Читаем без скачивания Как люди открывали свою землю - Анатолий Томилин

Но время колониального режима минуло. Одно за другим молодые африканские государства стряхивают с себя остатки иноземного господства и выбирают свой справедливый путь развития. Никогда больше не вернется прошлое на земли Африки.

Глава пятая. Как открывали Америку

Кто из жителей старого света первым открыл новый свет

Всем известно, что открыл Америку адмирал Христофор Колумб — великий мореплаватель, первым из европейцев приплывший сюда в 1492 году. Так принято говорить.

На самом же деле история открытия Нового Света вовсе не такая простая. Началась она задолго до рождения славного адмирала, а закончилась через много лет после его смерти.

Помните, мы говорили, что в древности мудрецы делили сушу на три части — Европу, Азию и Ливию, или Африку. Другим континентам быть на Земле не полагалось. А вот неизвестные острова существовать могли.

Великий древнегреческий философ Платон рассказывал о замечательном государстве Атлантиде, погибшем от землетрясения много веков назад. Располагалась Атлантида, по словам Платона, на большом острове перед Столбами Геракла, то есть в Атлантическом океане. «Остров тот был, — писал философ, — больше Ливии и Азии, взятых вместе, и от него открывался плавателям доступ к прочим островам, а от тех островов ко всему противолежащему, которым ограничивался тот истинный понт (море)…

На этом Атлантидском острове сложилась великая и грозная держава царей, власть которых простиралась на весь остров, на многие иные острова и на некоторые части материка. Кроме того, они и на здешней стороне владели Ливией до Египта и Европой до Тиррении».

Тирренией Платон называл северо-западную область древней Италии — по имени жителей, населявших те земли.

Островная «Атлантида» в Средиземном море (ученые называют ее Минойской морской державой) уже за много веков до начала нашей эры располагала мощным флотом. И почему бы не предположить, что отдельные корабли атлантов-минойцев, то ли по своей охоте, то ли унесенные бурей, пересекали Атлантический океан и добирались до Нового Света?.. А некоторые, возможно, и возвращались обратно. Не зря во время научных раскопок в Центральной Америке археологи время от времени находят различные вещицы, сделанные в Древней Греции или в Риме. А на побережье современной Венесуэлы нашли даже целый глиняный кувшин с кладом римских монет IV века нашей эры. Кувшин был зарыт глубоко в песок у самой кромки прибоя. Может быть, принадлежал он купцу-европейцу, потерпевшему крушение у незнакомых берегов?

А однажды — началась эта история в 1956 году — несколько археологов, изучающих очень древнюю культуру охотников-собирателей на южном побережье современного Эквадора, наткнулись на странные обломки глиняной посуды. У охотников-собирателей никакой керамики быть еще не могло. Как же появились здесь эти черепки?

Потом рабочий-индеец выкопал из земли и целый сосуд. Это был красный глиняный кувшин с высокой угловатой ручкой, покрытой затейливой резьбой. Такие кувшины делали только в Японии. Но разве мог сосуд из Японии сам приплыть по Тихому океану в Южную Америку? Конечно нет! И вот к каким выводам пришли американские исследователи.

Давно-давно, примерно пять тысяч лет назад, и на побережье Японии и на побережье Эквадора жили небольшие группы людей, которые добывали себе пропитание, собирая различные растения, моллюсков, охотясь на мелких животных. И у тех и у других был примерно одинаковый культурный уровень. Но жители японских островов, как и все островитяне, умели делать лодки из цельных долбленых стволов деревьев. Они выходили на них в море и ловили рыбу. Это было немалым подспорьем в скудном рационе. Кроме того, они умели делать глиняную посуду. Жители же Эквадора обладали другими навыками, а вот посуду делать не умели вовсе.

Осенью, в октябре, у берегов Японии с давних пор свирепствуют тайфуны. Каждую лодку, угнанную ураганным ветром, в открытом океане тут же подхватывает мощное течение. Неделю за неделей могут они нести на себе лодки, перемещая их за сутки на двадцать — тридцать миль. Те рыбаки, которые выдерживали многомесячный дрейф, попадали на берега далеко отстоящей от них Южной Америки. Они-то и могли научить предков индейцев изготавливать посуду.

Однако большинство мореплавателей Старого Света, волею судьбы заброшенных на чужой континент, не влияли на своеобразную индейскую культуру.

