку свидетеля. Можно поставить под сомнение. его показания. Но не поверить фотоснимку нельзя-

— Нет, — твердо стоял на своем я.

— Прежде я просто хотел взять их на пушку, — вздохнул Уилсон. — Поехать к ним и нагнать на них страху, запугать до полусмерти, заставить поверить, что у нас есть доказательства, которых в действительности нет. Но теперь другое дело. Теперь у нас есть доказательство. У нас есть все, что нужно.

— Если вы не хотите с ними разговаривать, то поговорю я.

— Бэрри, — сказал Уилсон, — вы только все испортите.

— Я заставлю их взять назад обвинение.

— Бэрри, вы все испортите. Ведь они только что совершили поступок, полностью их изобличающий. И они это прекрасно сознают. Они займут непримиримую позицию.

— В этом случае мы скажем им, что именно нам известно.

— А если дело дойдет до суда? Что тогда? Мы заранее- раскроем свои карты.

— Меня это не волнует. До суда дело не дойдет.

— Послушайте, вы что, не хотите выиграть дело?

— Хочу, — сказал я. — Но без драки.

Я свернул к дому Рендала и въехал в аллею.

— Вы делаете ошибку, — настаивал Уилсон.

— Возможно, хотя я не уверен в этом.

Мы поднялись по ступеням крыльца и позвонили.

Лакей с видимой неохотой провел нас в гостиную. Это была комната размером с баскетбольную площадку. У огромного камина сидели миссис Рендал в нарядном пеньюаре, Питер и Дж. Д. с большими коньячными рюмками в руках.

Лакеи, остановившись в почтительной позе у дверей, доложил:

— Доктор Бэрри и мистер Уилсон, сэр. Они сказали мне, что вы их ждете.

При виде нас Дж. Д. нахмурился. Питер откинулся в кресле, и по лицу его скользнула легкая усмешка. Миссис Рендал, казалось, наше появление искренне позабавило.

— Что вам угодно? — осведомился Дж. Д.

Я предоставил Уилсону вести разговор. Он сделал легкий поклон и начал:

— Я полагаю, вы знакомы с доктором Бэрри, доктор Рендал? Я Джордж Уилсон — адвокат доктора Ли.

— Очень рад! — сказал Дж. Д. Он взглянул на свои часы. — Но сейчас уже время близится к полуночи, и я отдыхаю в кругу семьи. Мне нечего сказать ни вам, ни Доктору Бэрри — до того как мы встретимся в зале суда. Так что если вы…

— Прошу прощенья, сэр — сказал Уилсон. — Мы ехали издалека, специально чтобы повидаться с вами. От самого Мыса, если уж на то пошло.