8-2
* * *
Магия иллюзий коварна и непредсказуема. Особенно когда иллюзионисту выдается карт-бланш. Лорд Лин разрешил ни в чем себе не отказывать и портить стрельбу парням так, как мне захочется.
А захотелось мне многое.
Для начала я облепила мишени белесым туманом, ухудшив видимость разметки, потом начала вредить стрелкам. Сложно сохранять концентрацию и попадать в яблочко, когда у тебя над ухом визжит летучая мышь. Надо отдать парням должное, мимо мишеней они не промахивались, но и безупречной меткостью похвастаться больше не могли. Потом Фейна, которую тоже заставили упражняться в стрельбе, догадался сбить мою иллюзию огненным пульсаром, еще и нагло подмигнула, намекая, что мне пора создавать вторую мышку. Но творческие личности не повторяются, поэтому на смену мышке пришли комары.
Кровососов в Элькрасе хватало и многоногих, и двуногих и даже растениеобразных. Так что и вполне земным москитам тут тоже место нашлось. Рой мошкары носился перед парнями и противно зудел, действуя всем на нервы. Но добили всех не они, а моя счастливая физиономия. Всех безумно бесила наглая иллюзионистка, которой нельзя было надевать по шее. Почему? Отдельный вопрос. Лорд Лин не сказал прямо, что мне нельзя вредить, но никто даже крошечного пульсара в мою сторону не запулил. И это вызывало недоумение. Джентльмены все или просто недогадливые?
Я вопросительно посмотрела на Сартарэна. Судя по каменному выражению лица главы Серого дольмена, определенно второе. Ну а я причем? Не мои ученики, не мне и воспитывать.
Наконец, Сартарэн не выдержал и вышел к мишеням, заставив всех страдальцев опустить арбалеты.
— Вот я смотрю на вас и думаю, то ли при наборе вам бессовестно завысили характеристики, то ли дни неги и спокойной жизни сказались на вашей сообразительности.
Задумчиво замечание заставило парней зло уставиться на меня. Стрелять больше никто не рвался, зато Ферран вскинул арбалет и натянуто улыбнулся:
— Истра, ты последняя.
Серьезно? Стрелять? Мне?
Я вопросительно уставилась на Сартарэна и получила в ответ кивок. Ферран вложил в мои руки арбалет предельно осторожно, словно гранату передавал. Ещё и Дорс пошутил, чтобы он проследил, что я держу оружие заряженным болтом от себя. Я не умела стрелять, и каким-то образом это сразу стало понятно всем. Наверное, я как-то не так держала арбалет, или не так стояла, или смотрела…
Повеселилась. Надо и честь знать. Теперь развлекаться будут другие. Нет, я не боялась подколов, но когда что-то кольнуло меня чуть пониже поясницы, едва не выругалась в голос. Когда я вскинула арбалет еще раз, земля под моими ногами ощутимо задрожала.
— Что, Истра, руки трясутся? — весело бросил Тариэль.
— Тяжелая игрушка. Чай не зеркальце, — глубокомысленно изрек Дорс.
За спиной послышались смешки. Такими же замечаниями парни частенько награждали друг друга. Итак, серые зайки решили проверить меня на прочность. Парни прекрасно знали, что я не владею защитной магией, так что я оценила, что никто не ударил меня боевым заклинанием, не попытался вырубить в отместку.
8-3
Но мешать-то зачем!
Шлепок чем-то плоским и невидимым был мало того что неожиданным, еще и обидным.
— Ай! — тихо пискнула я, вызвав новую волну смеха.
Бросив арбалет на траву, с негодованием обернулась. “Зрители” выстроились в линию и с интересом ждали дальнейшего развития событий. Мимоходом отметила, что Фейна стоит рядом с братом и что-то с улыбкой ему говорит. Но меня заинтересовал совсем другой веселящийся:
— Ничего не знаю. А руки, вот они! — гоготнул Сногг, показывая мне ладони, по которым растекался туман.
Я вспомнила лапу из тумана, принадлежащую Сартарэну. Видимо, и Сногг также умел. Что ж… Я тоже кое-что могу!
Иллюзорный огонь, вспыхнувший под ногами у парней, был так себе подделкой. Он не жег, не трещал, и даже не грел. Зато невидимая водяная волна оглушила всех. Эффект внезапности “утопления” был такой, что секунд на десять парни превратились в согнувшиеся пополам статуи. Я же коварно воспользовалась ситуацией, доковыляла до ближайшей мишени и расстреляла ее чуть ли не в упор. А вот насладиться победой не вышло. Ноги стали ватные, каждый шаг давался с трудом, а по телу растеклось странное оцепенение. Жуткое, пугающее, но почему-то знакомое…
Позади раздавался смех, чередующийся с отборной руганью, но у меня не было сил даже обернуться. Не пошевелилась я, и когда на меня упала тень и я услышала тихо:
— Госпожа Истра, сдается мне, вы не расположены сейчас принимать поздравления.
Да что вы, лорд Лин, я сейчас вам и слова не скажу.
Губы не шевелились, а пищать или хрипеть я была морально не готова. Первый мое состояние заметил Тариэль.
— Эгэй! Кажется, иллюзионистка выложилась. Лорд Лин, смотрите, как бы не грохнулась.
В обморок мне упасть не светило, и от этого было еще обиднее. Я просто превратилась в статую, неспособную управлять своим телом, а внутри точно образовалась гадкая пустота.
— Лира, ты как? — Передо мной возник встревоженный Ферран. — Лорд Лин, с Истрой уже такое бывало, когда она создала снежную иллюзию. Её нужно отнести…
— Не нужно. Возвращайся к тренировке. Сейчас. — И Сартарэн повысил голос: — Всем три серии без промаха подряд. Адептке Эрн достаточно одной. Один промах — штрафной круг вокруг башни. Бегать от стрельбища и до обеда.
Серые зайки встретили приказ гробовым молчанием. Для плохих стрелков утренняя тренировка должна была плавно перейти в дневную.
Но лучше бы я бегала!
Когда передо мной заклубилось серое око портала, я попыталась изобразить отступление, но деревянные ноги почему-то подкосились и уронили меня в объятия лорда Сартарэна.
Позорище!
Да, репутация даже для иллюзионистки имеет значение, поэтому я умудрилась ловко окутать нас плотным туманом. Это последнее, что я сотворила, прежде чем потерять сознание.
* * *
Уже уплывая в серый туман
