— Никакой свадьбы завтра не будет, Сильви, — заорал в трубку Том. — Ты слышишь меня, Сильви? Будь проклята эта свадьба!
Том набрал номер мобильного телефона Сильви, но отвечала только голосовая почта. Том повторил свое сообщение и добавил:
— Я возвращаюсь…
Затем в отчаянии позвонил в коттедж мистера и миссис Кеннеди.
Автомобиль Сильви отказывался заводиться. Ее любимая маленькая машинка, которая ни разу в жизни ее не подводила, судя по всему, именно сейчас решила умереть.
— Не волнуйся, Сильви, — сказала миссис Кеннеди. — Сядь. Я сделаю тебе чаю. Мистер Кеннеди на матче по дартсу, но, как только придет, починит твою машину.
— Я не могу ждать. Я вызову такси, — взволнованно сказала Сильви.
— Я сама сделаю это, — остановила ее миссис Кеннеди. — Тебе нужно успокоиться.
Ждать придется не меньше получаса, и пока миссис Кеннеди заваривала чай, Сильви решила еще раз позвонить Тому, но ее телефон, весь день работавший безотказно, присоединился к автомобилю и испустил дух.
— Глупая, бесполезная вещица! — Сильви бросила его в сумку. Она была слишком зла, чтобы плакать.
Прошел почти час, когда Сильви наконец услышала шум подъезжающего к дому такси. Она не стала дожидаться, когда таксист постучит в дверь, подхватила свою сумку, чмокнула миссис Кеннеди в щеку и помчалась по узкой тропинке к воротам.
Добежав до ворот, она остановилась как вкопанная.
Прислонившись к роскошному «астону», сложив руки на груди, стоял не кто-нибудь, а сам Том Макфарлейн. И, судя по всему, он был отнюдь не счастлив.
Сильви открыла рот, собираясь сказать что-то, но, увидев, что было у Тома в руках, снова закрыла его.
Том был явно удовлетворен этим. Он выпрямился, открыл дверцу машины и сказал:
— Залезай.
Голос у него тоже был не самым счастливым. Всего час назад Сильви сгорала от нетерпения, желая увидеть его, поговорить с ним. Теперь же эта мысль уже не казалась ей такой удачной. Напротив, она показалась ей даже опасной.
— Ты все неправильно понял, Том, — слабым голоском пролепетала Сильви. Ее ноги словно вросли в землю.
— Ты, Сильви, все поняла еще более неправильно, — ответил ей Том.
— Я даже не думала, что такое может случиться, — начиная всхлипывать, пробормотала Сильви.
Он был зол? Она тоже не плясала от восторга. Сильви пошла по дорожке, но вместо того, чтобы сесть к нему в машину, направилась дальше, к лесу. Ей, кажется, нужно было прогуляться.
— Сильви! — Это было скорее требование, чем просьба. Но вдруг с его голосом что-то случилось. — Сильви, не делай этого, — срывающимся голосом крикнул ей вслед Том. — Я умоляю тебя. Пожалуйста…
Она остановилась, и когда он заговорил снова, то был уже у нее за спиной.
— Пожалуйста, не выходи замуж за Джереми Хилайера.
Значит, это была правда. Он действительно думал, что она выходит замуж за Джереми.
— Но ты помогал мне всю неделю. Сегодня днем ты пожелал мне счастья. Что изменилось?
— Все. Думал, что ребенок — его. Я приехал домой два месяца назад. Приехал, чтобы увидеть тебя. Хотел поговорить с тобой, хотя у меня было мало шансов. Я был в аэропорту, когда увидел, как ты улыбаешься с обложки «Звездной жизни» и прочитал о том, что ты вернулась к другу своего детства.
— Но я написала тебе, Том. Написала тебе о ребенке. Спросила тебя, получил ли ты мое письмо.
— Я думал, что ты имела в виду то письмо о деньгах. О твоем гонораре. Моя секретарша передала мне по электронной почте, что ты вернула мне те двадцать процентов. Она спрашивала меня, что с этим делать. И я понял, о чем ты подумала. О, я совсем не это имел в виду. Я сразу намеревался заплатить тебе полностью! Чек, который я выписал, лежал у меня в кармане. Там была полностью указана сумма твоего гонорара.
— Ох, — только и сумела вымолвить Сильви.
— Я сказал своей секретарше, чтобы она отдала эти деньги на благотворительность, если тебя это сможет как-то утешить. — Том замолчал, но через некоторое время снова заговорил: — Я прочитал твое письмо только сегодня вечером, Сильви. Я ничего не знал о нашей маленькой девочке…
Сильви оторопело захлопала ресницами.
— Это невозможно. Я сама положила его в твой почтовый ящик. Две недели спустя… — она жестом показала на округлившийся живот.
— Все было бы просто идеально, если бы я был дома, но я был за границей почти полгода. Сильви, я задержался только для того, чтобы взять свой паспорт, сел на первый попавшийся самолет и улетел как можно дальше от тебя.
— Ммм… Я думала, ты в Мустике. У тебя там был заказан отель.
— Как я мог уехать туда после того, что с нами… — Том, кажется, растерял слова. — Я причинил тебе боль, Сильви, заставил тебя плакать. Это произошло со мной всего дважды в жизни.
— В первый раз ты заставил плакать свою мать… — Сильви помолчала, потом тихо начала говорить: — Я плакала, потому что ты дал мне нечто незабываемое, Том. Я просто остолбенела от восторга. Столько всего сразу случилось! Сначала я потеряла все, испытала предательство… — Сильви посмотрела Тому в глаза, чтобы убедиться в том, что он верит ей. — Затем всю свою жизнь я устраивала идеальные свадьбы для других людей, в то время как сама не способна была даже поцеловаться с кем-нибудь…
— Сильви…
— Я вернулась к тебе, как только освободилась, но тебя уже не было.
— Я был в отчаянии, думал, что ты не могла дождаться, чтобы уйти от меня, что ты никогда мне даже в глаза больше не посмотришь. И кто смог бы тебя осудить?
Сильви прислонила палец к его губам.
— Ты мое солнце, Том, — сказала она. — Когда ты смотришь на меня, я таю. Когда прикасаешься ко мне, растворяюсь в твоем тепле.
— Но…
— Те слезы были от счастья, Том. А ребенок… — Она взяла Тома за руку и приложила ее к своему животу. — Наш ребенок тоже счастье.
— Она моя… — его лицо, бледное в свете восходящей луны, излучало благоговение, — моя маленькая девочка.
Сильви заплакала, но сквозь слезы сказала:
— Теперь у тебя есть семья, Том.
Какое-то время они стояли вместе, молча глядя в глаза друг другу.
— Этого недостаточно, — проговорил Том, осознав слова Сильви. — Мне нужна и ты. Я пытался забыть тебя, но ничего хорошего из этого не получилось. Я… — Том снова замолчал.
— Том! — Сильви обхватила ладонями его лицо. — Скажи мне то, что хочешь сказать.
— Я… я тебя люблю. — Снова возникла неловкая пауза, потом уже увереннее Том повторил: — Я люблю тебя, Сильви, но я совершенно запутался. Слишком поздно…
— Ты имеешь в виду завтрашнюю свадьбу? Это единственное, что стоит между нами сейчас?
