class="stanza">
коллекционной вины амфоры или кринки
слёз раскаянья винные погреба
бог тебя берёг и сдувал пылинки
с именинного пирога
бог носил тебя как носят дитя и торбу
кенгуру скакал по кочкам между воронок
по-шаманьи бился бубном и в лоб и по лбу
а пирог пригорал как трупы в печах без заслонок
и теперь куда деться с обугленным телом аур
и с кораном кармы которая не по карману…
бог нарыл на погосте себе андрогинную пару —
Время и Место – и напустил туману…
«человек-сырец глина его и гипс…»
человек-сырец глина его и гипс
соломенная голова мазанка в одну калитку
с человека снимали кожу снимали клип
боли давали вознаграждение за отсидку
чтобы вышла душа тёртою и блатною
с куполами наколотыми на спине
с обожжённой соломенной головою
с беговой бензинной дорожкой по всей длине
«корь и свинка кроль полумёртвым брассом…»
корь и свинка кроль полумёртвым брассом
эта болезнь едет не первым классом
в общем пропитом как вор вся в своём законе
прививая оспу пространству где клон на клоне
где горячка судорога чахотка
где гриппует под кайфом заражённая сходка
где как в масле шпроты – в своём мазуте
на развилке ума на шизоидном перепутье
на перекрёстке где встали уже на грабли
кривые ножи и крещёные сабли
и кривое зеркало ответило по анкете
кто румяней белее и за базар в ответе
«упражненье на кольцах с иглы соскок…»
упражненье на кольцах с иглы соскок
на другой носитель смертей, косяк
прислонивший к себе на прострел висок
речью обглоданный, всяк – костяк
металлический кров оцинкованный вход
ярлыки и бирки на пятку-язык
с катапультой выброшенный пилот
для подтягивания из могил турник
холод-арба душа-кладенец
судьбы намоленный турникет
на сведённую жизнь в один конец
то ли пропуск то ли жёлтый жетон-билет
то ли полк и слово о полку – легион
то ли тот кто един нелюдим и мим
девять жизней захлопнуты в медальон
бикфордов шнур неопалим
«площадь пуста массы стекаются в гущу…»
площадь пуста массы стекаются в гущу
лишний билетик сеанс коллективных жмурок
душа отрываясь летит в беловежскую пущу
в урну летит её окрылённый окурок
улыбаться не время живи по команде пли
время не улыбается скалит зубки
душа уходит в себя запирается изнутри
самое себя перемалывая в мясорубке
улыбаться не время и поэтому рты на замке
только глазами стрелять замысливать что-то плохое
череду облаков обогнав на последнем витке
превращаешься в пар в белое полусухое
превращаешься в сажень косую сгорбленный дух-аршин
в надувную куклу с линзами противогаза
в аквилон сначала потом в горячий хамсин
а потом – ни во что
[загрузка нового пазла]
«снег на миру красен под фонарём…»
снег на миру красен под фонарём
руины света рыхлая почва тьмы
помер отточенной единичкой воскрес нулём
окрест свежеструганный воздух облачные холмы
сквозь них проходит боем внештатная тишина
ухо перегоняет эхо в раковину-тупик
страшит воскресшего житейская крутизна
её высокохудожественный боевик
«помести меня в колбу мастер алхимических дел…»
помести меня в колбу мастер алхимических дел
вырасти из меня непригодное существо —
никому не нужен твой искусственный передел
как не нужно миру природное естество
слиток золота это или пепельный порошок
груда металлолома или алмазная пыль
ни за что не держится вырванный корешок
вымирающее тепло костенеющая ваниль
«действующие вулканы бездействующее лицо…»
действующие вулканы бездействующее лицо
частное как переписка где сам с собой
где болтаются кончики фраз и не сводят концы с концом
и встаёт молчание – листик перед травой
перед частным тобой перед корой мозговою
перед душой у которой есть за душою
длинная повесть нераспаханная целина
космос – её примета: недосягаемость дна
пустоты околоплодные в оборот земли
ни дна ни покрышки
но за душой всегда на мели
мир перед страшным судом осушен болотистое гнильё —
не наши хоромы мы бережём жильё
в прошедшем времени нас перешедшие вброд
бездействующее лицо с исполнителем наоборот
«место встречи время былой разлуки…»
место встречи время былой разлуки
жизнь из добрых рук переходит в недобрые руки
смерть встаёт спозаранку но снова не с той ноги
сегодня домашние тапочки завтра ботфорты в руках слуги
кремниевые мушкеты пушек ядро лафет
посторонний сегодня завтра потусторонний свет
сварочной искрой сыплет бенгальский бикфордов шнур
смерть девять прошлых жизней насаживает на шампур
и колечки лука между висячих мяс
шашлычком и дымом пахнет её фугас
на жаровне поля боя по щиколотку угли
вороши золу
не спи часовой
гугли
«где родился – не пригодился таков урок…»
где родился – не пригодился таков урок
стучишь по клавишам набираешь пясточку строк
потом выходишь на улицу кирха церковь костёл
чувствуешь – закипает курземский твой котёл
а вокруг котла черти и их фокстрот
и никто не смотрит в ноты и между нот
закипает живое варево в чугунке
время бежит в наморднике на поводке
крестники господа отчимы мачехи с живой водой
на засове душа жизнь идёт стороной
телесные оболочки обтянутое в
