«Говорят, полезно посидеть в тюрьме: находясь там, задумываешься над своим прошлым и будущим. Но говорят так лишь те, кто никогда не попадал за решетку и как огня боится тюрьмы. Если же человека оболгали и бросили в тюрьму, ему действительно остается лишь размышлять о том, что с тобой произошло и что ждет тебя дальше.
Там, в тюрьме, злость, ненависть, животные страсти ощущаются в людях, даже если они пытаются их скрывать. Когда закрываешь глаза, пытаясь их избежать, они вползают в тебя зловонными запахами, осторожным скрипом половых досок, грубыми окриками охранников. Ты чувствуешь их во рту, когда ешь кисло-горькую баланду. Видишь их в черных тенях на стенах, в осклизлых, покрытых плесенью углах.
Если случится чудо и ты найдешь в тюрьме родственную душу, того, кому можно довериться, ты готов жизнь отдать за этого человека. Тебе кажется, что ты не такой, как твои сокамерники, что ты совсем другой, ты строишь планы на будущее. Но и ты сам, и остальные надеются никогда больше сюда не попадать. По крайней мере сделать для этого все возможное. Предпочтут смерть тюрьме».
Танзи была потрясена. Она почувствовала, что в душе Расса приоткрылась маленькая дверца и ее пустили в святая святых. Позволили увидеть боль, отчаяние, одиночество, страх человека, загнанного в ловушку обезумевшей толпой, некой враждебной силой, которую нельзя остановить и которой невозможно противостоять. Танзи не понимала, почему Расс решил это написать и показать ей. Но одно было очевидно – он хотел объяснить ей, что человек бессилен перед тяготеющими над ним обстоятельствами.
Танзи не могла не заметить, как хорошо написан текст. Без единой ошибки.
Девушка посмотрела на Расса, занимавшегося с Черепашкой. Эта сцена выглядела так мирно, что Танзи захотелось забыть о вражде Расса со Стокером и его неуважении к женщинам. Гораздо важнее было то, что этот мужчина мог стать ее мужем.
Расс оказался мыслящим и добрым. Не счел для себя зазорным обратиться к Черепашке за помощью. И мальчику пошло это на пользу. Он менялся буквально на глазах. Над ним по-прежнему подшучивали, иногда зло. Но он не придавал этому особого значения. Стал уверенней в себе, сильнее.
Увидев, как Расс обращается с Черепашкой, Танзи поняла, что он может быть добрым, отзывчивым и снисходительным. Однако он никогда не расслаблялся, постоянно был настороже. Словно на каждом шагу его подстерегала опасность.
Возможно, он стал таким после тюрьмы. Танзи очень хотелось ему помочь, но она не знала, вправе ли вмешиваться в его жизнь, даже с самыми лучшими побуждениями. Возможно, к Рассу стали бы относиться по-другому, если бы Танзи вышла за него замуж. Подумав об этом, Танзи вдруг почувствовала радостное возбуждение. Разумеется, она многое могла бы сделать для того, чтобы жители Боулдер-Гэп изменили свое отношение к Рассу, но выходить за него замуж только ради этого глупо.
В то же время эта мысль не оставляла Танзи. Разумеется, никто не верит в сказочку, что любовь женщины может изменить мужчину. Но Танзи верила в другое. Она считала, что искренняя любовь может дать мужчине уверенность в жизни и возможность проявить свои достоинства, помочь ему раскрыть себя.
– Расс уже читает так же хорошо, как и я, – прервал мальчик размышления Танзи.
– Я не знаю многих слов, – вздохнул Расс.
– Зато ты ничего не забываешь. Вот бы мне так. Тогда тетя Этель не называла бы меня идиотом.
– Ты вовсе не глуп, – нахмурилась Танзи. – Просто немного ленив.
Черепашка ухмыльнулся.
– Это лучше, чем быть примерным и послушным. От таких, как я, многого не ждут.
– Я жду, – сказала Танзи. – Готовься, через минутку будешь отвечать домашнее задание, а сейчас мне надо поговорить с Рассом.
Разумеется, Расс ждал, что скажет Танзи о том, что он написал, но лицо его оставалось непроницаемым.
– Ошибок нет, – сказала девушка. – Написано просто замечательно.
– Да что там, – как-то неопределенно возразил Расс. – Мы из-за этого немного повздорили с Уэльтом. Я оказался не таким умным, как мне казалось.
Танзи промолчала.
– Уэльт не знал, что я не умею читать.
Вероятно, спрашивать об этом не стоило, однако Танзи не удержалась:
– Почему ты написал это для меня?
– Я написал это для себя.
– Не понимаю.
– Тюрьма – это худшее, что было в моей жизни. Но нет худа без добра. Я многому научился, многое понял и сделал определенные выводы. О прошлом сожалеть бесполезно, надо думать о будущем.
Танзи вдруг поняла, что совсем не знает этого человека. Как, впрочем, и все жители Боулдер-Гэп. Случившаяся с Рассом трагедия добавляла новые краски в давно нарисованный портрет. Возможно, еще не поздно повернуть их отношения в новое русло.
Но каких именно отношений она хотела? Ведь замуж за Расса она не собиралась.
– Мне пора, – сказал Расс. – Скоро придут дети.
– Приедешь на следующей неделе? – спросила Танзи.
– Да.
– Напишешь еще что-нибудь?
– Возможно. Спасибо тебе.
– За что?
– За то, что ничего не сказала о том, что я написал.
– Зачем тогда показывал мне?
– Чтобы ты знала.
Расс взял учебник и помахал им.
– Я собираюсь пройти его весь до конца недели. – Расс широко улыбнулся и посмотрел на Черепашку. – Не жди, что все сразу начнут вести себя по-другому. Люди с трудом воспринимают перемены, даже к лучшему.
Расс вышел через главный вход, не опасаясь, что кто-нибудь его заметит.
– Мне всегда нравился мистер Тибболт, – сказал Черепашка Танзи, – но только теперь я узнал его по-настоящему.
– Я тоже, – вздохнула Танзи. Интересно, каким бы он был, если бы не убил Толли Пуллета и его не посадили бы в тюрьму? И если бы все не питали к нему вражды.
Бессмысленно задавать такие вопросы. Это все равно что спрашивать ее, как бы она жила, если бы вокруг нее были братья с женами и дюжиной веселых и счастливых племянников. Если бы она не похоронила всю свою семью. Если бы отец относился к матери с уважением и любовью. Возможно, и Танзи относилась бы тогда к мужчинам по-другому. Их характеры и взгляды на жизнь сформировались под влиянием обстоятельств. И теперь с этим ничего не поделаешь.
Или она ошибается?
– Что делал Расс Тибболт в школе? – спросила Бетти Хикс, дожидавшаяся Танзи на улице.
– Можешь идти домой, – сказала Танзи Черепашке. – Думаю, миссис Хикс прогуляется со мной до гостиницы.
– Тогда скажите моей тете, если увидите ее, что отпустили меня, – убегая, крикнул Черепашка.
– Не волнуйся, скажу.
– До свидания! – Черепашка махнул рукой и скрылся за углом школы.
– Не понимаю, зачем вы тратите время на этого бестолкового мальчишку? – спросила Бетти.
