Читаем без скачивания 2008_40 (588) - Газета Дуэль

Нынче этот любитель русского языка лежит в коме. И деньги не помогают, и Запад им не поможет. Мих. Веллер, тоже матрос с разбитого кора-бля, заядлый матерщинник, сообщил, ссылаясь на злые языки, что Вася Аксёнов покинул СССР не раньше, чем его новая жена, на много лет старше его, вдова Романа Кармена, получила свободный доступ к деньгам Кармена, которых имелось изрядно. "И всё равно я люблю Аксёнова, блестящего прозаика своей эпохи, писателя № 1 взлёта 60-х", — признался этот щелкопёр.

Как говорил Козьма Прутков: "Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе". А вот "Литературная газета" сподобилась опубликовать стихи знойного гардемарина К. Ваншенкина. Они потрясли мои кислые мозги пошлой откровенностью. Старый перец подготовил книгу интимной лирики «Шёпот». Заглянем в его Откровения.

"Он трижды в жизни был женат,/ Но в череде своей семейной/ Он не задумывался над /Происходящей каждой сменой./ Сперва оставил он одну,/ А вслед за ней вторую тоже./ Любил лишь первую жену, /Но это выяснилось позже" ("Он трижды в жизни был женат").

"Заявлялся к соседке моей/ Некий чин, но не выше сержанта./ Слушал я, как бутылку скорей/ Доставала она из серванта./ А позднее, лишь только легли,/ Нервно кашляла, как после гриппа, /И немало в их мерзкой любви/ Было также ритмичного скрипа" ("Соседка").

"В окне горит слепящий миг весенний,/ Подрагивает зайчик на стене,/ И женщина без всяких затруднений/ Застёгивает лифчик на спине" ("Весеннее утро"). И т. д., см. «ЛГ», № 46 — 2007 г.

Как говорится, течёт вода из крана, забытого заткнуть…

Очарованная нашими литературными генералами некая гризетка (из пенсионЭров) Н. Вах-ва пишет в газету «АиФ-Долгожитель», которая с радостью публикует пылкие признания старой вешалки. Шедевр назван "Мой день".

"Всё утро я как будто отдыхаю, то вычищу плиту, то пыль смету, то мимоходом что-то постираю, сготовлю, починю и уберу. Потом слетаю быстро в магазинчик, подправлю-подпилю изящный свой мизинчик, от "делать нечего" — подкрашусь, причешусь и в зал спортивный сонно поплетусь. Там попляшу, подрыгаю ногами, с подругами своими поболтаю, потом, как бабочка ночная на свечу, на крыльях я домой лечу! А там уж звери, дети, муж ждут — не дождутся вкусного обеда, и ужина с салатом, и, конечно, винегрета. Но вот все сыты, в кресла повалились, от телика теперь не оторвать, я ж быстро в душ, ещё хотя бы несколько мгновений мне для себя урвать.

Затем, поспорив в дружеской беседе о чистоте лица, ведра, посуды, и без всякой канители все рухнут спать… И, между прочим, не забудут перед сном спросить, что им с собой на завтра прихватить! А я — свежа! Бодра! Энергии невпроворот! Стремглав бросаюсь в мыльный свой водоворот, спеша закончить кухонный вечерний моцион, ну не бежать же мне на стадион! Чтоб насладиться тишиной квартиры и выдать пару строк для юбилея — Веры, Нади, Милы, потом для сна немного почитать, свой разложить пасьянс, немного помечтать… Намазать кремом пятки, руки, губы, изящно снять халат, почистить зубы и в зеркало придирчиво взглянуть, под одеяло нехотя нырнуть… Закрыв глаза и путая Священное Писание, бессвязно бормочу я всем Святым молитву и признание, ещё хватает сил, чтоб попросить у Господа прощенья. За все земные прегрешенья!!!"

По этому поводу вспомним замечательную мысль Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. "В прошлом у неё — декольте, в будущем — тоже декольте. Ни о каких обязательствах не может быть тут речи, кроме обязательства содержать в чистоте бюст и шею. Поэтому всякая дамочка… устремлена к курортам… чтобы иметь законный повод по пяти раз в день одеваться и раздеваться. Я знаю даже старушек, у которых, подобно старым ассигнациям, оба нумера давно потеряны, да и портрет повреждён…" ("За рубежом").

В «Агни-Йоге» (Огненной Йоге) сказано: "Сегодня мы подошли к новому аспекту подвига — подвига в духе. Это сложнее, и люди к этому менее подготовлены… Когда читаешь Достоевского, становится понятным, почему вашей стране поручена миссия духовного обновления мира. Ваш Юрий Гагарин смог подняться в Космос энергией этих мудрых риши. Ваша страна прошла испытания физической битвы с фашизмом. Сейчас битва перенесена на духовный план, и интенсивность её так велика, что понадобится мобилизация всех культурных сил, чтобы выиграть её. Ваша страна должна начать огненную революцию духа.

