И тут же звонок был сброшен.
Значит он не нуждается в моих словах. Может потому что я в них нуждалась больше.
Но хотя бы совесть может успокоиться.
Вот только, сердце топит свою боль в собственной крови.
Достали! Все, меня достало. Что меня постоянно тянет прошлое назад. Каждый раз я делаю шаг вперед, но прошлое не отпускает.
Достало.
Моя жизнь принадлежит мне. И да, я подло поступила. Но он начал свою жизнь без меня. Пора и мне начать.
Достаю телефон и набираю Марине.
“Ксюх, с новым годом,” — кричит в трубку подруга.
— Марина, поздравлю. Ты можешь скинуть адрес.
“Адрес? Куда?”
— Чего, Марина, чего. Где ты сейчас. Я подъеду к вам. Хочу начать в новый год свою новую жизнь.
“УРА! Я пришлю тебе сейчас же смской. Я жду тебя. Одень что-нибудь сексапильное. Тут много красавчиков. Займись наконец сексом. Раз Матвей тебя не возбуждает.”
— Марина! — настойчиво зову подругу. — С чего ты решила, что у нас сейчас ничего не было?
“Не думаю, что вам хватило бы час. Скорее целая ночь. Но я заткнулась, Ксюха. Жду. К нам едет Малахит!”
Кричит людям Марина, и я слышу как ей отзывается народ воплями.
Меня ждут. Обалдеть. Меня где-то ждут. Может даже действительно сделать то, что предложила подруга? Решу это на месте. А пока нужно найти что-нибудь сексапильное и отправиться на новогоднюю вечеринку. И отпустить свое надоевшее прошлое.
Это будет мое первое желание в новогоднюю ночь.
Глава 16
Я передергиваю оголенными плечами. В зале сегодня прохладно. На стенах висят новогодние украшения, гирлянды и елочные веточки. Они будут украшать зал еще неделю. А через две недели это место преобразится в связи подготовки к дефиле.
— Всех с прошедшим праздником, девочки!
Ольга, распорядитель, взмахнула своим светлыми волосами и улыбаясь вошла в зал. На ней блестел новенький загар, и к тому же счастливая улыбка преобразила ее личико. Янковская единственная, кто решил не промолчать. Модель скривила губы и ухмыльнувшись спросила:
— Как любовничек? Вижу-вижу, что он хорошо поработал над твоим счастливым видом? Может поделишься с ним.
— Твой едкий голосок выдает зависть, Ирочка, — с милой улыбкой проговорила девушка. — Но мне приятно, что даже такая ядовитая модель как ты, заметила мой счастливый вид.
Янковская неожиданно поперхнулась.
— Как она ее, — Ануш подкралась и с усмешкой кивнула в сторону распорядителя. — Так надо многих гадюк мочить.
— Это да, — соглашаюсь с куратором и оглядываюсь.
Все девочки собрались здесь. Регина разговаривает с кураторами Беловой и Ловкач. Милка шушукается с Янковской. Юлианна с двумя оставшимися конкурсантками моделями мило болтает и смеется. Среди этих девушек только две гадюки. Одна опасная и немного влиятельная модель Янковская, а вторая ее протеже Милка. Ягодки одного поля.
— Гадюк ищешь? — заметила мои оценивающие взгляды куратор.
— Среди девушек только двое, — тихо отвечаю я. — Но это только мое мнение.
Поспешила смягчить свою резкость слов. Но куратора не обидела моя резкость в словах. Ей иногда даже нравилась моя прямолинейность. Хоть не всегда ценила мое сочувствие к другим. Или тем более мою совесть.
И над этим Ануш сказала, она собирается работать со мной. Оставаться хорошим человеком, но не позволять другим пользоваться этим. А еще она объяснила, что нужно иметь чутье на вшивых людей. Которые ловко скрывают свою вшивость.
На мое самоуверенное высказывание, что я умею находить змей. Куратор только фыркнула. Вот и сейчас она фыркнула и замахала головой.
— Наивная ты еще. Молодая, — со смешком ответила Ануш. — Но это поправимо.
— О чем это вы? — раздраженно спросила я.
Меня начинает бесить, что все уверены в моей слепоте. Кого я не вижу? Про кого Матвей сказал, что я обманулась в прошлом.