Первые испанские завоеватели видели у местных жителей большие бальсовые плоты для дальних морских путешествий. А плавание Тура Хейердала на подобном плоту — «Кон-Тики» — доказало возможность древних визитов как из Полинезии в Южную Америку, так и в обратном направлении. Поэтому строго определить, кто из жителей Старого Света первым открыл берега Американского континента, невозможно. Но такие путешественники были. Их визиты остались в памяти людей в виде сказок и легенд, наполнив океаны, разделяющие материки, «островами блаженства и счастья».

О чем рассказывают исландские саги

Помните, я говорил про норманнов — жителей суровой и скалистой Скандинавии, промышлявших в основном морским разбоем. Эти смелые люди открыли неизвестную страну Снееланд, или Исландию. Покорили многие прибрежные государства Европы.

Однажды — случилось это где-то в начале X века — викинга по имени Гуннбьёрн, сына Ульва Вороны, ветер и волны во время бури отнесли далеко на запад в море. Там он открыл Гуннбьёрновы Островки. Но это было не главным. С палубы своего корабля — дракара викинг видел далеко на севере высокие снеговые вершины гор. Значит, там лежала Большая Земля. Гуннбьёрн не стал к ней пробиваться, а повернул обратно.

Дома он рассказал о том, что видел.

«…Жил человек по имени Торвальд. Он был сыном Асвальда, сына Ульва, сына Бычьего Торира. Торвальд и его сын Эйрик Рыжий покинули Ядр из-за убийств, совершенных ими в распре, и уехали в Исландию… Там Торвальд умер, Эйрик женился на Тьодхильд… Сына Эйрика и Тьодхильд звали Лейв». Так начинается знаменитая исландская «Сага о гренландцах».

Слово «сага» в исландском языке происходит от слова «сказать» или «рассказывать». В большинстве случаев в этих историях речь идет о тех, кто жил в «век саг» в какой-нибудь определенной местности в Исландии.

Конечно, здесь немало и выдумок. Но в основе каждой саги скорее всего лежит реальность.

Одна из саг посвящена Эйрику Рыжему. Снарядив корабль, он сказал всем, что хочет искать ту страну, которую видел Гуннбьёрн, сын Вороны… «Он нашел страну, которую искал, и подошел к земле у ледника, который он назвал Средним… Он назвал страну, которую открыл, Гренландией (Зеленой страной), ибо считал, что людям скорее захочется поехать в страну, если у нее будет хорошее название».

Гренландия — самый большой остров на земном шаре, покрытый мощным ледяным панцирем. Только на юго-западе лед немного отступает от берегов, и тогда здесь летом среди карликового березового криволесья зеленеет такая яркая луговая трава, что, может быть, именно из-за нее и назвали первооткрыватели остров Зеленой страной — Гренландией. Сюда, на юг острова, и привел Эйрик Рыжий первых поселенцев.

Приехавшие разводили коз и овец, коров, охотились, ловили рыбу и промышляли морского зверя. Накопив скудные товары — масло и солонину, шерсть, ворвань, тюленьи шкуры и охотничьих соколов, — колонисты ждали редкие корабли. А нужда была во всем. Требовались лес и железо, хлеб, соль и овощи. Понятно, что в поисках леса и топлива исландские и гренландские норманны не раз направляли свои корабли дальше на запад.

Так однажды Лейв, сын Эйрика Рыжего, набрал людей и, решив во что бы то ни стало отыскать земли, о которых велось так много разговоров, вышел в море.

Долго блуждали они среди островов и островков, покрытых бесплодным песком и скалами, пока не наткнулись на остров, весь заросший зеленой травой, на которой лежала сладкая роса.

Лейв направил корабль сначала в пролив между островом и мысом, завел его в реку, а потом в большое озеро. Здесь мореплаватели бросили якорь и снесли свои спальные мешки на землю. Там они построили себе землянки, а потом и большие крепкие дома и решили зазимовать. «И в реке и в озере водилось вдоволь лосося, да такого крупного, какого они раньше и не видывали. Край был столь благодатный, как они скоро увидели, что даже не надо было запасать корм скоту: морозов зимой не бывало, и трава почти не увядала. Дни здесь не так различались по длине, как в Гренландии или Исландии. В самое темное время года солнце стояло в небе в четверть дня после полудня и за четверть дня до него».