– Майк Чесапик, – сказал мужчина, уверенно протягивая мне руку.
– Томас Куинн, – сказал я и пожал ее.
Рука была ледяной.
– Замечательно, – сказал Майк Чесапик.
Я провел его в гостиную и начал быстро собирать одеяла, тарелки и фигурки вертепа, со стыдом осознавая, что в комнате пахнет ровно так, как должно пахнуть в комнате, в которой последние двенадцать часов безвылазно находился и спал взрослый мужчина. Я подошел к окну, поднял жалюзи, отпер створку и широко распахнул его. Внутрь хлынули свет и холодный воздух.
– Боже, вы прямо-таки копия отца, – сказал Чесапик.
– Да, мне постоянно это говорят.
– Как у него дела? Давно с ним виделись?
Я замер, а потом обернулся и уставился на Майка. Тот смотрел на меня с искренним любопытством, но мне показалось, я заметил, как дернулся уголок его рта.
– Он умер. Семь лет назад.
Чесапик вскинул брови.
– О боже. Точно, он ведь… Точно. Простите, пожалуйста. Вы сможете меня простить? – он снова протянул мне руку. – Я серьезно. Пожалуйста, простите меня. Я законченный идиот.
– Бывает. – Я сдержанно пожал ему руку. – Так-то все книгоиздатели знают, что Стэнли Куинн мертв.
– Согласен, не знает только самый последний.
– Но… Ладно. – Его ответ меня озадачил. – Простите, я… Я думал, вы из…
– Ах да, оттуда. Безусловно. Правда, я с литературными гениями не работаю, я…
– Из руководства?
На этот раз на его лице проступила легкая улыбка.
– Из головной компании, – кивнул он, и его улыбка расцвела в изящную и чуть самодовольную ухмылку. – Я готов показать документы, если хотите лично удостовериться.
– Не стоит, – сказал я. – Просто скажите мне…
Чесапик поднял длинный бледный палец.
– Могу ли я сначала проверить вашу квартиру на наличие подслушивающих устройств?
– Подслушивающих устройств?
– Знаю, звучит нелепо. Кому вообще в голову придет ставить жучков? Но… – он закатил глаза. – Политика компании. Потерпите? Много времени не займет.
* * *
Пока Майк Чесапик десять минут бродил по квартире с устройством, похожим на селфи-палку, прикрепленную к визжащему счетчику Гейгера, я готовил нам кофе на кухне.
Когда он закончил, то позвал меня в гостиную. Я взял кружки и пошел к нему.
– Все чисто, – сказал Майк, увидев меня. – Как и всегда. Нелепое правило. Простите за беспокойство.
Он сидел посередине дивана, держа на коленях какой-то старый громоздкий ноутбук.
– Что это? – спросил я.
– Мистер Куинн, – сказал он, проигнорировав мой вопрос. – У нас есть для вас предложение.
– Какое же? – сказал я, поставил кружки на кофейный столик и уселся в кресло.
– Как вы знаете, Эндрю о нас не лучшего мнения. В смысле, об издательстве.
– Да, в курсе.
– Вы знаете причину?
– Думаю, да.
Майк Чесапик обдумал мой ответ.
– Вы ведь знаете, что он подписал с нами контракт? И взял на себя определенные обязательства?
Я ничего не ответил.
– Итак, – сказал Чесапик. – Что вам известно о том, что произошло потом? После того как он сбежал и… пропал с концами?
– Не очень много.
– Я так и думал. – Чесапик с явным удовольствием барабанил по крышке старого ноутбука. – Хотите узнать?
По словам Майка Чесапика, деньги, которые Блэк заработал на «Двигателе Купидона» – довольно значительную сумму, – он вложил в собственную небольшую типографию в крошечном приморском городке на побережье Восточного Йоркшира. Что не так уж и странно, учитывая его растущее недовольство традиционной печатью и тенденциями индустрии в целом, но вот что действительно удивительно, так это то, что Блэк не стал выпускать продолжение истории про Макса Кливера, то есть сиквелы «Двигателя Купидона». И причина, по которой он этого не сделал, проста – он не имел на это права.
