- Мы не уверены в том, что в Новом Вавилоне мы будем в безопасности, сказал он. - Никто не ожидает нашего приземления в Багдаде. Давайте будем продолжать поддерживать связь с Нововавилонским терминалом, сообщая, что направляемся прямо туда. Когда мы возьмем на борт остальных трех послов, то можем просто остаться на земле в течение нескольких часов, пока у сопровождающей нас охраны не появится возможность очистить Новый Вавилон.
- Это повлияет на ваши встречи? - сказал Рейфорд, стараясь сохранять небрежный тон.
- А каким образом это касается вас? Мы вполне можем устроить встречу прямо в самолете, пока его заправляют. Вы ведь можете не выключать кондиционеры?
- Конечно, - ответил Рейфорд, пытаясь быстро что-то придумать, - но я тоже должен остаться в кабине или в моей каюте, потому что мне нужно многое изучить в устройстве этого самолета. Я не буду вам попадаться на глаза.
- Постарайтесь.
* * *
Бак связался с Донни Муром, который сообщил, что ему удалось достать по сходной цене несколько важных комплектующих для компьютеров, и теперь он сам собирал пять мощных ноутбуков.
- Это сэкономит вам немного денег, - сказал он. - Полагаю, чуть больше двадцати тысяч за штуку.
- И я смогу воспользоваться компьютерами, когда вернусь из поездки, в воскресенье?
- Абсолютно точно, сэр.
Бак назвал ведущим сотрудникам "Глобал Коммьюнити Уикли" номер своего спутникового телефона и попросил не давать его никому, кроме Карпатиу, Планка и Розенцвейга. Затем он осторожно собрал свою единственную кожаную сумку и провел остаток дня, работая над бумагами Брюса и пытаясь дозвониться до Розенцвейга. Похоже, старик хотел сообщить о том, что доктор Цион бен-Иегуда жив и находится в безопасности. Бак очень надеялся, что Розенцвейг последовал его совету и не вводил Карпатиу в курс дела. Он не имел представления, где Цион бен-Иегуда мог прятаться, но если это известно Розенцвейгу, то Баку необходимо, прежде чем вместе с Кеном Ритцем приземляться в аэропорту Бен Гьюрион, поговорить с ним.
Интересно, сколько времени ему и его близким самим придется скрываться в убежище под зданием церкви?
* * *
Охрана подлетала к Багдаду. Рейфорда проинструктировали не поддерживать связь с башней, чтобы вражеская авиация не смогла определить их местоположение. Он был убежден, что ответные удары, нанесенные силами Мирового Сообщества в Лондоне и Каире, не говоря уже о Северной Африке, не позволят мятежникам появиться в Ираке. Но, как бы то ни было, он выполнял приказ.
Леон Фортунато связался по телефону с диспетчерскими в Багдаде и Новом Вавилоне. Рейфорд сделал это заранее, чтобы убедиться, что у него и МакКаллама по прибытии будет место, где они смогут вытянуть ноги и расслабиться. Несмотря на многолетний опыт полетов, у него наступали моменты, когда на борту самолета он начинал страдать от легкой клаустрофобии.
Кольцо вооруженных до зубов солдат Мирового Сообщества окружило самолет, пока он медленно катился к месту остановки на самой безопасной полосе Багдадского аэропорта. Первыми на землю сходила команда из шести стюардесс и обслуживающего персонала.
Фортунато подождал, пока Рейфорд и МакКаллам проведут процедуры, необходимые после посадки. Он покинул самолет вместе с ними.
- Капитан Стил, - сказал он, - я доставлю на борт остальных трех пассажиров в течение часа.
- И когда вы намерены вылететь в Новый Вавилон?
- Вероятно, не менее чем через четыре часа или около того.
- Международные летные правила запрещают мне снова садиться за штурвал в течение двадцати четырех часов.
- Ерунда, - ответил Фортунато. - Как вы себя чувствуете?
- Я устал.
- В любом случае вы единственный пилот, который имеет достаточную квалификацию, чтобы управлять этим самолетом, и полетите, если прикажут.
- Значит, международные летные правила - побоку?
- Стил, вы же понимаете, что все международные правила под контролем человека, который сидит сейчас в этом самолете. Если он хочет отправиться в Новый Вавилон, вы полетите в Новый Вавилон. Понятно?
- А если я откажусь?
- Не делайте глупостей.
- Позвольте вам напомнить, Леон, что, как только у меня появится свободное время, я должен буду оказаться в самолете, чтобы ознакомиться со всеми тонкостями его оборудования.
- Да, да, я помню. Только не мешайте нам. И я бы предпочел, чтобы вы обращались ко мне "мистер Фортунато".
- Это для вас так важно, Леон?
- Не провоцируйте меня, Стил. Когда они вошли в здание аэропорта, Рейфорд сказал:
- Поскольку я единственный, кто может управлять этим самолетом, я бы предпочел, чтобы вы называли меня "капитан Стил".
* * *
По чикагскому времени ближе к вечеру Бак оторвался от увлекательного чтения трудов Брюса Барнса и наконец дозвонился до Хаима Розенцвейга.
- Камерон! Я наконец-то поговорил с нашим общим другом. Давайте не будем упоминать его имя по телефону. Он разговаривал со мной недолго, но его голос был таким упавшим и безжизненным, что тронул меня до глубины души. Это было странное сообщение. Он просто сказал, что вы знаете, у кого можно спросить о его местонахождении.
- Я?
- Он так сказал, Камерон. Что вам известно. Как вы думаете, он имел в виду НК?
- Нет! Нет! Хаим, я по-прежнему молю Бога, чтобы вы не допускали его до этого дела.
- Я пытаюсь, Камерон, но это не так просто! Кто еще может спасти жизнь моему другу? Я ужасно боюсь, что произойдет самое худшее и я буду чувствовать себя ответственным.
- Я еду к вам. Можете ли вы найти для меня машину?
- Машина и водитель нашего общего друга свободны, но могу ли я доверять ему?
- Вы думаете, он как-нибудь замешан в этой истории?
- Мне кажется, что он имеет отношение к тому, что наш друг оказался в безопасности.
- Тогда ему, возможно, грозит опасность.
- О, надеюсь, что нет, - сказал Розенцвейг. - В любом случае я встречу вас сам в аэропорту. Как-нибудь мы доберемся до того места, куда вам нужно попасть. Могу ли я снять вам где-нибудь комнату?
- Вы знаете, где я обычно останавливался, - сказал Бак, - Но мне кажется, что на этот раз лучше сменить место.
- Отлично, Камерон. Недалеко от отеля, где вы обычно останавливались, есть другой, туда можно добраться на машине и там меня знают.
* * *
Рейфорд расположился поудобней и стал смотреть передачу Международной кабельной сети, которая велась из Атланты и распространялась по всему миру. Было ясно, что Карпатиу диктует свою волю директорам программ новостей. Репортажи изобиловали ужасающими картинами войны, кровопролития, страданий и смерти, но в каждом из них с жаром рассказывалось о быстрых и решительных действиях Властелина, направленных на преодоление кризиса и на подавление мятежа. Система водоснабжения была заражена, во многих регионах отключена электроэнергия, миллионы людей остались без крова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
