Мы сели в машину и поехали. Папа сидел впереди, а мы все сзади. У меня на коленях – букет колючих роз, у мамы – два гнома: безымянный и сурок Ганя. Очень похожие друг на друга. Только один в штанах, а другой – без штанов.
Совсем стемнело, когда мы выехали за ворота и помчались по шоссе. Я все еще думал: кто же подпилил ножку у табуретки? Папа или Алешка? Но это темное дело так и осталось нераскрытым до сих пор…
На повороте, у развилки, я оглянулся. Отсюда Мрачный дом виделся во всем своем таинственном великолепии.
И мне вдруг показалось, что в его темных окнах опять блеснул луч фонарика.
Ладно, подумал я, разберемся. Все путем, ребята…
Наследники собаки Баскервилей
Глава I
Шерлок Холмс и Доктор Ватсон
Золотая осень. Бабье лето. «Унылая пора, очей очарованье». Наверное, под влиянием этих погодных факторов наш Алешка опять размечтался.
И вся наша дружная семья замерла в напряженном ожидании. Потому что когда мой младший брат начинает мечтать, он на этом не останавливается. Сначала тихо мечтает, потом о чем-то глубоко задумывается, затем что-то замышляет и, наконец, начинает действовать. С неукротимой энергией, как мама говорит. И вовлекает всех нас во всякие неожиданности, приключения и опасности.
На этот раз он вел себя не совсем обычно. Ну, помечтал, как всегда, за завтраком, машинально проглотил, не поморщившись, тарелку овсянки; опрокинул солонку, уронил ложку на пол. А потом тихо и задумчиво отправился в комнату.
– Это все ты! – упрекнула наша мама нашего папу, собирая в солонку соль. – Со своими рассказами.
– Что? – спросил папа из-за своей газеты. – Какими рассказами?
– Про своего любимого Шерлока Холмса. Задурил ребенку голову. А у него и так двоек больше, чем троек.
– Ну и что? – хмыкнул папа. – Ему еще семь лет учиться. Успеет исправить.
– Или новых нахватать! – Мама начала сердито складывать посуду в мойку. – Я в его возрасте вообще без троек училась! И даже без четверок.
– На одни двойки? – притворно ужаснулся папа. – Если бы я знал об этом, никогда бы на тебе не женился. Какая ты скрытная, оказывается. Да еще и двоечница!
– К твоему сведению – я была отличницей! – Мама решительно уперла руки в боки. – А в твоем аттестате…
Папа взглянул на часы и тоже решительно перебил маму, сложив газету:
– Ну, мне на работу пора.
Он всегда в трудную жизненную минуту удирает на свою работу, в свой любимый Интерпол. Папа вообще на работе бывает неизмеримо больше, чем дома. Так мама говорит.
– А ты куда? – Она схватила меня за рукав и кивнула на мойку, полную грязной посуды. – Ну-ка, быстренько помоги своей любимой бедной мамочке, ей в магазин пора.
Она в магазин ходит, как папа на работу.
И вот так всегда: папа – на работу, мама – в магазин, Алешенька размечтался, а Дима – посуду мой!
Я открыл горячую воду, выдавил на губку остатки волшебного «Фейри», но у меня было огромное желание потихоньку, попросту, без всяких фокусов и долгих раздумий, сложить грязные чашки и тарелки в мусорное ведро. С каким удовольствием я вынес бы его на помойку! С каким грохотом и звоном я вывалил бы это ведро в мусорный контейнер!..
Мечтать не вредно, иногда говорит мама. Знала бы она, о чем я иногда мечтаю!
Однако за ненавистным мытьем посуды я размышлял о том, что, в общем-то, мама где-то права. Мечтать не вредно. Иногда даже полезно. Сколько примеров знает история нашей планеты, когда какой-нибудь невзрачный ребенок вдруг возмечтает так сильно и неудержимо, что к старости достигнет в области своих мечтаний вершин человеческого разума и духа.
Вот, например, наш папа, который с детства обожает Шерлока Холмса. И я подозреваю, что свою профессию милиционера он выбрал под влиянием великого и обаятельного английского сыщика. И достиг на этом славном поприще значительных успехов. Недаром ведь в папином кабинете в Министерстве внутренних дел, над его рабочим столом, висит большой портрет легендарного мистера Холмса в шапочке, похожей на бейсболку, с трубкой в зубах, с задумчивым лицом и проницательным взором. Видимо, думал я, папину любовь унаследовал и его младший сын. И тоже станет великим сыщиком. Если не передумает. С ним это уже бывало. Несколько раз. Раз, наверное, сто. Или даже больше.
Зато старший его сын унаследовал мамину нелюбовь к мытью посуды. И, возможно, на всю жизнь сохранит стойкую ненависть к моющим средствам.
