Читаем без скачивания Замок Зачарованный - Джон Де Ченси

Чудесное место, даже несмотря на то, что в конце концов именно оно его и прикончило. Мелькнула другая мысль: что-то уж больно долго длится падение. Слишком долго. Может, он уже мертв?

Далтон открыл глаза. Наверху небо. Он посмотрел вниз и увидел землю, к которой его по-прежнему несло. Но в происходящем чувствовалась какая-то неправильность. Наверное, исказилось его ощущение времени. Говорят, перед смертью перед глазами человека мелькает вся его жизнь. А у него? Ну, в каком-то смысле так оно и было. Может, перед смертью время сжимается, и кажется, что процесс умирания продолжается целую вечность. Если и так, ничего неприятного в этом нет.

Падение все длилось и длилось. Он слышал свист рассекаемого его же собственным телом воздуха, но падал… не очень быстро. Какая там формула? Фут в секунду на время в квадрате на гравитационную постоянную… что-то в этом роде. Он должен был бы лететь вниз, как свинцовый груз, а между тем почти парил в воздухе. Странно.

Наклонив голову, Далтон снова посмотрел на землю. Вот так так! Она стала ближе, но в гораздо меньшей степени, чем можно было ожидать.

Чертовски странно. Так он умрет или не умрет? Он, можно сказать, уже привык к этой мысли, дошел в своих рассуждениях до понимания того, что, может быть, это не так уж скверно, до благоговейного ощущения, что завершение жизненного пути может быть даже желанным, — и пожалуйста: теперь появились некоторые сомнения. Когда падаешь с высокой стены, то предполагается, что ты непременно разобьешься насмерть. Что ещё может быть?

Он медленно развернулся лицом вниз, как во время затяжного прыжка с парашютом. Да, он действительно опускался очень медленно. Скорее плыл. Плыл? А это ещё что? Какие-то голубые вспышки…

В воздухе зазвучал знакомый голос:

— Привет! Сегодня у тебя счастливый день. Ты пробудил к жизни одно из охранительных заклинаний замка. Оно предназначено для того, чтобы подхватывать людей, вывалившихся из окна или упавших с зубчатой стены — из героических соображений или просто по неосторожности. Только тебе ведомо, к какой категории себя отнести! Во всех случаях ты в полной безопасности. Заклинание левитации опустит тебя на землю в целости и сохранности. Не волнуйся. Если ты герой, слава тебе! Если нет… в будущем постарайся быть повнимательней. Приятного дня!

Голос принадлежал Кармину.

— Будь я проклят, — пробормотал Далтон.

С нечеловеческим усилием Такстон сумел подтянуться.

Перевалился на дорожку и лег на спину, даже не помышляя о том, что в любой момент его могут сожрать львы. Ему было так невыносимо грустно, что хотелось умереть самому. Лучше бы уж он свалился вместо Далтона.

Странное действо над замком все ещё продолжалось, хотя самодовольно ухмыляющееся лицо различить теперь было невозможно. В воздухе над парапетом, среди неестественно пестрых радуг, летали какие-то яркие штуки.

Наверно, теперь он сможет встать. Такстон сел и огляделся.

Никаких львов.

Хорошо. Он встал, на что потребовались едва ли не все его силы. Подошел к парапету и посмотрел через край.

Лететь вниз так долго! Различить что-либо на земле представлялось совершенно невозможным, да на самом деле у него и желания такого не было. Далтон не мог уцелеть, не было даже крошечного шанса, и Такстон не стремился увидеть то, что подтвердило бы этот факт.

Лучше спуститься вниз. Нужно рассказать остальным об ужасной потере.

Ужасная обязанность. Просто невыносимая.

Он зашагал в сторону башни.

Словно Кролик Роджер с антигравитационным поясом (он все ещё помнил эти старые мультсериалы!), Далтон мягко опустился на землю, ногами вперед.

Его слегка пошатывало, но в остальном самочувствие было нормальное. Он стоял посреди огороженного высокими стенами двора. Справа виднелась арка, он пошел туда и оказался в другом дворе. Пересек его, пройдя ещё через одну арку.

Поплутав по лабиринту крытых аркад, дворов и навесных башен, он в конце концов добрался до того, что, по его мнению, было внешней стеной замка, и пошел вдоль неё направо.

И в итоге оказался перед огромной бронзовой дверью без намека на ручку; зато рядом с ней из каменной стены торчала кнопка, похожая на кнопку дверного звонка. Такстон нажал на неё. Изнутри послышался низкий перезвон.

Больше никакой реакции не последовало. Выждав некоторое время, он надавил снова и только собрался сделать это в третий раз, как в правой створке двери открылось маленькое окошко, и выглянул стражник довольно странного вида.