За полгода до нынешних событий Блэк подписал чрезвычайно детальный, но выгодный контракт с издательством – настоящий контракт мечты, контракт, который мог обеспечить его на всю оставшуюся жизнь, но который имел один серьезный недостаток. В обмен на гарантированные солидные гонорары за каждое последующее произведение Эндрю Блэк передал издательству все права на свои прошлые и будущие книги. Получалось, что никто, кроме издательства Блэка, не мог законно печатать старые или выпускать новые приключения с участием Максвелла Кливера, Дэна Вейберна, Мориса Амбера и остальных. То есть никто, кроме издательства Блэка, не мог напечатать ни единого слова, написанного Блэком. После ссоры с издателями Софи Алмондс пыталась помочь Блэку обнулить контракт через выплату неустойки, но расстаться по-хорошему не получилось. Издательство не соглашалось ни на какие деньги, а поскольку Эндрю Блэк был Эндрю Блэком – человеком, не приемлющим компромиссов и не поступающимся своими принципами, – то для него контракт превратился в пожизненный кляп. Блэк больше не собирался работать со старым издательством, а с другими законно сотрудничать не мог, так что миру не стоило ждать от Блэка ни слова. Ни одной буквы. Никогда. Писательской карьере Блэка пришел конец.
В чем причина, спросите вы?
В электронных книгах.
Блэк считал, что книге нужна бумага, чернила, страницы – настоящие, физические страницы, скрепленные, упорядоченные и законченные. Книге также нужна обложка, чтобы отделить все внутри, самую историю, от всего внешнего – не-истории; ей нужен барьер, граница – этакая стеклянная колба, которая защитит искусную работу от внешних воздействий. Эндрю ненавидел компьютеры, планшеты, мобильные телефоны, вообще любые телефоны, а вот электронные издания, тексты и книги презирал всей душой. Издательство Эндрю тоже ненавидело электронные книги (шепотом признался Чесапик), но стоило им увидеть улетевшую вверх красную кривую продаж, увеличивающиеся цифры доходов, прогнозируемый быстрый рост доли электронных изданий и катастрофическое снижение печатных в ближайшие годы, они отбросили все страхи касаемо онлайн-пиратства и подписок, которые начинали вводить Гугл и Amazon, и нацелились «выйти из мертвого бумажного бизнеса».
– И с этим решением мы, в целом, не прогадали, – сказал Майк Чесапик. – Катастрофы не случилось, а люди продолжают покупать Дэнов Браунов и Эндрю Блэков.
Но на тот момент никто не знал, выгорит ли дело. Испугавшись представленных данных, издательство засуетилось и решило, что «Двигатель Купидона» должен стать доступен для скачивания на всевозможные устройства от электронных книг до айпадов. Иначе надвигающееся будущее им не пережить.
Блэку назначили встречу. Он выслушал представителей издательства, посмотрел на графики, послушал ужасные прогнозы, но, когда ему передали электронную книгу ассистента маркетолога, он осторожно зажал ее между большим и указательным пальцами и выбросил в мусорное ведро, как дохлую крысу. Блэк отказался. Атмосфера накалилась. Представители издательства сказали: «Согласно контракту, мы вправе сделать это и без вашего согласия». Блэк сказал, что черта с два он тогда напишет им хоть еще одно слово, даже если они пообещают огромные продажи и перевод его следующих романов на тридцать шесть языков. А поскольку любое написанное им в будущем слово будет принадлежать издателю, Блэк заявил, до самой смерти не напишет ничего, кроме списка покупок. Так всё и закончилось. Через шесть дней издательство выпустило цифровое издание «Двигателя Купидона». С тех пор все, включая издателей Блэка, считали, что Блэк сдержал свое слово, что не стоит ждать следующего романа – пока я не позвонил Софи. Они поняли, что ошиблись. Продолжение одной из самых продаваемых книг со времен Второй мировой войны на самом деле существовало; юридически оно принадлежало издательству – и издательство хотело его заполучить.
– Наше издательское подразделение выпускает книги, мистер Куинн. Много книг. Для этого оно и было создано.
– А еще для прибыли.
– Ну конечно. Думал, это и так понятно. – На секунду Майк Чесапик задумался, а потом улыбнулся. – Только вот…
