– А что еще у вас можно будет поесть, кроме хлеба? – заинтересовалась Тэй Негелис.
– Пока секрет фирмы. У Томи есть несколько идей. Но мы открываем свое первое заведение где-то через месяц. Так что, будете в Галане – заходите.
– А куда заходить? – спросил Барк Негелис. Было видно, что идея ему понравилась. – Где вас искать-то?
– На Ремесленной улице угол Доктора Макселиса. Практически в самом центре – пятнадцать минут ходьбы до Пушечной площади. Недалеко станция метро, да и вообще район довольно оживленный. И все наши заведения будут называться одинаково, как "Отио" в Вилканде. Просто "Ларринг". Мы уже зарегистрировали фирменный знак. Теперь нам главное – реклама. Завтра как раз буду заказывать плакаты.
– Да, но ты еще не сказал самого главного, – вмешалась в разговор Линн Арнинг. – Скажи, где вы взяли деньги на все это.
– Ну, половину стартового капитала мы собрали сами. Сложили свои сбережения, немного отец дал, немного – семья Томи. А на остальную сумму мы взяли президентский кредит – так его называют – в Фонде поддержки малого бизнеса. Идея им там понравилась, обо мне на "Мельдиесо" дали хороший отзыв, у Томи тоже все в порядке – вот мы и получили все, что нам требовалось.
– Так что, как минимум, один положительный результат новой политики у тебя уже есть, – со смехом сообщил Калансису Барк Негелис.
Гредер Арнинг взглянул на часы и со вздохом поднялся с места.
– Прошу прощения, но мне пора ехать. Путь неблизкий, а завтра с утра дела.
– Да, – взволнованно поддержала его Нейри Калансис. – Ты действительно уже сильно задержался. Смотри, на улице уже совсем темно.
– Ничего, – успокаивающим тоном сказал Гредер Арнинг. – Мне главное – за город выехать, а там уже прямая автострада на Галану. За три часа доеду.
– У тебя все та же машина? – спросил Феланис.
– Да, та же. "Мельдиесо Морри". Самая дешевая, самая простая, самая надежная. Ничего, как заработаю первый миллион, куплю что-нибудь получше.
Феланис широко улыбнулся. Нейри Калансис встала из-за стола.
– Хорошо, Гредер, будем прощаться. Передавай Рэл привет. Жалко, конечно, что она так и не приехала. Мы с Киром очень надеялись.
– Ей самой страшно хотелось вас повидать. Но она все-таки вчера очень разволновалась. Ведь наш малыш до этого ничем не болел, а тут так внезапно, и такая высокая температура. Врач сказал – ничего страшного, завтра-послезавтра пройдет, но Рэл, конечно, никак не могла поехать. Но ничего, через месяц ему как раз исполнится три годика, тогда уж обязательно навестим.
– Ну, будем ждать, – сказал Кир Калансис, поднимая руку в жесте прощания.
– Будем ждать, – повторила Нейри. – Но все равно, я обязательно позвоню завтра вечером, узнаю, как там у вас.
– Гредер Арнинг, еще раз улыбнувшись всем на прощание, пошел к двери, но не успел сделать и трех шагов. Дверь распахнулась, и в комнату стремительно и без стука вошел бледный и растерянный Рейн Магранис – начальник президентской охраны.
– Что произошло?! – встревоженно вскочил с места Кир Калансис. Ему, да и никому другому, никогда не приходилось раньше видеть Маграниса растерянным.
– Нечто странное, – Магранису удалось справиться с волнением, но голос его все же звучал непривычно неуверенно. – Это слишком необычно, поэтому я прошу вас, господин президент, включите сначала телевизор.
Все уже были на ногах. Кир Калансис сделал неуверенный шаг в сторону, но его опередил Гредер Арнинг. Ему было достаточно только протянуть руку. Раздался щелчок, и экран стоявшего в углу телевизора стал медленно разгораться.
Это был новейший цветной телевизор фирмы "Элано", только в этом году запущенный в производство. Но сейчас он не показывал вообще ничего. Гредер Арнинг повернул переключатель, но на всех каналах было одно и то же – светло-серая матовая пелена, через которую не пробивалась даже рябь помех.
– Так в чем дело? – повернулся президент к Магранису. – Что-то со связью или прекратили передачи все телестанции?
Рейн Магранис судорожно сглотнул. Он был в затруднении – не знал, с чего начать.
И вдруг на экране появилось изображение. Какой-то кабинет, человек за пустым столом из полированного дерева и большая незнакомая эмблема, нарисованная… нет, не нарисованная, а прикрепленная над его левым плечом на светло-розовой стене.
В центре эмблемы было стилизованное изображение солнца со множеством лучей. Вокруг светила – тонкий черный эллипс и четыре глобуса зелено-песочного цвета – точь в точь, как на рисунке в школьном учебнике, иллюстрирующем обращение планеты вокруг солнца и смену времен года. Выше глобусов был полукруг из синих двенадцатиконечных звезд, еще один полукруг образовывали внизу две перекрещенных ветви какого-то растения, тоже синего цвета. Из точки пересечения ветвей веером расходился вверх голубой конус, образуя под нижним глобусом широкий прямоугольник, внутри которого блестели золотом два ряда непонятных символов.
Эмблема обращала на себя внимание, и поэтому в первую секунду никто не заметил странностей в облаке человека, сидящего за столом. На нем был темно-синий френч непривычного покроя с вертикальным рядом золотых застежек в виде уголков, спускающихся вниз от наглухо застегнутого стоячего воротника с золотой ленточкой посредине. У него было длинное узкое лицо трудноописываемого цвета – что-то среднее между голубым и сиреневым, нос с необычным разрезом ноздрей, узкая щель тонкогубого рта, большие почти круглые темные глаза, брови дугами, высокий лоб, тронутый морщинами.
Человек, сидящий за столом, был не молод. Если бы он был филитом, его возраст можно было бы оценить лет в пятьдесят. Но он не был филитом! Он был инопланетянином!!!
Несколько секунд все в оцепенении смотрели на экран. И вдруг инопланетянин медленно заговорил по-чинетски.
– Я, Председатель Совета Пятнадцати великой Звездной Империи Ркао эни-Оонк, обращаюсь к президенту государства Чинерта Киру Калансису…
Никто не ожидал этого – все вздрогнули. Инопланетянин говорил с сильным акцентом, растягивая гласные и произнося звуки "ч" и "ш" как "с", но очень медленно, четко и понятно.
– Я обращаюсь, – бесстрастно произнес он, глядя прямо перед собой, – как равный к равному, и надеюсь, что мои слова будут правильно поняты и правильно оценены. Их слышат сейчас только вы и те люди, которые находятся в одном здании с вами.
Ваша планета находится в секторе пространства, который является зоной интересов Империи, и исходя из этого, Совет Пятнадцати считает нужным распространение на нее своего влияния и включение ее в состав Звездной Империи на правах колонии. Этот статус предполагает, что планета Филлина, ее земля, воды и недра, равно как и находящиеся на ней здания и сооружения хозяйственного, бытового или культурного назначения объявляются собственностью Империи, представляемой ее высшим органом управления – Советом Пятнадцати.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
