- И в то же время, - сказала Иветта, - мы должны сохранить нашу собственную легенду, даже если это будет означать, что мы попадаем в разряд подозреваемых.
- Совершенно с тобой согласен, - поддержал ее брат. - Изменник думает, что о нем никто ничего не знает, и мы не можем дать ему повод подозревать, что это не так, иначе он заляжет на дно.
На следующее утро прибыла полиция с намерением допросить всех о событиях предыдущего вечера. Кроме того, поскольку дело касалось коронованной принцессы и барона с баронессой, присутствовали представители из местного отделения СИ Б.
Следствие пролило свет на одно обстоятельство. Хотя дерево нанесло телу значительные повреждения, что затруднило работу экспертов, причину смерти они все же сумели установить. Ею явился сильный удар по шее, раздробивший позвоночник и нижнюю часть черепа, И произошло это до того, как на погибшего упало дерево.
Все, кроме д'Аламберов и Руменье, были поражены, хотя им пришлось удивляться вместе со всеми. Это не был несчастный случай. Сомнения отпали. Это было убийство.
Полиция не стала заострять внимания на деталях, в частности, на небывалой силе убийцы, использовавшего дерево, чтобы скрыть содеянное. Они предпочли заняться обычным выяснением обстоятельств преступления, особое внимание уделяя местонахождению каждого гостя замка в этот вечер. Время наступления смерти сузилось до получаса, того самого, на который падал перерыв в танцах. Все старались в точности вспомнить, кто что делал во время этого перерыва, но не каждому это удавалось.
Иветта большую часть перерыва проболтала с Эдной, Жюль вел приятную беседу с Ивонной. Большинство кандидатов находилось в парке, некоторые - с фрейлинами Эдны, и потому имели прочное алиби. Только трое не имели такого алиби: Поль Симон, Чен Ли и парень по имени Сен Мальваней с планеты Аркта. Мальваней сказал, что он вышел на свежий воздух позже, но свидетелей, способных подтвердить его слова, не нашлось. Симон сказал, что он поднялся к себе в комнату, чтобы захватить комплект ювелирных украшений, который он забыл надеть, а Ли признался, что пошел в парк для медитации.
На нем полиция и сосредоточила свое внимание. То, что он на момент события не имел алиби, его признание, что он находился в парке во время убийства, угрозы Борова ему несколькими часами раньше сделали его главным подозреваемым. Ли принял это подозрение со свойственным ему невозмутимым достоинством. Он вежливо, но твердо заявил, что не убивал Борова и не знает, кто это сделал, и ни агенты СИБ, ни полицейские детективы не смогли найти несоответствий в его рассказе.
В конце концов им пришлось отступить. У них не оказалось достаточных оснований для чьего-нибудь ареста и даже для того, чтобы отправить кого-нибудь в полицейский участок для более тщательного дознания. Поскольку все подозреваемые должны были участвовать в заключительной части турне, полиция отпустила их и направилась в парк с тем, чтобы осмотреть место происшествия. Затем они отбыли, предупредив, что каждый из присутствующих обязан пройти проверку перед тем, как покинуть планету.
Убийство было единственной темой разговоров на протяжении всего дня. Симон, Мальваней и Ли буквально превратились в изгоев, и очень немногие рисковали заговорить с ними. Ли воспринимал все это с присущим ему философским спокойствием, но двое других были явно оскорблены тем, что их честность находится под вопросом, хотя и пытались демонстрировать хорошее настроение.
Жюль улучил возможность поговорить с сестрой наедине.
- Мне пришла в голову одна мысль, - сказал он. - А что, если мы изначально неверно определили количество злодеев? Что, если изменник не один, а имеет помощника, дублера, если хочешь? Если это так, что стоит ему состряпать себе алиби, которое сообщник или сообщники подтвердят?
- Возможно, ты и прав, - задумчиво проговорила Иветта. - Просто нам не хватает данных. Предполагать наличие лишь одного изменника проще, хотя и того трудно выявить. Но я согласна - их может быть больше одного.
Жюль дождался времени обеда и, когда все собрались за столом, завел разговор об убийстве. Он конфиденциально заявил, что у него есть неплохая идея, как определить убийцу. Эдна бросила на него удивленный взгляд, пытаясь понять, что за игру он затеял, но ничего не сказала.
- И кто же это? - спросил Ганс Гаддинг. Жюль покачал головой.
- Я могу сказать только то, что это не я. Это большая ответственность, и я бы не хотел опорочить кого-то на основании имеющихся у меня улик. Если я окажусь не прав, я никогда не прощу себе, что назвал убийцей невиновного человека.
- Почему бы вам не сообщить в полицию о своих подозрениях? - спросил Поль Симон.
- Я, вероятно, так и сделаю, как только мне самому все станет абсолютно ясно. Завтра утром первым делом я позвоню следователю и поделюсь своей версией.
- В чем именно она состоит? - спросил Мальваней.
- В последние дни случилось несколько событий. Лицо, которое я подозреваю, совершило такие действия, которые я назвал бы несколько необычными. Есть одна-две детали, которые я хочу уточнить на месте, в парке. - Он закончил есть и отодвинул свой стул от стола. - Пожалуйста, извините меня, но это может оказаться очень важным.
Жюль, к удивлению всех присутствующих, покинул столовую и отправился в парк. Он провел там два часа, бродя по тропинкам и иногда нагибаясь, чтобы рассмотреть что-то в тусклом свете ансергской луны. Больше часа он кружил вблизи места, где было обнаружено тело, переворачивая камни и чуть ли не обнюхивая их. Время от времени кто-нибудь выходил из дома, чтобы посмотреть на него, недоумевая, что он собирается обнаружить, если полиция и та не смогла ничего найти. В конце концов, его оставили в покое.
Это вполне устраивало Жюля, ведь того, что он якобы надеялся найти, в парке и быть не могло.
Спустя еще час Жюль вернулся в замок. Большинство людей уже ушло отдыхать. Вскоре он остался один и тоже решил отправиться спать.
В коридоре, который вел в его комнату, был погашен свет. Странно. Что-то здесь не так. Едва эта мысль пришла в голову, Жюль в долю секунды собрался, кувыркнулся вперед и вправо, прокатился немного и ударился в стену на другой стороне коридора.
И вовремя. Низкий жужжащий звук станнера разрезал воздух. Луч прошел в нескольких сантиметрах от его тела. Стоя в освещенном проеме двери, он был идеальной мишенью для убийцы, но его мгновенная реакция спутала
карты.
На этот раз Жюль избежал луча. Его жизнь теперь зависела от ловкости и реакции нападавшего, что, впрочем, не слишком его беспокоило: реакция деплейнианина, несомненно, лучше, чем у любого нормального человека.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
