Тигр отпрянул от захлеста волны, брезгливо отряхнул с подмоченных лап налипший песок. Кир-Кор обвел взглядом ямки тигриных следов, нахмурился. Он впервые подумал, что земляне, мало надеясь на защитные функции экзархатов, боятся, по-видимому, не зря. "Их МАКОД - жалкая дырявая плотина". - "А не проделал ли ты сегодня в этой плотине еще одну большую дыру?" - обеспокоился внутренний голос. "Очень возможно, - ответил Кир-Кор, сжав зубы. - И может быть - самую большую..."
Море еще оставалось пасмурно-серым, а в зоне пляжа неестественно быстро светало: откуда-то струился золотисто-розовый свет. Он поднял голову-узнать откуда. Румянец зари ярко выкрасил вознесенную над островом фигуру крылатой женщины; огромные золотые крылья развертывались вширь, отражая свет вниз, в ущелья, а руки, прежде печально дремавшие на груди, были протянуты в этот час навстречу верхним лучам скрытого пока за горизонтом солнца. Ночь кончилась... Легкий бриз нарушил тяжкую недвижность воздуха. Кир-Кор направился к зверю. Тигр порычал для порядка и отступил под защиту камней затененной гряды. Совершенно не осторожничая, Кир-Кор приблизился к нему на расстояние, которое тигр мог одолеть коротким прыжком, остановился.
- Уж слишком Ты, приятель, матерый...
Готовности прыгнуть хищник не проявлял. Лег на брюхо, вытянул передние лапы. Зеленоватые зрачки рыжих глаз внимательно следили за действиями незнакомого человека. Хвост свой рыжеглазый субъект, правда, держал пока в напряжении. И совершенно напрасно. Кир-Кор уже понял, что зверь не опасен. Это был крупный, старый самец, вконец обленившийся за решеткой вольера, избалованный вниманием людей. Боец из него, разумеется, никакой. Правда, утренний голод все же причинял ему известное беспокойство (сытый зверь не стал бы вынюхивать в пене прибоя мелкую живность). Кир-Кор сел на корточки и, глядя в рыжие глаза, спросил вполголоса:
- Ну что, усатая морда? Что мне теперь с тобой делать, а?..
Хвост зверя обмяк, зеленоватые зрачки шевельнулись: влево, вниз, вправо. Тигры не выдерживают прямой взгляд человека.
- И откуда ты свалился на мою голову? Вернее - зачем?.. Ведь ты здесь функционеров МАКОДа заиками сделаешь.
Зверь с тихим стоном приоткрыл пасть, окантованную белой шерстью, и было видно, как он старается подавить неуместный в этой ситуации зевок.
- Еще до того, как ты успеешь открыть пасть пошире, боевики МАКОДа маракас! - продырявят твою драгоценную шкуру в очень многих местах.
Тигр выпустил и спрятал когти.
- Не поможет. - Кир-Кор покачал головой. - Вот что, приятель... Давай-ка, на всякий случай, я тебя усыплю. Согласен?
Тигр уткнул морду в передние лапы. Очень мощные лапы. Одним ударом быка убить можно.
- Молодчина, - похвалил Кир-Кор. - Быстро соображаешь. Это совсем не больно, - успокаивал он зверя, сосредоточиваясь. - Даже наоборот. Голод терзать не будет. Глубокий покой до самого вечера...
Усыпляя не очень-то склонного спать натощак пациента, он поглядывал в сторону моря. Ему казалось, будто время от времени он ощущает ослабленный аурический зов... Это его отвлекало.
Зверь уснул. Кир-Кор вышел на мокрый песок, остановился у самой границы наката и минуту спустя увидел, как первые лучи солнца алым золотом воспламенили парус только что обогнувшего восточные буруны спортивного судна. Он сразу понял, что это "Алмаз". Еще до того, как успел определить тип суденышка и разглядеть на палубе стройную фигурку в матросском костюме.
- Клянусь Театральным и прочими островами всех земных океанов, это "Алмаз"!
- Кири-и-ил! - звала рассветная даль. - Кири-и-ил!
Катамаран приближался к берегу не снижая скорости.
- Эй, шкипер, побереги кили! - крикнул Кир-Кор, предупредительно вскинув над головой скрещенные руки.
Ни крик, ни тревожные жесты не отрезвили беспечного шкипера. "О, небо! - изумился Кир-Кор. - Что она делает?!"
- Право руля! - рявкнул он в последний момент. Сдвоенный корпус "Алмаза" круто взял вправо. Но уже было поздно: суденышко на повороте с ходу врезалось в донный песок. И прежде, чем над канатами релинга замелькали, кувыркаясь в воздухе, фигура в белой матроске, белые туфли и спикард в белом чехле, Кир-Кор ощутил ногами сопротивление воды, не успевающей раздвигаться под его бешеными ступнями. Сквозь шум в голове слух уловил сдавленный вопль.
На месте аварии глубина была не больше метра, однако накаты волн вносили свои коррективы - вода подступала к груди.
- Кирилл... прости меня, Кирилл! - шептала Марсана, задыхаясь в его мокром объятии. - Иначе я не могла... Я должна была попытаться увидеть тебя!..
Он вынес ее на берег. Марсана машинальными движениями рук пригладила свои намокшие волосы и смахнула капли с лица. Она смотрела ему в глаза очень внимательно и откровенно.
Поцелуй был глубокий, медленный, жаркий. Все, вокруг поплыло куда-то, сроки теряли значение. Реальность мира грозила иссякнуть.
- Кир...
- Молчи.
- Люблю тебя.
- Молчи. Не говори ничего.
- Я с ума сойду!..
- Я с тобой уже обезумел.
- Больше ни слова. О небо...
Они опомнились, когда над их головами закричали первые чайки.
- Это что за планета? - спросила она.
- Издеваешься, да?
- Нет. - Она зачерпнула горсть песка, просыпала его сквозь пальцы. Вздохнула. - У меня ощущение... ну, такое, будто я сейчас... будто нет у меня моей планеты.
Теперь уже он внимательно посмотрел на нее. И краем глаза уловил какое-то движение в тени под "тигровой" грядой. "Маракас, я ведь совсем забыл про усатого!.."
Зверь сменил позу: вытянув лапы, распластался на левом боку. Светлое брюхо стало почти незаметным на светлом песке.
Он надеялся, что взгляд Марсаны скользнет мимо. Да не тут-то было.
- Мама моя!.. - Рука ее дрогнула. - Неужели там тигр?!
- Не надо бояться, он спит. И спит очень крепко. Разбудить его невозможно. Разве что к вечеру...
- А откуда... зачем он спит здесь?!
- Так вышло. Бедняга... В этом он абсолютно не виноват. Дырявые тут зоопарки...
- Впервые слышу о зоопарке на Театральной. Хотя... все может быть. Как давно я тут не была!..
- Все может быть... что бывает.
- Очень глубокая мысль!.. - Она рассмеялась. Тихо и (ему показалось) с опаской.
- Смейся и говори в полный голос. Разбудить зверя тебе не удастся. Даже если ты станешь таскать его по всему пляжу за хвост.
- Не стану, - тихо сказала она. - Поцелуй меня...
Пронзительно кричали чайки. Шалая волна тяжко бухнулась в плотный от влаги песок. Накат принес Марсане упакованный в белую пену презент - белую туфлю с левой ноги.
- Дар Нептуна, - отметил Кир-Кор.
- Дар бесполезный... А может, вторая на палубе?
- Вряд ли. Я видел ее свободный полет на канатами релинга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