А наши поклонники Шерлока Холмса нередко тихими уютными вечерами усаживались на тахту в папиной комнате и всерьез обсуждали все детали и тонкости его подвигов, дружно, со знанием дела восхищаясь его талантом.
Папа очень многое знал о Шерлоке Холмсе и его создателе – английском писателе Конан Дойле. И очень интересно рассказывал об истории каждого дела, которое расследовали два знаменитых друга.
– А вам, например, известно, – спросил он однажды тихим уютным вечером, – что в туманном Лондоне, на Бейкер-стрит, сохранился дом, в котором жил Шерлок Холмс? И откуда он отправлялся со своим другом доктором Ватсоном навстречу очередным приключениям?
– А кто там теперь живет? – живо спросил Алешка. – Ихние дети, что ли?
Папа улыбнулся.
– Там никто не живет, – ответил он. – Там теперь музей. Музей великого сыщика.
Алешка аж подпрыгнул:
– И чего там, в музее?
– Много чего. – Папа мечтательно прищурил глаза. – Во-первых, там прекрасная библиотека. В ней собраны со всего мира все записки о приключениях Шерлока Холмса, на всех языках. В ней собраны все научные труды о нем, даже энциклопедический словарь, посвященный его жизни и деятельности. В музее много его портретов, созданных разными художниками. Портреты родных и близких Холмса. И даже бережно сохраняется та самая восковая фигура, с помощью которой он обманул полковника Морана…
– С дыркой от пули?
– А как же! И это страшное духовое ружье стоит возле камина. А на отдельной полке, Алексей, стоят великие научные труды Холмса. По философии, по психиатрии, по химии, по истории. – Папа со значением посмотрел на Алешку.
– Да понял, понял, – закивал тот. – Он хорошо учился в школе. Не отвлекайся.
– И не случайно, – продолжил папа, – одной из криминалистических лабораторий, кажется, в городе Лионе, присвоено имя создателя образа Шерлока Холмса. За большой вклад в науку. Но самое главное – в музее есть личные вещи Холмса.
– Да ну! – завороженно выдохнул Алешка. – И его револьвер?
– И револьвер. И лупа в медной оправе. И его знаменитая трубка. И жестяной свечной фонарь. И его скрипка. И тот самый хлыст, которым, помнишь, он расправился с «пестрой лентой»? И многое другое.
– Посмотреть бы, – безнадежно помечтал Алешка. – Потрогать хоть разок. Или два…
– И кроме того, – продолжил папа, – там целое хранилище писем…
– Шерлока Холмса? – обрадовался Алешка, почти не сомневаясь, что Шерлок Холмс – вполне реальная личность, а не выдуманный Конан Дойлем литературный персонаж. – Вот бы почитать.
– Это не его письма, – сказал папа. – Это ему письма.
– От доктора Ватсона?
– Нет, от обычных людей. Шерлоку Холмсу до сих пор пишут письма люди, которые почитают его талант и верят, что великий сыщик будет вечно стоять на страже справедливости.
Наивные – ну прямо как наш Алешка.
– А что они ему пишут?
– В основном выражают свое восхищение. Но нередко сообщают о всяких загадочных происшествиях и нераскрытых преступлениях и просят помочь в их раскрытии… Рот закрой, Алексей, ангину схватишь. В музее целая группа сотрудников отвечает на эти письма от имени Шерлока Холмса.
– А преступления? Раскрывают?
– Случается, – улыбнулся папа. – В некоторых случаях полицейские из Скотланд-Ярда принимают меры к расследованию.
Не думал я тогда, что вот-вот на нашем пути встретится загадочное происшествие и что наш наивный хитрец Алешка тоже обратится за помощью к Шерлоку Холмсу. И самое главное – он эту помощь получит. Вернее – подсказку. А уж само дело мы доведем до конца своими силами. Преодолев неимоверные трудности и опасности. Как Ш. Холмс и д-р Ватсон.
– Вообще, – папа стал раскладывать на столе бумаги, собираясь поработать перед сном, – настоящие криминалисты до сих пор пользуются опытом Шерлока Холмса. Многие его исследования легли в основу современной криминалистики. Помнишь его рассуждения о всякого вида табачном пепле, о классификации и фиксации различных следов?.. О логике, связывающей разные события?
– Детективный метод, – понимающе кивнул Алешка.
– Дедуктивный, – поправил его папа. – Это разные вещи. Детектив – это сыщик, следователь. А дедукция – форма мышления, связывающая в логическую цепочку различные события и факты. Вот, например, – папа чуть заметно улыбнулся, – вчера мама похвалилась мне, что ты вызвался сбегать в прачечную, сходил за хлебом и даже вытер пыль на телевизоре. Так?
