Читаем без скачивания Поцелуй Иуды - Максим Шахов

– Ну? – спросил эксперт. – В смысле, ну и что?

– А то, Димыч, что я вдруг подумал – а может, мы сейчас ищем черную кошку в темной комнате?

– В каком смысле?

– А в прямом, по поговорке. Что, если на этой фотографии действительно изображен этот самый Родимцев, но было это давно, когда он еще не был таким толстым?

– Так вам виднее, кого вы ищете, – пожал плечами Димыч.

– Правильно, – кивнул Моляр. – Но помочь нам разобраться в этом можешь только ты.

– Я?

– Да, Димыч. А нужно мне от тебя вот что. Увеличь-ка ты максимально эту фотографию и составь мне полный перечень стабильных признаков этого товарища.

– В смысле полный перечень стабильных признаков фотопортрета его задницы?

– Да.

– Здорово, – почесал затылок Димыч. – И как вы собираетесь проводить опознание – по санкции прокурора или мне его в лабораторию с голой жопой притащите?

– Пока не знаю, – пожал плечами Моляр. – Как мыслишь, получится?

– Да в общем-то, – вновь почесал затылок Димыч, – должно получиться.

Глава 95

Фирстова решили брать без особых затей. «Волга» стояла у подъезда, а это означало, что ее хозяин дома.

Подъехавшие на двух легковушках оперативники Самарского УБОПа первым делом заблокировали возможные пути отхода, после чего в дело вступила группа захвата.

Три человека в «брониках» с автоматами осторожно скользнули на этаж, по-быстрому осмотрелись. Дверь у Фирстова была железная, с полицейским замком, так что ломать ее было не с руки.

Решив не рисковать, группа захвата временно отступила. После коротких переговоров по рации снизу поднялись два оперативника в спецовках с отвертками.

Одежду и инструменты они одолжили у водителей служебных машин. Выйдя из лифта, оперативники сразу вскрыли электрощит и принялись отрабатывать свой номер.

Один с ходу выключил оба автомата-реле квартиры Фирстова, после паузы включил и снова выключил. Второй в это время орал:

– Шестьдесят третью отключил? Так, сейчас посмотрим… Ой, мля, бьет! Ты точно шестьдесят третью отключил? А ну проверь!

Фирстов жил в шестьдесят четвертой квартире. За десять секунд ее дважды обесточили и дважды подали напряжение. Телевизор то гас, то снова включался уже на другом канале. На кухне то запускался, то захлебывался холодильник.

Эта чехарда надоела Фирстову, и он, ни о чем не догадываясь, щелкнул своим полицейским замком.

– Эй! Какого хрена…

Больше ничего сказать Фирстов не успел. Затаившиеся на лестнице бойцы группы захвата бросились к двери, сбили с ног хозяина и ворвались в квартиру.

Дома Фирстов был один. Об этом, а также об успешном захвате немедленно доложили начальству. Начальство связалось с полковником Панферовым, направлявшимся в этот момент в аэропорт, чтобы вылететь в Самару.

Учитывая цейтнот, в котором оказалось следствие, Панферов приказал немедленно допросить Фирстова и во что бы то ни стало выяснить, что с Богдановым.

Через десять минут в шестьдесят четвертую квартиру поднялась небольшая делегация. Возглавлял ее замначальника Самарского УБОПа, с ним прибыли следователь и районный прокурор. Лежавшего на полу в наручниках Фирстова подняли, встряхнули. Прокурор помахал перед его носом ордерами на обыск и арест, следователь деловито извлек из папки бланк протокола.

Все это особого впечатления на Фирстова явно не произвело, да и времени на формальности, в общем-то, не было. Замначальника Самарского УБОПа положил руку на плечо следователя, отстранил его в сторону.

– Подожди! Я сам с ним поговорю…

Фирстов шмыгнул расквашенным носом, криво усмехнулся:

– Я требую адвоката. Я буду жаловаться генеральному прокурору. Это какое-то недоразумение, и вы за это ответите.

– Да нет, парниша, на этот раз отвечать придется тебе. Ты влип. Статья очень серьезная. Поэтому в твоих интересах оказать следствию помощь и немедленно сообщить, где находится похищенный гражданин Богданов.

– Кто-кто? – после удивленной паузы переспросил Фирстов.

– Богданов.

– Не знаю такого. Первый раз слышу.

– Лучше тебе его вспомнить. Я же говорю, что на этот раз ты влип. Нам все известно. Как вы на «Опеле» вывезли его из Кольцова, как потом этот «Опель» продали в Пензенской области и купили «Волгу».

