— За что? — спросила она звенящим голосом. — За то, что ты так обошелся со мной?
Росс молча смотрел на нее, и она видела сожаление в его темных глазах. Ей была известна только одна причина, объяснявшая подобное спешное желание объясниться и подобный мрачный вид. Невыносимая тяжесть словно легла ей на плечи, в груди что-то болезненно сжалось в ожидании предстоящего удара, но она взяла себя в руки.
— Попробую догадаться, — сказала Лесли. — Ты забыл сообщить мне одну незначительную деталь, прежде чем лечь со мной в постель. У тебя есть подружка, и она очень против наших с тобой отношений.
— Ничего подобного. Но это все, что я намерен сказать, стоя здесь, на ступенях лестницы. — С этими словами Росс отстранил ее и прошел внутрь.
Значит, оставалось только одно. Росс собирался с силами, чтобы разыграть перед ней классическую сцену разрыва. Я ни за что не доставлю ему подобного удовольствия, решила Лесли. Расправив плечи, она откинула назад волосы и сдержанно произнесла:
— Послушай, Росс, я догадываюсь, что ты собираешься мне сообщить, поэтому давай я скажу все это за тебя, ладно?.. В ту ночь я была в расстроенных чувствах, и мне нужна была чья-то жилетка, чтобы поплакаться. Мы взрослые люди. И занимались любовью. Оказалось, что в сексуальном отношении мы… подходим друг другу.
Лесли сделала паузу, чтобы набрать в легкие побольше воздуха. Она чувствовала, что находится на грани истерики, и ненавидела себя за слабость.
— Но ты не хочешь, чтобы наши отношения продолжались. Не хочешь себя связывать. Не хочешь осложнять себе жизнь и, похоже, сожалеешь о своих словах, сказанных опрометчиво под влиянием импульса. Что ж, это понятно, это современно. Я тоже не хочу осложнять себе жизнь.
Лесли сняла пальто и повесила его на вешалку, затем сбросила сапоги, надеясь, что эти простые повседневные действия сделают ее показное спокойствие более убедительным.
— Поэтому можешь стереть с лица это выражение, как будто ты явился с чьих-то похорон. Я не собираюсь топать ногами и чего-либо требовать от тебя. У меня нет отца, который может заставить тебя жениться на мне под дулом пистолета. — Ей удалось выжать из себя холодную, напряженную, неискреннюю улыбку. — Так что расслабься, ладно?
— Сядь, Лесли, — попросил Росс.
— Зачем? Разве я что-то упустила? — деланно удивилась она.
— Сядь, пожалуйста, — повторил он.
Бросив шарф на стоящий в прихожей столик, Лесли прошла в гостиную, включила настольную лампу и примостилась в углу дивана, по-турецки поджав под себя ноги. Взяв небольшую диванную подушку, она прижала ее к груди, как ребенок прижимает к себе плюшевого медвежонка, когда нуждается в защите.
Росс сел на пуфик перед диваном, расставил ноги и уставился в пол. У него был вид приговоренного к казни, наблюдающего из окна своей камеры, как для него возводят эшафот.
Упершись локтями в колени, он коснулся большими пальцами внутренних уголков глаз и застыл в этой позе на несколько мгновений. Затем опустил руки и взглянул на Лесли.
— Мне захотелось близости с тобой с той самой минуты, когда ты поцеловала меня у рождественской елки, — без предисловий заявил Росс.
На первый взгляд это заявление звучало очень романтично.
— Видимо, мне должно быть очень лестно это слышать, — усмехнулась Лесли. — Но я жду, когда упадет топор палача. В чем же дело, Росс? Я оказалась хуже, чем ты предполагал? Я не оправдала твоих надежд?
— Не говори глупостей.
Он вскочил на ноги и принялся ходить по комнате. Снова плохой признак. Мужчины ходят по комнате только тогда, когда готовятся объявить нечто неприятное.
Но вот Росс резко остановился и повернулся к ней.
— Я много раз пытался связаться с тобой, но всякий раз вешал трубку. Дело в том, что я вернулся не один. Со мной приехала…
— Твоя любовница. Видишь, я в курсе всех твоих дел. Мне следовало ожидать подобное.
Росс не мог скрыть своего удивления.
— Чисто женская интуиция, — заметила Лесли.
— Ах да, уж что-что, а она у женщин очень развита, не так ли?
— И замечательно провел время? — спросила Лесли, игнорируя его вопрос.
— Но это совсем не то, что ты думаешь. — Росс произнес эти слова с заметным усилием, точно опасаясь, что вообще не сумеет выговорить их, если не заставит себя сделать это быстро. — Лора приехала по приглашению Роулза. И я пришел объясниться с тобой, предупредить, что в субботу мне придется уделять внимание не только тебе.
— Как это мило с твоей стороны! Но за меня можешь не беспокоиться. Мне не будет скучно.
Несколько мгновений Лесли продолжала сидеть, как сидела, вжавшись в спинку дивана и прижав к себе подушку. Затем, отбросив ее в сторону, рывком вскочила с места и, глухо стуча пятками по полу, быстро прошла мимо него в прихожую. Дойдя до двери, она широко распахнула ее, давая понять, что ему следует убираться вон.
Росс вздохнул и запустил руки в волосы.
— Ты сердишься.
— Неправда. Чтобы сердиться, надо хоть немного переживать.
— Тогда почему ты хочешь, чтобы я ушел?
— Потому, что в этом доме не хватит места для тебя и меня. Ты должен уйти. Сейчас же.
— Закрой дверь.
Неожиданно Лесли подчинилась, но ее последующие слова ни в коей мере не свидетельствовали о том, что она изменила свою точку зрения на происходящее.
— Как ты смеешь предполагать, что меня это расстроит? Как ты смеешь считать, что проведенная с тобой ночь значит для меня больше, чем для тебя?
— Я никогда не говорил…
Но Лесли перебила его:
— Господи, я еще не встречала человека, более поглощенного самим собой, чем ты! Я совсем ничего от тебя не жду. У нас с тобой был роман на одну ночь. Только и всего!
— Чушь! — с жаром возразил Росс. — Если бы для меня это ничего не значило, я не приехал бы сюда, пытаясь объяснить тебе мое молчание, а ты не кипел бы от негодования. Я не хотел говорить с тобой обо всем из Нью-Йорка, зная наперед, что ты все поймешь неправильно. Но я ошибся. Ты и сейчас не хочешь меня понять. В моих чувствах к тебе ничего не изменилось. Я люблю тебя.
Лесли и так уже задыхалась от ярости, а теперь у нее и вовсе перехватило дыхание, но теперь от проснувшегося желания. Ей одновременно хотелось и нежно к нему прильнуть, и выцарапать ему глаза.
— Не верю. Обычно ты ведь просто спишь с женщиной и уходишь не прощаясь, не так ли?
— Не всегда.
— Тогда, мистер Блейк, выходит, вы оказали мне особую честь, решив объяснить свое поведение.
Росс долго смотрел на нее, но в его темных глазах ничего нельзя было прочесть. Наконец он произнес:
— Верь мне, Лесли, так будет лучше для нас обоих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
