решил таким образом продемонстрировать свою власть, заставляя нас ждать. Мне с самого начала не нравилась вся эта история. И прямо сейчас мои догадки по поводу сегодняшней встречи только лишний раз подтверждались.
Время тянулось мучительно медленно. Я уже начал нервничать, потому что меня раздражало это бессмысленное ожидание. Уже прошло больше часа, а нас всё ещё не приглашали.
Наверное, князю нужно было, чтобы я остыл, проникся, почувствовал своё место. Но и я не сидел без дела – вовсю уже «сканировал» административное здание. И то, что увидел, откровенно говоря, меня развеселило.
Этот Бобшильд, который, кажется, считал себя не просто князем, а царём и богом, построил здесь… не то, что дворец, скорее, это было похоже на бункер. Внутри дома, в тайниках, находились не только боеприпасы, но и артефакты. А стены были укреплены так, что могли бы выдержать атаку не только танкового батальона, но и, возможно, небольшой армии. А ещё он оборудовал несколько потайных комнат, где, в случае чего, можно было спрятаться. И, что самое интересное, эти потайные комнаты были сделаны, как я понял, совсем недавно.
«Ну-ну…» – усмехнулся я про себя, продолжая изучать тайники Бобшильда. – «Он или параноик, или боится кого-то… или чего-то…»
На третьем часу ожидания настроение у меня начало стремительно портиться. Что за чертовщина?! Я пришёл вовремя, к назначенному времени, но вместо того, чтобы меня принять, меня заставили ждать, словно какого-то просителя?!
Я уже начал злиться, прикидывая, стоит ли устроить им тут небольшой «переполох», как вдруг дверь в зал ожидания распахнулась, и внутрь вошёл тот самый секретарь, который нас сюда проводил.
– Прошу прощения, господин Вавилонский, за столь долгое ожидание, – обратился он ко мне. – Его Высочество князь Роберт Бобшильд Лихтенштейнский готов вас принять! Прошу, пройдёмте!
Скала хотел было пойти со мной, но секретарь коротким жестом указал ему оставаться здесь. Я хлопнул Скалу по плечу, подмигнул и последовал за секретарём. Мы прошли по длинным коридорам, и вскоре остановились перед массивной дубовой дверью, над которой был вывешен герб Лихтенштейна. Секретарь постучал.
– Войдите! – раздался из-за двери спокойный, немного хриплый голос.
«Да пошли вы все…» – подумал я, с силой распахивая дверь кабинета.
– Теодор Вавилонский, – произнёс я, входя внутрь.
Князь сидел за огромным столом, который был завален бумагами, книгами, чертежами.
– Присаживайтесь, господин Вавилонский, – кивнул князь, с трудом оторвав взгляд от бумаг.
Я плюхнулся на стул напротив него.
– Чем обязан? – спросил я, не скрывая своего недовольства.
Князь, подняв голову, смерил меня холодным, оценивающим взглядом, а затем кивнул:
– Вы, господин Вавилонский, не слишком-то вежливы…
– Прошу прощения, – ответил я холодно. – Просто у меня, как и у вас, много дел.
– Дел? – князь усмехнулся. – А разве у вас, молодого человека, могут быть какие-то дела, которые важнее дел правителя Лихтенштейна?
– Конечно же, могут, – кивнул я. – У каждого – свои заботы.
Бобшильд, судя по всему, привык, что люди беспрекословно подчиняются. И ему, кажется, было всё равно, что он несколько часов заставил меня ждать в зале ожидания.
– Ну что ж, господин Вавилонский! – сказал князь. – Тогда начнём, пожалуй, с самого простого. Как вам нравится наше княжество?
– Ваше Высочество, – я решил с ходу взять быка за рога. – Я, честно говоря, не понимаю, зачем вам понадобилось устраивать эту… гхм… аудиенцию. Если у вас есть ко мне какие-то претензии или вопросы, то, будьте любезны, задавайте их напрямую.
