оплавленный шлак на дне закопченного котлована.
Едва укрыв глаза ладонью, чтобы не оказаться ослепленным ярчайшей вспышкой, убрал ее сразу же после того, как зеленая плазма прекратила свой воспитательный урок.
И тут же ко мне в грудь прилетел ответ от аборигенов.
Обычная стрела с металлическим наконечником пронзила йсаламири, которую во время обстрела я рефлекторно поднял на уровень груди. Ни в чем неповинная животинка таращила глаза, хрипела и царапала воздух.
Древко стрелы пробило ее тельце насквозь, остановившись лишь после удара о скрытую под кителем броню. Судя по тому, как при ударе разошелся наконечник в стороны, сделано со вкусом и любовью к своему делу. А предназначена такая стрела может быть только для одного — для нанесения наибольших внутренних повреждений.
— Адмирал! — бросился ко мне Пеллеон, но я знаком остановил его.
— Рукх! — телохранитель-ногри метнулся ко мне, держа в одной руке бластер, в другой — метательный нож. — Откуда стреляли?
— Из того здания, о котором я вам говорил, господин, — рычащим голосом произнес ногри.
— Хорошо, — спокойно ответил я, наблюдая за конвульсиями ящерицы. — Капитан Пеллеон — пусть наши штурмовики покажут на что они способны.
— Да, адмирал… — командир «Химеры» потянулся к комлинку, негромко передавая приказы.
Пока первое отделение бегом двигалось к источнику угрозы, я поднес мегафон к лицу:
— За нападение на представителей Империи положена смертная казнь. Кара всегда неминуема! Штурмовики — действуйте.
Восемь бойцов, закованных в пластоидную броню сблизились с постройкой, окружили ее и мгновенно открыли огонь по единственной двери и окнам, заставляя все живое, что еще не было убито внезапной атакой, предпринять меры к спасению. Но что бы не пытались сделать местные жители — они не успели.
Продырявленные в сотнях мест стены домика едва держали тяжесть кровли, когда приблизившийся к зданию штурмовик метнул сквозь разбитое окно термальный детонатор. Раздался грохот, яркая вспышка, после чего вся конструкция с грохотом рухнула на землю, погребя под завалами все, что там находилось.
Так же слаженно и организованно штурмовики вернулись к кораблю. Хм… а ведь бытует мнение, что все они — косоглазые ребята, что и в банту из турболазера не попадут. Судя по тому, что я только что увидел, книги Расширенной Вселенной явно относятся к имперским солдатам с большой толикой несправедливого скептицизма.
Или же в очередной раз я стал свидетелем того, что не стоит относиться с пренебрежением к «сюжетной» броне мятежников.
Приблизив к лицу мегафон, произнес:
— Напрасных жертв можно избежать, если я немедленно встречусь с Хранителем горы!
— Вы с ним уже не встретитесь, — раздался спокойный, полный власти и ощущения собственного превосходства голос.
Стоящий рядом командир «Химеры» быстро повернулся к источнику звука, выхватывая бластер из кобуры.
— Спокойнее, капитан, — медленно произнес я. — Не нужно нервировать нашего гостя.
И казалось, что «гость» не может причинить сколько-нибудь возможного вреда.
Высокий, облаченный в широко известную любому фанату «Звездных войн» коричневую мантию, с длинной склоченной бородой, волосы в которой уже давно отливали серебром седины, он изучал нас, оглядывая каждого по отдельности — меня, Пеллеона, Рукха. Штурмовиков он даже не посчитал нужным удостоить такой чести, что прямо указывало на его отношение к рядовым разумным — они для него лишь пешки.
Он привык повелевать в этом месте и сейчас явился сюда, отнюдь не до переговоров. Признаться честно, я отчасти надеялся на то, что орбитальный обстрел дворца уничтожит не только постройку и этого человека. Пеллеон не доверяет чувствительным к Силе разумным, да и я, не сказать, что особо к ним расположен.
Он касался рукой медальона, висящего на груди, поверх застиранной некогда белоснежной туники — еще одного известного атрибута. Когда он прекратил изучать нас, то в его взгляде появилось отчетливое презрение.
— Чужаков редко можно увидеть на Вейланде, — несмотря на кажущуюся старость его голос был полон силы и властности. — Очевидно, вы прибыли из-за пределов планеты.
— Логичный вывод, — заметил Пеллеон. — Учитывая, что за нашей спиной — космический корабль. Но вы-то кто такой?
Старик, имя которого я и без того уже знал, лишь посмотрел на развалины атакованного штурмовиками дома. Затем — на дымку, чадящую из котлована, где некогда находился его дворец.
— Вы причинили мне ущерб, — заявил он, вновь оглядываясь на нас. Мне показалось, или на мгновение его глаза полыхнули интересом, встретившись с моими. Спохватившись, что держу в руках уже дохлую ящерку, жестом подозвал штурмовика к себе и завладел еще одной йсаламири.
— Да, это так, — подтвердил я. — И этого можно было избежать, если б вы вышли к нам сразу, Хранитель.
— Он? — удивился Пеллеон. — Хранитель?
— Хранитель мертв, — произнес старик, двигаясь к нам. — Притом — очень давно.
— Вот как? — улыбнулся я. — Тогда кто же вы?
— Я правлю этой планетой и этими разумными, — старик остановился в десятке метров от нас, подняв руки, словно приглаживает ладонями бороду. Какая дешевая уловка.
Повисла неловкая пауза, в ходе которой старик сверлил меня взглядом.
— А я — гранд-адмирал Траун, главнокомандующий силами Империи, — пришлось представиться, чтобы хоть как-то сгладить неловкость момента.
— На этой планете нет Империи, — заявил старик. — Только я и те, кем я правлю.
— Вот как? — усмехнулся я. Взгляд старика стал более ожесточенным. Ну же! Ну же! — А как же гора, что возвышается за вашей спиной? Что-то подсказывает мне, что все, что находится там — принадлежит почившему Императору. А значит теперь и мне, как главнокомандующему Империи. Хранить сберегал это для нас.
— Значит Император мертв? — задумчиво, даже с растерянностью спросил старик.
— Убит мятежниками, если быть точным, — произнес я. — Поэтому мы и здесь — нам нужно то, что есть в горе. И помощь Хранителя.
— Хранитель мертв, — словно мантру произнес старик.
Ладно, в эту игру можно играть и вдвоем.
— И как же он умер? — с притворной любезностью поинтересовался я.
— Я убил его, — Пеллеон снял бластер с предохранителя. Я жестом приказал ему не торопиться. — Я убил всех тех, кто приходил сюда после его смерти, чтобы призвать на службу. Я и вас убью.
С проворностью, которой могли бы позавидовать и молодые, «абориген» выбросил вперед ладони, с пальцем которых тут же сорвались ветвистые разряды голубых молний, метнувшихся в нашу сторону с оглушительным треском разрываемого пространства…
… лишь для того, чтобы раствориться, словно в паре метров перед нами их растворял без следа неизвестный абсорбент, способный бороться с Силой.
Пеллеон вскинул бластер, прицеливаясь. Штурмовики — тоже.
— Не стрелять! — приказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, без взволнованности. — Опустить оружие.
— Как вы это сделали? — грозно спросил нас старик. — Вы не джедаи — я бы
