Человек встряхнул головой, отгоняя воспоминания, которые впились в него, словно назойливые клещи. Тщательно осмотрел ножницы, выбрал одни: блестящие, с закругленными кончиками. Чтобы ненароком не разрушить непорочную красоту объекта.
Включил компьютер — новенький iBook, купленный недавно буквально за гроши по eBay. Подключил мобильник, откуда скачал в компьютер фотографии последней жертвы. Медленно открыл изображения. Он не любил спешки.
Тридцать фотографий. Одного и того же объекта. Человек задал команду «увеличение». Снимки, сделанные с большого расстояния, были не в фокусе. Это раздосадовало человека. Он запустил фотошоп, программу для коррекции фотографий. Но тотчас выключил ее. Совершенство не нуждалось в ретуши. Еще раз по очереди рассмотрел каждую фотографию. На это ушел почти час. Нужно было отобрать лучшую. Она была найдена.
Он включил принтер и приготовился коснуться Совершенства, хотя бы виртуального.
Когда принтер выбросил фотографию, скрытно запечатленный образ появился во всей своей очевидности: блеклый, мимолетный, словно призрак. Человек взял ножницы и с картезианской тщательностью принялся вырезать по контуру лицо объекта.
Завершив работу, отодвинул полученный фрагмент на расстояние вытянутой руки и долго вглядывался в лицо жертвы. Неторопливо подошел к пустой ванне. Сознавая торжественность момента, положил фотографию на дно и отступил на три шага. Вернулся назад. Поправил фотографию, переложив ее повыше. Вновь отошел.
Теперь он был удовлетворен.
Лицо Юкико Такахаши смотрело на него со дна стеклянного гроба, напоминая овальный снимок, какие ставят на могильные памятники.
Узкие губы Майкла Гейси растянулись в зловещей улыбке.
ГЛАВА 36
Майя захлопнула книгу, которую взяла в библиотеке на Брик-Лайн по рекомендации Фло, как обычно прекрасно информированной. «Истории призраков, полтергейста и других аномальных явлений. А также людей, с ними боровшихся».
Книга была старая, изданная в самом начале XX века, когда все увлекались спиритизмом, зачарованные загадочной женщиной русского происхождения, мадам Блаватской, могущественным медиумом, рассказы которой о потустороннем мире приводили в душевный трепет завсегдатаев салонов Старого и Нового Света. Своим учением она завоевала множество сторонников.
После визита в Колледж физических исследований Майя решила взять в свои руки собственную жизнь. И свой дар.
— Майя, ты дома?
Голос Меган отвлек ее от размышлений.
— Ты здесь? Что читаешь? Жизнь мадам Блаватской? Ах, Майя, опять ты с этими историями… Если тебя действительно интересует эта область знаний, пойди в мою библиотеку и выбери что-нибудь более научное…
Майя вздохнула. Она с тоской подумала о том, что мать назвала «своей библиотекой». Это была комната, до потолка забитая книгами на одну-единственную тему, интересовавшую Меган как профессионала: истории других людей, которые она использовала в качестве защиты от чувств, ее пугавших. Ведь так, мама?
Майя не ответила на предложение матери, чтобы та не заметила ее раздражения.
— Это просто задание по истории. Эту книгу нам посоветовали в школе.
— А-а, ну тогда ладно. Слушай, я тут подумала… а почему бы нам не пойти и не устроить себе небольшой shopping? Мне сказали, что в «Oxfam» завезли что-то сногсшибательное.
Майя фыркнула. «Политкорректность» матери всегда действовала ей на нервы. Какая необходимость переться через весь Лондон, когда в собственном районе полно шикарных магазинов?
— Не крути носом, — попросила ее Меган. — Там правда классные вещи. Роскошный винтаж, поверь мне.
Майя не стала спорить, обреченно натянула черные джинсы, солдатскую куртку, купленную на Камден, и поплелась за матерью в trendy-chic район Ноттинг-Хилл.
— Ноттинг-ХиллТейт, 144. — Меган по слогам продиктовала адрес таксисту-пакистанцу, показав дополнительно на карте городских улиц, как быстрее туда добраться.
Порой Майя прямо-таки ненавидела эту женщину, с ее манией держать под контролем людей и ситуацию, с ее нетерпимостью ко всему нормальному, с ее агрессивным нежеланием пользоваться метрополитеном, как все люди. Майя сунула в уши наушники iPod, чтобы не слышать властного голоса Меган, диктующей несчастному таксисту правильное произношение названий лондонских улиц, и впала в дрему. Пробудилась она оттого, что мать, внезапно выдернувшая наушники у нее из ушей, сообщила, что они приехали.
Ноттинг-хиллский «Oxfam» ничем не отличался от других магазинов благотворительной сети, наиболее известной в Англии. Члены этой организации, занимаясь проблемой голода в мире, собирали по всей стране использованную одежду и вещи с целью их перепродажи, а на полученные средства финансировали проекты в Африке, Азии и Южной Америке. Зеленая вывеска магазина занимала центральную часть главной витрины. Внутри — вещи в огромных емкостях, похожих на бассейны, куда можно было нырнуть с головой.
— Миссис, мисс…
Продавщица с преувеличенным радушием бросилась к ним навстречу.
— Ах, миссис Фокс, я вас не узнала! Вижу, вы привели и вашу очаровательную дочь! Вы правильно поступили, сегодня у нас новые СКАЗОЧНЫЕ предложения!
Майя посмотрела на мать, раздувавшуюся от гордости, словно воздушный шар, наполняемый гелием. С ней это случалось всякий раз, когда ее узнавали в ресторанах, магазинах, учреждениях.
Продавщица принялась перечислять последние поступления:
— Мы только что получили одежду, сумки и обувь от Виктории Бэкхем, которая оказала нам честь своим присутствием в нашем магазине, от Кейт Мосс и от Джуда Лоу, если вы вдруг захотите сделать подарок мужчине. Вот, посмотрите сюда, это образцы от «Маге Jacobs», «Prada», конечно же «Gucci», а здесь, это редкость, скажу я вам, настоящая конфетка, оригинальный «Thakoon»! Из самой свежей коллекции!!!
Майя в один миг избавилась от тоски, какую нагоняла на нее продавщица, услышав имя наиболее крутого американского стилиста, выросшего в Небраске таиландца, который одевал Мишель Обаму и бесконечное число заокеанских super women. Наблюдая краем глаза за матерью, она увидела, как та отложила в сторону бежевый кашемировый кардиган и набросилась на платье, которое расхваливала эта Мисс Благотворительность.
— Майя, на тебе оно будет прекрасно смотреться!
— Ну, разумеется. Я уверена, что его надевала сама Дрю Бэрримор, приглашенная в Белый дом на инаугурацию президента Обамы. Можно сказать, историческое платье!
— Не остри, Майя. Ты только взгляни, какое оно очаровательное! Ты обязательно должна его примерить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