– Молодой, горячий… – сказал он, пристально глядя на меня. – Нравится мне ваша прямота. И всё-таки, господин Вавилонский, я повторю свой вопрос. Как вам нравится наше княжество?
– Не знаю, – пожал плечами я. – Я здесь недавно, и ещё не успел как следует его изучить.
– Неужели? – он многозначительно приподнял бровь. – А до меня дошла совсем другая информация. Как мне доложили, вы довольно быстро освоились в Лихтенштейне. У вас, если мне не изменяет память, уже есть несколько прибыльных предприятий – строительная фирма, лавка, в которой вы продаёте антиквариат. А ещё вы умудрились собрать вокруг себя целую гвардию.
Я, не отрываясь, внимательно разглядывал князя. Он выглядел представительно, даже более представительно, чем его окружение. Его лицо, с чётко очерченными скулами и волевым подбородком, выражало уверенность в себе и своих силах. В его осанке, жестах, мимике чувствовалось благородство, присущее аристократам старой закалки.
Он был сильным Одарённым. Я почувствовал это, как только вошёл в зал. Его аура, хоть и была тщательно скрыта, но всё равно просачивалась наружу, словно холодный ветер, который пробирал до костей.
– Да, Ваше Высочество, от вас ничего не скроешь, – усмехнулся я, когда он закончил перечислять мои «достижения». – И как вы это делаете? Неужели магия?
Князь поморщился.
– Юмор… – протянул он. – Я слышал, что в Империи любят пошутить.
– Нет, я просто не понимаю, – пожал плечами я. – В чём суть разговора? Разве вести честный бизнес и содержать собственную гвардию запрещено в Лихтенштейне?
– Нет, – покачал головой князь. – Не запрещено, но…
– Но? – переспросил я.
– Но не каждый аристократ, приехавший в княжество, может себе такое позволить.
Он замолчал, пристально глядя на меня, а затем продолжил:
– Вы, будучи совсем юным человеком, прибыли сюда, и за столь непродолжительное время своими действиями успели наделать немало… – он сделал паузу, подбирая слова, – …шума в нашем тихом княжестве.
– Шума? – с сарказмом повторил я. – Осмелюсь предположить, что на это жалуются некоторые местные аристократы?
– Оставим подробности. Я всего лишь хочу, чтобы вы были более осторожными в своих действиях. И не забывали, что Лихтенштейн – это хоть и Империя, но всё же есть нюансы. Свои нюансы. Здесь те же законы, но другие правила и традиции.
«Ну да, ну да! – усмехнулся я про себя. – Сплошной консерватизм и двуличие, прикрытые красивыми словами о традициях».
Вслух же я произнёс:
– Хорошо, я приму к сведению ваши пожелания, Ваше Высочество. Впредь постараюсь быть более… гхм… сдержанным в своих действиях.
– Вот и славненько, – князь кивнул, довольный моей покорностью. – В общем, сегодня я решил проявить снисхождение. Я готов дать вам шанс исправиться, – он сделал паузу, а затем, наклонившись вперёд, прошипел: – Но если вы ещё раз допустите подобную оплошность… то последствия будут печальными. Очень печальными. Понимаете?
Я усмехнулся. Он, видимо, решил меня запугать? Но меня, Архитектора, угрозами не напугать. Да и вообще, после всего, что я пережил в прошлом мире, мне было откровенно наплевать на его угрозы.
– Да-да, в курсе, – отмахнулся я. – Может, я и не понимаю всех тонкостей местной политики. Но я – не политик. Я – ремесленник. И почему-то мне кажется, что вам не столько не нравится моё поведение, сколько то, что я… гхм… как бы это правильно сказать… преуспел.
– Кстати, насчёт вашего успеха, – неожиданно оживился Бобшильд. – Как вы знаете, я очень забочусь о благополучии княжества и всех его жителей.
