Она выдержала его взгляд, затем аккуратно высвободила руку.
— Тогда зачем ты занимался со мной любовью? Если ты не уверен, тогда зачем…
— Я не знаю. Извини. Мне не следовало.
— Тебе не следовало, — эхом отозвалась она и отвела взгляд. — Тебе следовало оставить меня одну. Оставь нас одних, Сэм, как прежде. Ты не должен был ко мне прикасаться, если не хотел меня.
— Я хотел тебя, — произнес он, слова слетали с его уст против воли.
Она повернулась к нему, ее взгляд был полон страдания.
— Есть разница между желанием обладать моим телом и желанием проводить со мной бессонные ночи, быть со мной, когда у меня колики, утренняя тошнота или родовые схватки. Желанием быть со мной, когда я стану старой и седой. Желанием быть рядом и в горе, и в радости, держать меня за руку… Вот что значит хотеть меня. А не быстрый случайный секс.
— Это было нечто большее, — резко возразил он.
— Насколько большее, Сэм?
Он сглотнул и отвернулся. Поднявшись, он засунул руки в задние карманы брюк.
— Насколько, Сэм? — повторила она.
Он повернулся к ней. В его глазах плескалась боль.
— Извини, Эмелия. Мне жаль, но я не смогу сказать тебе то, что ты хочешь услышать.
— Итак, я остаюсь или ухожу?
Долгое время он молчал, и она испугалась.
— Остаться, — попросил он. — Если чувствуешь, что сможешь. И я поддержу тебя и ребенка, оплачу ваши расходы, открою для тебя отдельный счет в банке, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Я куплю все необходимое. Когда будешь готова, поговорим о детской. А тем временем я буду делать все, что тебе потребуется.
Отличные слова. Правильные, искренние.
Единственная проблема в том, что Эмелия желала получить то, чего Сэм не мог ей дать.
Она хотела получить его самого.
Следующие несколько дней Эмелия зализывала раны.
Она чувствовала себя уставшей и вялой. Энтузиазм, который она испытывала после окончания работы в саду, испарился от осознания того, что Сэм никогда не позволит себе ее полюбить.
Она слонялась по дому, отдыхала больше обычного, размышляла о ребенке и составляла список того, что ему потребуется. Сэм отдал Эмелии переносной компьютер, поэтому она могла выходить в Интернет.
В один из дней, возвращаясь домой после очередного занятия в дородовом классе, Сэм и Эмелия разговорились о покупке мебели для детской.
— Мы должны задуматься об этом, — сказала она. — Дата родов приближается…
Ей показалось, что он крепче сжал пальцами руль. Она могла его понять, ибо сама паниковала.
— Хочешь, поедем в магазин завтра? — предложил Сэм.
— Ты сможешь? Как насчет строителей?
— Я смогу улизнуть.
* * *
Дейзи осталась под присмотром строителей; Сэм и Эмелия отправились в магазины розничной торговли, где провели несколько часов.
Выбор был огромным. Эмелии он показался озадачивающим. Столько всяких вещей, и все страшно дорогое. Помня об Алисе, Эмелия старалась сократить список желаемых покупок до минимума. Но после часа, который они провели, осматривая различные детские коляски, Сэм остановился.
— Что тебе нравится больше всего? — спросил он. — Что тебе понравилось из того, что мы видели?
Подумав, она указала на коляску:
— Она кажется качественной и легкой в управлении. Достаточно легкая для подъема…
— Так в чем проблема? Тебе не нравится цвет?
Она тихонько рассмеялась:
— Мне не нравится цена.
— Не смотри на цену. Смотри на характеристики — безопасность и легкость в управлении. Это главное.
Накупив кучу вещей, они заказали доставку на дом, потом отправились в отдел одежды, потом в отдел игрушек, и так далее и так далее.
К половине четвертого Эмелия выбилась из сил.
— Мне нужно отдохнуть, — сказала она, и он, поджав губы, нахмурился и оглядел ее с головы до ног.
— Почему мне ничего не сказала?
— Я сказала. Только что.
— Ты выглядишь измотанной.
— Усталость навалилась внезапно.
— Оставайся здесь, я пригоню машину, — резко бросил он.
Домой они добрались достаточно быстро. Дейзи встретила их у коттеджа Эмелии.
— Тебе нужно поспать.
— Вообще-то я чувствую себя отлично. Я подумала, может, мы посидим тут и поговорим о том, что нужно еще купить, полазаем по Интернету и попьем чаю?
Он пытливо посмотрел на нее:
— Ладно. Я должен проверить работу строителей и покормить Дейзи. И до определенного часа мне нужно заказать еще еды, иначе ее не доставят завтра. Я пойду, а ты подумай. Когда будешь готова, мы посидим в розарии, поговорим и попьем чаю.
Эмелию охватила дрожь. Они часами сидели вместе в розарии. Именно там она начала влюбляться в Сэма. Ее переполняло желание оказаться там с ним снова, в окружении аромата роз и пения птиц.
— Ладно. Иди, а я зайду за тобой немного позже.
Кивнув, он удалился, а Эмелия прошла в свой маленький дом, закрыла дверь и прислонилась к ней. Она солгала. Ну, немножечко. Она чувствовала себя отлично раньше, но теперь была эмоционально истощена. Трудно делать покупки с Сэмом, словно они обычная семейная пара, готовящаяся к рождению первенца.
Но они не были обычной парой и никогда ею не будут. Эмелия отчетливо видела ту пропасть, которая отделяет ее от Сэма. Теперь она задавалась вопросом: удастся ли ей жить в такой близости от Сэма, любить его, желать его, нуждаться в нем и знать, что он тоже хочет ее и нуждается в ней, но отказывается ее любить?
И никому из них не удастся разорвать нить, связавшую их судьбы.
Опустившись на диван, Эмелия обнял? подушку, которая казалась такой приятной и манящей, и закрыла глаза. Она неподвижно лежала минут десять, собираясь с мыслями, потом уснула.
Глава 9
Эмелия лежала на диване, на боку, положив руку под голову. Сэм на секунду остановился у окна, внимательно смотря на нее.
Он думал над ее словами. Он хотел быть рядом с ней. Но принять решение ему было трудно. Закрыв глаза, он прислонился лбом к оконному стеклу. Переспав с Эмелией, он совершил огромную ошибку. Но он совершил бы ее снова — лишь для того, чтобы сохранить воспоминания об Эмелии, которые преследовали его днем и ночью…
Он тихонько постучал в оконное стекло, и Эмелия открыла глаза и попыталась сесть. Она была сонной, и Сэм пожалел о том, что разбудил ее.
— Заходи, дверь не заперта, — сказала она, и он вошел, задержавшись на пороге.
— Извини, я не знал, что ты спишь. Строители ушли, и я приготовил чай. Я искал тебя.
— Снова обо мне беспокоишься, Сэм? — Она тряхнула головой и одарила его улыбкой, от которой в груди у него сжалось. — Не нужно.
