вылезло: «Видал? – Вовка распахнул пальто. На груди у него была красная звёздочка».
Убей бог не помню, откуда взялась эта фраза. Кажется, из какого-то старого учебника, разысканного мною у Ленкиной бабушки.
– Ох ты, красота-то какая! – всплеснула руками Наталья Никифоровна и теперь уже сама поцеловала меня в губы. Я было решил развить все это дело, но хозяйка быстренько отскочила в сторону: – Сходите-ка лучше к Десятовой, перед Леночкой похвалитесь, а мне ужин готовить. А еще письмо от вашего батюшки пришло, на столе лежит.
Письмо от батюшки, это хорошо. Но вначале нужно форму одежды в соответствие с чином привести.
– Наталья Никифоровна, вы не дадите мне иголку с ниткой?
– Иголку с ниткой? – удивилась хозяйка. – А что у вас порвалось? Скажите, я заштопаю.
– Петлицы бы переставить, – пояснил я с виноватой улыбкой. – Мне же, помимо ордена, еще и титулярного советника присвоили.
– Титулярного советника? Но вам же до него еще служить и служить. Сколько там от коллежского секретаря до титулярного? Три года. А у вас? Еще и двух с половиной нет.
Вдова коллежского асессора не хуже меня знала сроки производства в очередной чин.
– Н-ну, так уж все вышло, – пожал я плечами. – В указе так написано. Но даже если государь и ошибся, то обратно не повернешь. Написано – титулярному советнику, значит, я теперь титулярный советник. А на петлицах там шить трудно, руки исколешь. Неудобно женщину просить.
– Эх, Ваня-Ваня, – покачала головой хозяйка. – А мужу-то моему, покойному, кто переставлял? Я и переставляла. Давай свою шинель и мундир, неси петлицы, все сделаю. Иди, письмо от батюшки прочитай. Вдруг там что важное?
Письмо и на самом деле было важным, а еще – вице-губернатор Новгородской губернии прояснил мне подоплеку моего награждения.
«Мой дорогой сын. Надеюсь, мое письмо подгадает к получению тобой Указа Е.И.В. и ордена. Думаю, что не только ты, но и твои сослуживцы удивлены столь высокой наградой, которой удостоен младший чиновник. Признаюсь, я и сам удивлен.
Но обо всем по порядку. В двадцатых числах октября с. г. я был по служебной надобности в столице, поэтому сумел узнать об обстоятельствах, приведших к получению тобой ордена, можно сказать, из первых рук – от моего хорошего знакомого, служащего в Канцелярии Е.И.В. на очень важной должности.
Твоя фамилия была в наградных списках, в которых значились лица, удостоенные ценного подарка с императорским вензелем. Обычно Е.И.В. не читает подобные списки, не видит в этом смысла, а просто ставит свою Высочайшую подпись. Но здесь он решил просмотреть очередной список и был очень удивлен, встретив там имя сына вице-губернатора Новгородской губернии.
Государь, как известно, отличается суровым, но справедливым нравом, поэтому он спросил: не слишком ли жирно давать чиновнику, только начавшему свою карьеру, перстень с вензелем? Дескать – не послужит ли награда, полученная сыном вице-губернатора, плохим примером? Потом Е.И.В. затребовал документы, на основании которых тебя представили к Высочайшей награде, пообещав, что если деяния Чернавского-младшего не соответствует награде, то наказаны будут как председатель судебной палаты, так и сам г-н Марков[26].
Через три дня Е.И.В. были представлены: докладная записка товарища министра внутренних дел, к которой прикреплен рапорт (копия, заверенная в МВД) череповецкого исправника, где коллежский асессор Абрютин повествовал о твоем «подвиге», то есть о спасении от рук пьяного преступника младшего полицейского чина, а также доклад д.с.с. г-на Лентовского о расследовании тобой отцеубийства.
Повторюсь, что повествую обо всем со слов своего приятеля, присутствовавшего на чтении документов. Но он ручается, что говорит чистую правду. Да и нет сомнения в его словах.
Так вот, сын мой: государь император заявил, что вице-губернатор Чернавский воспитал не просто достойного сына, а такого, который может послужить примером для прочих детей сановников Российской империи. Мол, по совокупности заслуг Чернавский-младший заслуживает не перстня, а ордена, не меньше Анны третьей степени. Когда министр двора г-н Воронцов-Дашков пытался возражать, что Анну давать коллежскому секретарю рановато, можно ограничиться и Станиславом, государь рассердился и заявил, что если судебный следователь рискует жизнью ради спасения нижнего полицейского чина, то он достоин и более высокой награды. Дескать – за расследование преступлений он уже заслуживает Станислава третьей, за задержание преступника – Анны третьей, а за спасение человеческой жизни – Станислава второй. И приказал составить Указ на св. Владимира четвертой степени. Еще (не уверен в правдивости, но так говорят) государь спросил – не желает ли сам Воронцов-Дашков получить орден Андрея Первозванного? Дескать – если желает, то пусть возьмет полено и схватится с каким-нибудь пьяным преступником. Пусть даже у оного не будет того полена, которым был вооружен противник Чернавского. Как только министр сумеет завалить с одного удара преступника, то быть ему кавалером св. Андрея.
А чтобы не казалось, что орден получил младший чиновник, пусть Чернавский отныне станет титулярным советником. Мол – заслужил.
Ванюша, мой дорогой сын. Твоим орденом я горжусь больше, нежели своими! Еще я был удостоен Высочайшей благодарности за воспитание своего сына, а это я приравняю к ордену св. Александра.
Ваня, хочу еще поговорить с тобой и о твоей сердечной привязанности. Ты нам сообщал о том, что познакомился с Еленой Георгиевной Бравлиной – дочерью статского советника Георгия Николаевича Бравлина. Не сомневаюсь в искренности твоих чувств к девушке и в ее ответных чувствах. Как тебе неоднократно говорили, мы с матушкой не станем мешать твоему счастью.
Род Бравлиных – из древних дворянских родов, он внесен в Бархатную книгу, а батюшка твоей невесты (будущей!) зарекомендовал себя как прекрасный чиновник, удостоенный орденов. И чин Г. Н. вполне подходящий, чтобы породниться с вице-губернатором.
Мы с матушкой дозволяем тебе просить руку и сердце Елены Бравлиной, более того, мы намерены списаться с Георгием Николаевичем, чтобы обсудить вопросы вашей свадьбы и будущей совместной жизни. Было бы совсем хорошо, если бы Г. Н. вместе с семьей смог выбраться в Новгород, чтобы мы могли лично все обсудить.
Но прежде чем мы начнем обсуждать эти вопросы, хотелось бы спросить – не лучше ли тебе повременить и с помолвкой, и со свадьбой?
Ты мне ответишь, что даже помолвка состоится не скоро, но на самом-то деле время пролетит быстро. Не пожалеешь ли ты о своем скоропалительном решении?
Может так получиться, что по истечении какого-то времени – год или два, тебя переведут на службу в столицу. Если ты приедешь туда с молодой женой, тебе будет гораздо труднее обустраиваться.
Кроме того – прошу на меня не обижаться за слова, которые могут показаться тебе странными и