— Удачи тебе, Малахит. Я вижу тебя в своей команде, — Ануш потрепала меня по голове и ласково улыбнулась. — Ты должна победить.
— Полгода назад мне так не казалось, — хмуро ответила я. — Я думала, что вы мной недовольны. Из-за желания защитить ту девушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне ведь нужно было тебя мотивировать не сдаваться. Иногда приходиться быть чуточку жестче, чтобы перспективный смог сделать свой шаг. И мне до сих пор неприятно вспоминать твое состояния во время гормонов, — Ануш поджала губы, словно эти воспоминания даже не нуждаются в гласности. Но потом она расслабленно пожала плечами. — Но с другой стороны, эта ситуация с Лидией доказала мне, что ты действительно хочешь быть моделью.
И мне эта история тоже многое объяснила.
И многое я теперь хочу изменить в себе.
Но теперь я готова вступить в выбранный мною путь. Идти до конца. А еще я хочу перестать сжигать за собой мосты. Нельзя начинать жизнь с нового листа постоянно. Нужно научиться жить с испачканным листом, и продолжать оставаться счастливой.
Сложное, но выполнимая цель на этот год.
— Вы уже знаете результаты?
— Нет. Но я видела фотографии, — Ануш положила руку мне на плечо и немного сжала. — Мне пора.
Куратор взмахнула своими длинными темными волосами и отправилась к жюри. Туда же отправились и остальные кураторы. Остались только мы. Участницы. Мы выстроились как на физкультуре в линейку, только не по росту.
Милка косилась на нас и недобро улыбалась. На мне она задержала взгляд и послала губами воздушный поцелуй.
Фу-у!
Так мерзко получать знаки внимания от змеиного народа.
И что-то меня выдало, раз Милка заржала. Девочки покосились на нее, но тут же отвернулись. Все ждали результатов.
— Праздники прошли, надеюсь, как и у меня, хорошо, — Ольга с улыбкой осмотрела нас, держа в руках позолоченный лист. Позади девушки стояли несколько операторов, которые впервые снимали в открытую. До этого они старались не попадаться нам на глаза. Видимо теперь уровень поднялся и что-то из съемок сразу отправится в просторы интернета. — У меня вот хорошо, а у вас?
Кто-то из наших захихикал. Милка как-то глумливо улыбнулась. Юлианна еще больше запаниковала. И только Регина оставалась серьезной. Девушка не улыбнулась на шутку, более того, она нахмурилась, увидев операторов.
Это мало кому понравится. Особенно если сейчас они при помощи проектора вывесят наши обнаженные фотографии. С другой стороны такие фото приведут больше трафика. Но печальнее всего то, что возразить никто из нас не сможет. Перед началом конкурса мы все подписали разрешение на использование наших кадров. В любых целях.
То есть никто из нас и слова против не скажет, даже если нашу обнаженную грудь увидят остальные.
Такова участь модели. Наше тело продает товар. Привлекает людей. Это искусство совместное с мастерством фотографа. Но мало кто видит в этом творчество. Особенно если изображено больше голого тела, чем привыкли видеть на рекламных билдбордах.
Только почему-то раньше обнаженное тело вызывало восхищение, а сейчас это именует пошлостью. Не задумываясь о красоте. Люди привыкли обвинять других в распутстве и зажимать других в рамки. Тем самым не позволяя себе расширить свой же горизонт и увидеть красоту в мелочах. Возможно это произошло из-за внедрения стандартов красоты, ума, статуса. Мы измеряем друг друга по линейке стандартов, не замечая уникальность.
Или же, общество сделало несколько шагов назад, а не вперед. Хоть и развитие цивилизации обещает развитие. Но оно проникает не во все.
— Сегодня мне позволено назвать тех, кто получит призы за первые три места. Второе и третье место получат качественное портфолио и рекомендацию. А первое место двухчасовой урок со своим куратором. Такой же, какой получила Ксения за победу в фэшн съемке.
— Лучше бы ей снова не побеждать, — громким шепотом проговорила Милка. Чтобы услышала я? Или другие? — А трое остальных?
— Пусть радуются, что их не выгнали, — грубовато ответила блондинка.
Милка смутилась, а девчонки улыбнулись. Да уж, модельный бизнес за призмой красоты и изящества скрывает стаю беспощадных гадюк. С милой улыбкой многие способны воткнуть шпильку в ногу.