— Кто там?

— Э… меня зовут Далтон, и я…

Странник, чем-то удивительно напоминавший ожившую мультяшку, раздраженно перебил его.

— Вы что, читать не умеете?

— Я упал с… Что? Ах это…

Только тут Далтон заметил на стене справа от себя написанную от руки витиеватую вывеску:

«ДВЕРНОЙ ЗВОНОК НЕ РАБОТАЕТ — ПОЖАЛУЙСТА, СТУЧИТЕ».

— Интересно.

Голова стражника исчезла, окошко захлопнулось.

Далтон постучал. Звук громким эхом отдавался внутри.

Выждав некоторое время, он постучал ещё раз. И — просто на всякий случай — снова надавил на кнопку звонка.

В конце концов изнутри послышались клацающие звуки. Дверь со скрипом отворилась.

Оттуда выглянул второй стражник, самый обычный человек, не имеющий ни малейшего сходства с героями старых мультиков. Более того, судя по выражению лица, он узнал Далтона.

— Мистер… Далтон, насколько я припоминаю?

— Да. Мне немного стыдно, но я свалился с башни замка.

— Боги! С вами все в порядке, сэр?

— Прекрасно. Меня спасло охранительное заклинание.

— Хвала небесам! Входите, сэр, входите. Стражник впустил его.

Оказавшись внутри, Далтон внимательно осмотрел дверь, но не заметил ни окошка, ни каких бы то ни было намеков на него.

— Очень интересно.

— Сэр?

Далтон усмехнулся.

— Ничего. Здесь не соскучишься, правда? Ни за что не соскучишься.

Стражник грустно покачал головой.

— Вот уж не сказал бы, сэр. Нет, не сказал бы.

Между вселенными

— Ну, куда мы теперь летим? — спросила Мелани.

Внутри корабля было практически темно, если не считать мигающих на приборной панели огоньков, многие из которых лихорадочно полыхали красным. Поначалу температура была довольно комфортная, но постепенно становилось все жарче.

Ластер и Долберт, сидя в задних креслах, флегматично помалкивали. Их, казалось, ничто не могло вывести из равновесия.

— Вообще-то в нуль-пространстве не существует понятия направления, — ответил Джереми.

— Что это за «нуль-пространство», черт побери?

— Не уверен, что смогу объяснить. Типа… Ну… В общем, такое дополнительное измерение за пределами четырех измерений обычного пространства. Что-то в этом роде. Только это всего лишь одно измерение. На самом деле мы не в нем, а как будто на нем… ну, как на пластинке льда. Пока мы в движении — а так оно сейчас и есть — мы остаемся в этой плоскости. Если остановимся, то провалимся в обычное пространство.

— Ох! Но ты ведь сказал, что мы не можем вернуться в замок.

— Правильно. Без навигационной системы кораблю не под силу определить, в каком направлении находится замок. Улавливаешь?

— Вроде бы. А сделать-то что-нибудь можно?

— Ну, прежде всего нужно выбраться из нуль-пространства, потому что это не то место, где рекомендуется задерживаться. А потом… Потом… Куда-нибудь… перейти.

— Ты имеешь в виду, перейти в обычное пространство? И в какое же, например?

— Ну, откуда мне знать? Когда перейдем, тогда и поймем, не раньше. Это будет какая-то вселенная. Надеюсь лишь, что не одна из этих… таинственных или как их там называют.

Мелани не понаслышке знала о «таинственных» вселенных. Как-то ей даже пришлось застрять в одной из них. Лучше не вспоминать.

Джереми задумчиво жевал нижнюю губу.

— В чем проблема? — спросила Мелани.

— Не знаю, следует ли мне прибегнуть к помощи Айсис.

— Айсис? — не поняла Мелани.

— Такая программа.

— Программа?

— Ну да. На самом деле нечто среднее между заклинанием и утилитой. Искусственный интеллект и в то же время, как мне кажется, в некотором роде дух.

— Что это значит — в некотором роде дух?

— Не знаю. Частенько я и сам задаюсь этим вопросом. Но она также и программа, и я загрузил её в корабельный компьютер.

— Понятно.

Теперь Мелани вспомнила, что уже слышала об Айсис. Ничего себе дух! Сногсшибательная брюнетка, всецело преданная Джереми и не раз заставлявшая его, обычно робкого с женщинами, немало понервничать.

— Она всегда помогает, но временами любит покомандовать.

Только Мелани собралась ответить, как из громкоговорителя на приборной панели послышался голос.

— Обижаешь, Джереми!

Лицо молодого человека вспыхнуло.

— Проклятье, я совсем забыл, что запрограммировал её на автоматическое включение одновременно с началом работы двигателя.