Пример Америки показал, что техническая революции не есть ещё прогресс человечества. Если сейчас мы не соберём под духовные знамёна воинов культуры, все достижения человечества могут оказаться перед угрозой уничтожения и забвения".

Так с кем вы, мастера культуры? С кем судьи, судьи — кто? А никто! Цепные псы антинародных режимов. Расправа дикарей в рясах (прикидах). Их принцип: кто успел — тот и съел! Успел стать Бушем — съел Ирак. Сказал, что это плохо — ты Георгий Димитров, Милошевич, будешь на месте Мухина…

Ребята! Тут выяснилось, что наша изуверская власть финансирует суд в Гааге. На наши с вами деньги они поймали Караджича, оплачивают судей, адвокатов дьявола. Всем привет!

Наталья ЕРМОЛАЕВА

ФРАЗЫ

Фраза «Он, может быть, и сукин сын, но он наш сукин сын», якобы, была сказана Франклином Делано Рузвельтом по поводу никарагунского диктатора Сомосы (старшего) перед визитом последнего в Вашингтон в 1939 г.

Safir's Political Dictionary (Oxford University Press, 2008, p.676) утверждает, что впервые это высказывание было приписано Рузвельту в журнале «Тайм» в 1948 г., якобы со слов Уэллса (бывшего в 1939 г. заместителем госсекретаря), в форме "As Nicaraguan might say, he's a sonofabitch but he's ours". Действительно, в номере «Тайм» от 15 ноября 1948 года эта история есть. Однако, никаких источников журнал «Тайм» не приводит, поэтому Сафир относит фразу к апокрифам.

Интереснее то, что в некоторых позднейших изданиях этот апокриф появляется уже в форме диалога между Рузвельтом и его госсекретарём Корделом Халлом, причём главные слова говорит Халл. Вот типичный образчик:

President Franklin Roosevelt reportedly had questioned Secretary of State Cordell Hull, "Isn't that man supposed to be a son of a bitch?" The secretary reportedly replied, "He sure is but he is our son of a bitch"

(Robert Sheina, Latin America's Wars, Brassey's 2003, p.184)

"Интереснее" это в свете последних разысканий.

Andrew Crawley, автор книги Somoza and Roosevelt (Oxford University Press, 2007), отыскал эту историю в книжке, изданной в 1934 г., за пять лет до визита никарагуанского диктатора в Вашингтон. Действующие лица там совсем другие:

After the 1932 Chicago Convention [at which Roosevelt was first nominated for the presidency], General Hugh Johnson… was asked what he thought of his nomination. Johnson replied by recalling a story of a country convention of Democrats in which the wrong man had been chosen. Driving home from the meeting, two politicians were comparing notes. Both had opposed the succesfull candidate. One said to the other, "Damn it all!… he is son of a bitch!" the other man sighed and said nothing for a long time. Then he cheered up, "After all", he observed, "… he's our son of a bitch"

John F. Carter, The New Dealers: By the Unoficial Observers (Simon & Shuster, 1934)

Crawley полагает, что распространителем легенды, приписывающей эти слова Рузвельту, является… сам Сомоса, любивший прихвастнуть своими «особыми» отношениями с американским президентом.

Полагаю, что тут мы имеем дело с бродячей «уткой», древним анекдотом, который американские политики травили друг другу. Действующие лица менялись в зависимости от предпочтений расказчика. Так было пока печатный станок окончательно не закрепил «авторство» за Рузвельтом-Халлом.

Увы, но подобных бродячих «уток» похоже, в обиходе чуть ли не большинство. "Государство — это я" впервые произнес отнюдь не Людовик XIV (ибо в протоколе заседания парламента от 1655 г., где король её будто бы произнес, данной фразы попросту нет).

"О, святая простота!" — тоже принадлежит не Яну Гусу, уж во всяком случае первенство не его (Тураний Руфин в своем издании "История церкви" сообщает, что выражение "святая простота" впервые было произнесено одним из богословов еще на Первом Никейском соборе (325 г. н. э.)).

коронное "Гений чистой красоты" принадлежит не Пушкину, а В.А. Жуковскому — строчка из его стихотворении "Лалла рук".

"А все-таки она вертится!" — увы, вообще полная выдумка, Галилею не принадлежащее: "Eppus si muove!" было написано "под рамкой" портрета Галилея, выполненного одним из учеников Мурильо, которому после смерти Галилея был заказан его портрет.

"Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет" Александр Невский не произносил. Сценарист одноименного фильма П.А. Павленко в угоду сценарию видоизменил евангельское "Взявшие меч — мечом и погибнут", вложив в уста своего героя, а уж затем разошлась в массах, как якобы историческая.

"Религия — опиум для народа" принадлежит не Ленину, а Карлу Шепперу (справедливости ради должен отметить, что Ленин вообще-то писал "Религия есть опиум народа", мелочь, но…).

Список, безусловно, весьма неполон (т. е. этсетера), просто это первое, что вспомнилось, но в целом подтверждает мысль автора о мифологизации общественного сознания, если я правильно это уяснил.