Мордоворот, удивленно смотревший на нас, не выдержал:
– Послушайте, вы тут не одни. Для выяснения отношений я отведу вам другое время.
– Мы уже давно все выяснили, – пробурчала я, зло посмотрев на Марата.
Рустам усмехнулся:
– Марат, а телка у тебя строптивая! Я еще не видел, чтобы девка с тобой так разговаривала. Это проститутка?
– Нет, замужняя. Супруг у нее шишка на ровном месте, а вот сама она на голову слаба.
– Я так и подумал. Борзая больно.
– Главное, чтобы у тебя голова была на месте, – пригрозила я Рустаму.
Рустам побагровел и посмотрел на Марата.
– Скажи своей телке, чтобы она язык прикусила. Ты меня знаешь – я могу ее так отделать, что мама родная не узнает!
– Это не моя девка, – ответил Марат.
Я вытаращила глаза от удивления:
– Чья же, если не твоя?
– Не знаю, – ответил Марат. – Но не моя, это точно.
– Не ты ли сегодня всю ночь шептал мне на ухо, как тебе хорошо и как жаль, что я замужем?
– Это было в момент сексуального порыва. Это не в счет.
– Ты хочешь сказать, что наши отношения, постель и прочее не в счет? Все это несерьезно?
– Конечно нет.
– Тогда что же это было?
– Подумаешь, просто перепихнулись, и все.
– Ах ты, скотина!
– От такой же слышу.
– Я думала, что ты хоть чуть-чуть меня любишь.
– Ты ошибалась.
– Скотина! Сутенер ты хренов!
– Прекратите! – заорал Рустам. – Немедленно прекратите! Вы не одни. Просидели вдвоем почти три часа и не смогли выяснить отношения! А ты, милая, заткнись!
Я заткнулась и стала отряхивать свой костюм. Боль и унижение захлестнули меня. Хотелось огреть Марата по голове чем-нибудь тяжелым.
– Марат, я хочу получить свои деньги обратно, – спокойно сказал Рустам.
– У меня сейчас нет.
– Я слышу это ровно полгода.
– Рустам, я же тебе сказал: как будут, сразу же отдам. Ты же меня знаешь.
– Знать-то я тебя знаю, только денег своих не вижу. Полгода назад я дал тебе сто тысяч баксов на пару недель и до сих пор не могу получить их обратно.
– Рустам, но в жизни всякое случается, вот и у меня возникли определенные трудности. Нужно еще немного подождать.
– Сколько?
– Пару недель.
– Хорошо. Я подожду, только ты все это время просидишь здесь, в этом подвале.
– Ты с ума сошел!
– Я не сошел. Я просто хочу получить свои деньги обратно.
– Как же ты их получишь, если я буду сидеть здесь? Деньги же сами с неба не упадут. Их надо найти, а кроме меня, этого никто не сможет сделать.
– Хорошо, тогда в этом подвале будет сидеть твоя телка.
– Вот это другой разговор, – обрадовался Марат.
– Вы что, совсем спятили! Я тут сидеть не буду! Ну и подонок ты, Марат! Таких придурков еще поискать надо!
Рустам внимательно посмотрел на Марата и ехидно улыбнулся:
– Телка твоя больно нагло себя ведет, а ты терпишь. Что-то я раньше за тобой такого не замечал. Сейчас я проверю, дорога она тебе или нет. Я хочу знать точно, вернешься ты за ней или нет, а то, может, ты уйдешь – и с концами. Мне останется ее только грохнуть. Мы с тобой друзья, а с друзьями делятся не только женами. Она же тебе не жена. Вспомни, сколько раз мы с тобой в бане вместе парились, сколько проституток перетрахали. Так поделись со мной и этой телкой. – Рустам встал со стула и подошел ко мне. – Ну что, девочка, тебе придется развлечь меня и моих ребят. Мы с тобой подружимся.
Я вжалась в стену и с ужасом посмотрела на Марата.
– Неужели ты этого придурка ко мне подпустишь?
Марат сидел с безразличным видом и старался не смотреть в мою сторону. Рустам размахнулся и с силой ударил меня по уху.
– Это тебе за придурка, – сказал он и начал расстегивать штаны.
Закружилась голова, в глазах потемнело. Я дотронулась до уха. Рука тут же испачкалась в крови.
– Ты мне разбил ухо, – прошептала я.
– В следующий раз я разобью тебе не только ухо, но и еще что-нибудь. Ты у меня кровью харкать будешь, тварь!
Я снова с мольбой посмотрела на Марата, но он сидел словно каменный.
– Марат, а ты сволочь порядочная!
Рустам подошел ко мне и взял за подбородок. Я дернулась и сильно укусила его за руку. Он заорал, отскочил и стал трясти рукой.
– Ну, сука, держись!
Ко мне тут же подскочили до сего момента скучавшие рядом с дверью мужики и принялись срывать одежду.
Я вопила и брыкалась, одновременно пытаясь уклониться от ударов.
– Рустам, скажи им, чтобы прекратили! – попросил Марат и подошел ко мне.
Мужики отпустили меня и вопросительно посмотрели на Рустама.
– Оставьте ее, – сказал он.
Стукнув меня последний раз, мужики отошли к двери. Я зарыдала, увидев, что одежда моя превратилась в лохмотья. Грудь обнажилась, от юбки ничего не осталось, все тело было в ссадинах и крови. Я подползла к стене и села, поджав ноги к груди, чтобы не было видно моей обнаженной груди. В этот момент больше всего на свете мне хотелось вернуться на родину, какой бы жестокой она ни была. По крайней мере, там у меня был паспорт, какие-то права и не было этих страшных мужиков. Григорич уже, наверное, звонит черт знает сколько и не может дозвониться. Подумает, что я сбежала, и убьет Натку. От этих мыслей мне стало совсем худо, и я заревела еще громче. Мне стало так жалко себя! Ведь я молодая и красивая, окончила хореографическое училище с красным дипломом. Талантливая, подающая надежды балерина, а сижу в такой дыре без денег, документов, да и вообще в чужой стране. Мне бы танцевать в «Лебедином озере» и не морочить себе голову, но что сделаешь, уж если я такой уродилась. Правильно говорят, что в семье не без урода. Ну не могу я танцевать за жалкую зарплату, хоть убейте меня. Чтобы хорошо танцевать, нужно хорошо получать, иначе танец будет просто не в кайф.
– Прекрати истерику, – ледяным тоном произнес Марат.
Но я словно и не слышала его, заревев еще громче.
– Прекрати, я сказал.
Наконец я замолчала и только изредка продолжала всхлипывать. Рустам, достав носовой платок, перевязал рану на руке. Затем спросил Марата:
– В чем дело? Тебе эта девка дорога?
– Нет.
– Тогда в чем вопрос?
– У меня на нее планы. Я придумал одно дельце, мне кажется выгодное. Телку трогать не надо, а то нам с этого дела ничего не выгорит.
– Какое дело? – заинтересовался Рустам.
– Это девушка, Рустам, не простая, а золотая. У нее муж крупный бизнесмен. Бабок у него немерено. Она живет в шикарном отеле напротив русского ресторана. Сам знаешь, что это за отель. Какая-нибудь шелупень там не останавливается. Эта дама снимает номер за три штуки баксов в сутки. Ее муж улетел на несколько дней в Пусан по поводу какой-то важной сделки, но со дня на день должен вернуться. Ты улавливаешь, на что я намекаю?
– Улавливаю.
– Мужик не знает, куда девать лишние бабки, и очень сильно любит свою красавицу жену. Как ты думаешь, он на нас обидится, если мы у него попросим немного денег?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
