целью освобождения несчастного узника. Кончилось тем, что «гангстеры» оказались взаперти и родители отпускали их только в школу.
Через день после этого моя сестренка Лупе обнаружила трупик птицы в мусорном ящике недалеко от квартиры сеньоры Чучи. Машина с мусорными баками уже гремела по проспекту Инсургентов, и служанки стайками бежали к нему с ведрами. Тут они и заметили ящик Чучи, рядом с которым плакала Лупе:
— Это тот самый птенец! Он мертвый…
Когда к месту происшествия собрались все мальчишки и девчонки нашего двора, Лупе все еще плакала навзрыд, держа в руках маленький, уже остывший комочек перьев.
— Его убила мать! — сказал один из мальчишек, дотрагиваясь до мертвого птенца.
В воздухе повисло трагическое молчание. На крышах не было видно ни одной птицы. Только далекий самолет жужжал в голубом небе, точно заблудившийся комар. Тишину нарушали лишь судорожные всхлипывания Лупе.
— И правильно сделала! — неожиданно твердо произнес один из мальчишек.
Все молчали. Это был первый урок мужества, преподанный малышам: вот какова цена, которою можно заплатить за свободу. Горький урок — из тех, что запоминаются на всю жизнь.
Туг же стояла Лолита. Она глядела на птенца отсутствующим взглядом, думая о собственной жизни, о жизни других… Наконец она тихо сказала:
— Я поступила бы так же.
Энрике Конграинс Мартин (Перу)
МАЛЬЧИК ИЗ КВАРТАЛА «РЯДОМ — С - НЕБОМ»
Эстебан брел по тропинке сам не зная куда. Чем ему приглянулось это место? Нет, на этот вопрос он не мог бы ответить. Ему было все равно, куда идти. Он лениво посмотрел под ноги — и обмер. Прямо перед ним на земле лежала оранжевая бумажка. Неужели? Он спускался с горы, на которой был расположен его квартал, и вот буквально в нескольких шагах от шоссе нашел деньги.
Нерешительно, не веря своим глазам, Эстебан нагнулся и поднял бумажку. Да, это были десять солей, целых десять солей! Такая бумажка заключала в себе множество сентаво. Эстебан даже не мог сразу сосчитать, сколько же их будет. Очень много. На оранжевой плотной бумаге с обеих сторон красовалась цифра 10.
Эстебан зашагал по тропинке в сторону домов, облепивших склон горы. Он то и дело останавливался и вынимал из кармана находку, чтобы лишний раз удостовериться в том, что это не сон. Он нашел эти деньги или они сами нашли его?
Пройдя пустырь, сплошь заваленный мусором и обломками строительных материалов, Эстебан вышел на улицу, где находился самый знаменитый в городе рынок. Он столько слышал о нем! Да, перед ним была Лима. Но название ничего не говорило Эстебану, оно все еще оставалось для него пустым звуком. И тут он припомнил, что говорил о Лиме дядя. Лима — это огромный город, где живет миллион человек. Город-чудовище с миллионом голов. Эстебан уже давно мечтал увидеть этот город, рассмотреть его как следует, познакомиться с этим миллионоголовым драконом. И вот сейчас он с каждым шагом приближается к нему.
Эстебан остановился и посмотрел вокруг: улицы, знаменитый рынок, дома в четыре и пять этажей высотой, машины, люди — одни почти такие же, как он, другие совсем не похожие на него. А оранжевая бумажка тем временем спокойно и мирно лежит в его кармане. На обеих сторонах ее красуется цифра 10. И ему как раз исполнилось десять лет. Еще совсем недавно он думал, что, когда ему стукнет десять лет, он станет совсем взрослым. Но теперь он понимал, что это не так. Десять лет — слишком мало, он еще слишком слаб для того, чтобы вступить в трудную и сложную жизнь взрослых. Вот когда ему будет двенадцать или пятнадцать, тогда посмотрим, кто кого. А может, теперь, когда он нашел столько денег, он уже сумеет постоять за себя?
Эстебан кружил по улицам, сливаясь с толпой прохожих, чувствуя, как постепенно он приобщается к этому непонятному, многоликому городу, городу с миллионом голов, к которому прибавилась еще одна голова — его собственная.
Люди куда-то спешили, бежали и суетились, как муравьи, и один Эстебан никуда не торопился посреди этого бурлящего людского водоворота.
В сквере за низкой оградой играли в шарики какие-то мальчишки, по виду его сверстники. Эстебан остановился, чтобы посмотреть на их игру. После стольких блужданий по улицам он наконец увидел людей, очень похожих на него самого. Они тоже никуда не спешили, не суетились, а спокойно играли в шарики.
Эстебан стоял и смотрел. Сколько времени он так простоял, он не знал. Может быть, полчаса, а может, час или даже два. Наконец все ребята, кроме одного мальчишки, разошлись. А Эстебан по-прежнему стоял, изредка проверяя в кармане свою находку.
— Привет, приятель.
— Привет… — почти шепотом ответил Эстебан.
Мальчишка примерно одного с ним возраста был в парусиновых штанах, когда-то, по-видимому, цвета хаки, а теперь грязно-серых.
— Ты здешний? — спросил мальчишка.
— Да, — смутившись, еле выдавил из себя Эстебан.
— Где живешь? — продолжал допрашивать мальчишка. Он был выше и плечистей Эстебана и смотрел смело и вызывающе.
— Там, на горе. — Эстебан ткнул пальцем в ту сторону, откуда только что пришел в город.
— В Агустино, что ли.
— Да, да, там! — обрадованно улыбнулся Эстебан.
Теперь он вспомнил, что именно так называлось место, где они поселились. С тех пор как дядя решил перебраться в город, Эстебан старался побольше разузнать о Лиме. Район Кальяо — это пристань, туда приходят корабли из многих стран мира. А сколько в Лиме красивых парков, больших магазинов, длинных широких улиц! Дядя приехал в город раньше них, чтобы устроиться с жильем. «Где мы будем жить?» — то и дело приставал Эстебан к матери. Но она сама толкам ничего не знала. Дни проходили за днями. Наконец они получили письмо от дяди: «Можете приезжать!»
— Так, значит, ты с горы Агустино?
Вообще-то квартал, где они поселились, назывался иначе. Местные острословы прозвали его «Рядом-с-небом». Там и сколотил из разных обломков и строительных отходов свой домишко дядя Эстебана.
— А у меня и вовсе нет никакого дома, — лихо сплюнув сквозь зубы, заявил новый знакомый Эстебана.
— А где же ты живешь? — удивился Эстебан.
— На рынке. Помогаю торговкам, там и ночую. А как тебя зовут? — вдруг опросил он.
— Эстебан.
— А меня — Педро. — Он подбросил высоко в воздух шарик и ловко поймал его в ладонь. — Сыграем?
Шарики покатились по бетонным плитам, догоняя друг друга. Мимо текла река пешеходов, проносились машины, и время летело незаметно.
Наконец игра кончилась. Эстебан проиграл