Выслушав замначальника Самарского УБОПа, Фирстов неожиданно повеселел и успокоился окончательно:

– Я же говорю вам, это какая-то ошибка. «Волгу» я купил, не отрицаю. И «Опель» свой продал, потому что на нем все заводские номера оказались перебитыми. Влетел я с этим «Опелем», купил на свою голову по дешевке на авторынке. А вот этого вашего Берданова в глаза не видел, первый раз о таком слышу.

– Ты об этом пожалеешь!

– О чем? Об «Опеле»? Так я о том, что его купил, уже сто раз пожалел. Только за это не садят, правильно? А насчет Берданова, или как там его, ничем помочь не могу! Не знаю, не видел, не слышал!

В голосе Фирстова звучала неприкрытая издевка. Замначальника Самарского УБОПа в бешенстве развернулся и пошел на кухню звонить Панферову. Тот приказал продолжить допрос и параллельно провести в квартире обыск.

– Есть! Понял! – кивнул замначальника УБОПа и отключил телефон.

В течение часа квартиру Фирстова тщательно обыскали, но не нашли ничего, кроме значительной суммы денег в американских долларах. Фирстов был предельно осторожен и не держал дома ни оружия, ни боеприпасов, ни чего-либо другого, что позволило бы его изобличить. Даже документы на оставленный в Дутове «Опель» были, судя по всему, предусмотрительно уничтожены.

Параллельно с обыском продолжался допрос. Фирстова пугали, задабривали, пытались взять на понт и даже слегка побили. Только он упрямо стоял на своем, и склонить его к признанию так и не удалось.

Глава 96

Артем Заварзин в ожидании своего «челночного» рейса торчал в небольшом кафе, прилепившемся на задворках аэровокзала. Миша на своей новой «Волге» укатил полчаса назад, и все это время Заварзин блаженно потягивал пиво и щурился за окно, представляя, как оттянется в Анталии после трудов праведных.

Кольцовское дело было для Заварзина уже седьмым по счету с тех пор, как он стал работать на Поркуяна. Конечно, он догадывался, что за Поркуяном стоит Туз, но излишнее любопытство в «фирме добрых услуг» не поощрялось.

Поэтому Заварзин о своих догадках помалкивал. Он очень дорожил своей нынешней работой, беспрекословно выполнял приказы Поркуяна и не задавал лишних вопросов.

И не только потому, что это было опасно, а потому что со временем Заварзин убедился – каждое дело продумано и просчитано до мелочей. Выполнишь все как велели – и бояться нечего.

Заварзин был абсолютно уверен в своей безнаказанности, и это придавало особый привкус всему – и пиву в бокале, и летнему дню, и предстоящему перелету. А потом все это вдруг разом закончилось – словно кто-то одним махом сорвал с его глаз радужные очки.

Из кафе по чистой случайности неплохо просматривались служебные ворота аэропорта. Когда к ним один за другим подкатили два микроавтобуса, Заварзин просто удивился.

Сразу за воротами микроавтобусы встретил какой-то толстый мент в форме и быстро показал, куда ехать. Автобусы тут же рванули влево, но не на поле, а к аэровокзалу.

Заварзин поднялся, прошел к стойке, покосился назад. Микроавтобусы прилепились к зданию аэровокзала со стороны летного поля, из них в темпе выскакивали спецназовцы. Происходило все это в районе зоны таможенного контроля.

Вспотевшей рукой Заварзин взял пачку сигарет, бросил на стойку деньги и, не дожидаясь сдачи, направился к выходу. Уже на улице он сорвал с пачки целлофан, прикурил сигарету и как бы невзначай осмотрелся.

Увидел он от кафе не много, но достаточно, чтобы понять, что происходит. От стоянки к аэровокзалу по отдельности направлялось несколько крепких парней с поясными сумками. Догадаться, что лежит в этих сумках, было нетрудно.

Заварзин в отчаянии оглянулся. В нескольких метрах от него боком к кафе стояла грузовая «газель» с эмблемой «Кока-кола» на фургончике. Водитель заканчивал грузить выставленные горкой у служебного хода пластиковые ящики.

Огромная складная «челночная» сумка Заварзина осталась в кафе, но сейчас было уже не до нее. Заварзин направился к «Газели».

– Слышь, братан! В город подкинь!

Молодой водитель в оранжевом комбинезоне и бейсболке хмуро бросил через плечо:

– Нам нельзя. К «бомбилам» подойди, вон их сколько на стоянке!

– Понял, – улыбнулся Заварзин, вроде бы отворачиваясь.

В доли секунды он убедился, что на них никто не смотрит. Водитель тем временем недоуменно пожал плечами и наклонился, чтобы поставить стопку ящиков в фургон. В этот момент Заварзин и нанес ему с разворота короткий удар в основание черепа.

Подхватив обмякшее тело, он запихнул его в фургон и закрыл дверцу. Потом еще раз оглянулся и неспешно направился к кабине.