Керкленд поднял с пола нож.
— Нож был в ране на его предплечье. Это ваш? — Керкленд тщательно вытер лезвие о пиджак мёртвого похитителя и протянул его Кири рукояткой вперед. — Хорошее оружие.
Она неуверенно взглянула на нож.
— Он ведь умер не от раны, которую нанесла я, не так ли?
— Нет, — заверил ее он. — Но вы свалили его и тем самым выровняли соотношение сил. Даже если вы не захотите больше носить при себе нож, вам следует сохранить его на память о своей храбрости. Не будь вас, принцесса Шарлотта исчезла бы бесследно.
— Но почему? — спросила Кири, взяв у него нож. Потом она, конечно, прокипятит его, прежде чем носить при себе. Она задрала рукав, чтобы вложить нож в ножны, прикрепленные к руке.
Дверь, ведущая в переулок, открылась, и вошел Маккензи. Он выглядел усталым и злым, но выражение его лица моментально изменилось, как только он увидел ее обнаженную руку.
— Похоже, не все сегодня было плохо, — заметил он.
Кири покраснела, но его слова явно доставили ей удовольствие. Она вложила нож в ножны и опустила широкий рукав.
— Эти мерзавцы убежали? — спросила она.
Он нахмурил лоб и потер левое плечо.
— Их ожидал вместительный экипаж, в котором хватило бы места для всех, включая девушку. Я почти схватил одного из них, но на меня набросились все трое, и перевес сил оказался не в мою пользу.
— Девушка, которую они собирались похитить, — это принцесса Шарлотта, — сообщил ему Керкленд.
Маккензи ошеломленно уставился на него.
— Принцесса Шарлотта? Дочь принца-регента?
Керкленд кивнул:
— Она самая. Осторожнее, Мак. У тебя плечо кровоточит.
Маккензи взглянул на сочащуюся кровь.
— Пустяки. Это просто царапина.
Пробормотав это, он рухнул на пол.
Глава 14
— Маккензи! — услышал он глубокий, мелодичный голос леди Кири. Потом быстрые шаги. Аромат сирени и специй, шорох ткани, когда она опустилась на колени рядом с ним. — Он ранен!
Очнувшись после глубокого обморока, Мак, скривив губы, подумал: что может быть хуже для мужского тщеславия, чем свалиться без сознания при виде собственной крови на глазах у хорошенькой девушки, на которую он хотел произвести впечатление?
Маккензи был слишком слаб, чтобы открыть глаза, тем более подняться с холодного пола. Но он уже мог слышать и ощущать запах.
— Едва ли он серьезно ранен, — сказал невозмутимый, как всегда, Керкленд, хотя в голосе у него слышалась тревога.
Опустившись на колени, он со знанием дела произвел осмотр. Минуты две Керкленд ощупывал его, потом изрек:
— У него в предплечье резаная рана, но это, по-моему, все. — Он принялся перевязывать чем-то безжизненную руку Мака. — Маккензи всегда плохо реагировал на вид собственной крови.
Мак был уверен, что леди Кири рассмеется. Ему хотелось бы оказаться без сознания, чтобы не слышать этого.
Но вместо этого она задумчиво сказала:
— Однажды в Индии один армейский хирург рассказывал мне, что потеря сознания при виде крови — не такое уж редкое явление. Частенько в обморок падают самые крупные и сильные мужчины. — Мягкая ручка легла на его лоб.
Мак попытался заговорить и выдавил из себя хриплый шепот:
— Какая успокаивающая мысль. — Он с усилием открыл глаза. Кири убрала с его лба руку, но продолжала, склонившись, смотреть на него, и ее милое личико выражало беспокойство, но не панику. Нужную степень беспокойства. Женская истерика была бы здесь лишней.
— Принцесса Шарлотта… Боже милосердный! — Он попробовал сесть. — Наследница трона была здесь, и ее пытались похитить! С ней все в порядке?
— Да-да, в полном порядке. Через несколько минут леди Кири и мисс Кларк-Таунсенд сопроводят ее в Уоруик-Хаус, — сказал Керкленд. — Они воспользуются экипажем Эштона без опознавательных знаков, в котором прибыли сюда. С ними поедут двое наших охранников.
Мак потер лоб, пытаясь сложить воедино отдельные кусочки произошедшего.
— Проклятие! Теперь, когда я узнал, кого они собирались похитить, я начинаю кое-что понимать, — пробормотал он. — За всем этим стоят французы, и они предпримут еще одну попытку.
— Это подтверждает то, что я узнал от одного из похитителей, прежде чем он умер, — сказал Керкленд.
Поняв, что нельзя терять времени, Мак, опираясь одной рукой о стену, поднялся на ноги, соображая, что необходимо сделать. Его взгляд упал на два трупа, лежавших на полу. Один был крупным, здоровенным парнем, другой — ниже ростом и более субтильного телосложения. На обоих были дорогие черные вечерние костюмы.
В главном коридоре раздались голоса. Кири подняла голову.
— Это Сара. Теперь мы отвезем принцессу домой.
— Подождите! — сказал Мак, обдумывая что-то. — В качестве сопровождения, пожалуй, достаточно мисс Кларк-Таунсенд. А вы, леди Кири, задержитесь, пожалуйста, нам надо поговорить. Мы должны быть уверены, что вы благополучно доберетесь до дома. — Он снова взглянул на лежавшие на полу трупы. — И еще. Не говорите никому обо мне. Насколько вам известно, я все еще преследую похитителей.
Керкленд задумчиво взглянул на него:
— Что у тебя на уме?
— Может быть, пустяки, но все же мне хочется кое-что обсудить.
Когда все ушли, Мак сердито взглянул на трупы, подумав, так ли уж удачен его план. Он надеялся, что заговорщики начнут активные действия не сегодня и не завтра, однако события этой ночи оставили у него неприятное чувство.
Возвратившись в кабинет, Кири увидела, что Шарлотта описывает свое похищение Саре, которая слушает ее словно завороженная. Теперь, когда Шарлотта была в безопасности и подкрепилась двумя порциями бренди, она наслаждалась происходящим. Таких волнующих событий у нее, судя по всему, никогда в жизни не бывало. Кири лишь надеялась, что принцессе не придет в голову попробовать повторить подобное приключение.
Войдя в кабинет, Кири сказала:
— Ваше высочество, пора возвращаться, пока вас не хватились. Сара, ты проводишь ее? Нам с лордом Керклендом надо кое-что обсудить.
Сара, которая, подобно Кири, частенько видела Керкленда в Эштон-Хаусе, возразила:
— Я не должна уезжать без Кири, лорд Керкленд.
— Я лично привезу ее в Эштон-Хаус, — пообещал тот.
Сара взглянула на Кири, и та подтвердила:
— Со мной будет все в порядке. Проводи принцессу домой.
— Хорошо, — не без колебания согласилась Сара, — но, когда вернешься, зайди ко мне в комнату, чтобы сказать, что ты вернулась, как бы поздно это ни было.
— Обещаю. — Кири присела в реверансе, прощаясь с принцессой Шарлоттой. — Надеюсь, у нас будет возможность встретиться снова, ваше высочество, — произнесла она.
