эмоциями в последнее время справляюсь трудно, но я должна быть сильно, ради своих двойняшек.
Глава 19
Маргарита
Все последующие рабочие дни в отеле протекали монотонно. Возвращается Игорь Владимирович из командировки, и секретарь выходит с больничного. Моя работа снова входит с свое привычное русло, целыми днями я составляю небольшие графики и таблицы, иногда на совещаниях презентую их коллегам. Матвей больше не распускал руки, не пытался меня обнять, поцеловать. И вообще вел себя со мной по-деловому, как с обычной подчиненной. И от этого мне становилось просто невыносимо. Только его горячий взгляд при каждой нашей встречи прожигал меня насквозь, и я таяла, как восковая свеча.
Как-то после обеда я вышла прогуляться по гостинице, чтобы немного размять ноги. Сегодняшний рабочий день был насыщенным и интенсивным. Игорь Владимирович дал мне множество задач, которые требовали немедленного выполнения. Я работала без перерыва, стараясь успеть все в срок. Но уже к обеду я поняла, что это невозможно. Я пыталась сосредоточиться на работе, но мои мысли постоянно возвращались к тому, как же я устала. Да и ночь у меня сегодня была бессонная — Марк ни в какую не хотел засыпать. И вот, я сама не заметила, как ноги привели меня в оранжерею. Я еще ни разу сюда не добиралась.
Боже какая красота! Просторное помещение с высокими потолками и огромными окнами залито естественным светом, благодаря чему растения в оранжерее выглядят особенно живописно. А сколько здесь различных видов тропических деревьев, кустарников и цветов, и экзотических орхидей, пальм, кактусов. Все они тщательно подобраны и ухожены, благодаря чему оранжерея выглядит как настоящий ботанический сад. Вот Алинка постаралась!
Я шла по мягкой тропинке между двух прудов. А какой, до боли знакомый, запах, и с каждым моим шагом, он становился всё ярче и ярче. И тут прямо передо мной возникла целая клумба красивых сине-фиолетовых цветов. Вокруг неё стояло несколько удобных диванчиков. А на одном из них сидел Матвей. Он был без пиджака, в полу расстёгнутой рубашке, в подкатанных штанах, совсем, как в тот день, когда мы принадлежали только друг другу.
— Привет, прости что побеспокоила. — Сказала я, когда он поднял голову и посмотрел на меня. — Не думала, что здесь кто-то еще есть.
— Ничего, если хочешь присаживайся. Я всегда сюда прихожу во время обеда, чтобы немножко отдохнуть, сделать перерыв. И он хлопает рукой по диванчику рядом с собой.
Я подхожу к нему совсем близко, каблуки застревают в мягкой тропинке, что приходится их снять.
— Здесь так хорошо! — Говорю я и присаживаюсь рядом. — Поистине райское место с атмосферой спокойствия и умиротворения.
— Тайное место твоего брата и его жены. — Заговорщически говорит Матвей и улыбается. — Они создали его для своих тайных свиданий.
— А ты откуда знаешь? Они тебе рассказали? — Спрашиваю я, немного краснея.
— Нет, конечно, управляющий, он обо всём в курсе.
Мы молча сидим на диванчике, вдыхаем аромат лаванды, и мысли меня уносят снова в тот день. Неужели так бывает, что всего один день полностью переворачивает жизнь с ног на голову, и отпечатывается в памяти надолго. Я до сих пор помню все события того дня в мельчайших подробностях. Интересно, а Матвей когда-нибудь о нём вспоминает? Обручальное кольцо на его пальце так и не появилось. И за все время работы я не слышала ничего про его жену или невесту. Уж, Игорь Владимирович да упомянул бы об этом. А что, если та девушка в отеле мне наврала, такое же может быть. Наверное, может, но она была очень убедительна.
Как же мне хочется рассказать ему про наших детей. Интересно, он меня на месте прибьёт, или даст немного пожить. Нет, я ему ничего не расскажу, не хочу рушить его семью, если такая есть. А мы с малышами как-нибудь справимся сами. Слышу, как Матвей тяжело вздыхает и поворачиваюсь к нему. Он сидит с закрытыми глазами откинувшись на спинку дивана.
— Матвей, с тобой всё в порядке? — Взволнованно спрашиваю я. — Ты какой-то бледный.
— Да, всё хорошо. — Откликается он, не открывая глаз. — Просто решил немножко вздремнуть. Всю ночь работал.
Ну, конечно, работал он. — Думаю я про себя. — Никогда не видела, чтобы такие богатые люди, как Матвей, ночью работали. Наверное, с невестой своей всю ночь кувыркался. И от своих же мыслей я покрываюсь пунцовым румянцем. Но все равно, очень странно, что я не видела эту Кристину здесь в отеле. Насколько мне известно, Матвей живет здесь, где-то в пентхаусе на последнем этаже. Может, она на очередном показе? Но, чет возьми, Артем с Алиной бы точно знали о ней! И червячок сомнений в правдивости слов той девушки поселился в моей голове.
Тут у Матвея звонит телефон, он поднимает трубку и говорит:
— Да, Игорь, уже иду. Да, я вызывал её к себе, она здесь. Мне нужны были данные по последним отчетам.
— По-моему, Игорь нас с тобой потерял, нам пора идти. — Отвечает Матвей, поднимаясь с дивана и потягиваясь. — Не удалось мне сегодня поспать.
— Ой, что же он теперь подумает про меня? — Вдруг вслух говорю я. — Что я во время работы гуляю со своим начальником.
Ничего он не подумает, мы же с тобой только по работе общаемся. Или у тебя есть на меня какие-то свои планы, о которых я еще не в курсе? — Смеется Матвей, а я краснею еще сильнее.
Мы встаём и нечаянно задеваем плечами друг друга. И моё тело пронзает сильный электрический заряд. Что же это такое за наваждение? Почему я не могу даже спокойно пройти рядом с ним. Почему моё тело так реагирует на близость Матвея?
Я иду следом за Матвеем по узкой травянистой тропинке, и тут мой каблук зацепляется за что-то. В следующую секунду я чувствую, что вот-вот упаду, и пытаюсь удержать равновесие. От падения меня удерживают сильные руки Матвея, в последний момент он успевает схватить меня за талию и резко притягивает к себе. Мы стоим с ним совсем близко, я ощущаю его дыхание на своей щеке. Мы смотрим друг на друга, и в какой-то момент наши губы встречаются. Это был взрыв эмоций, буря чувств, которая поглотила нас обоих целиком и полностью. В этот момент весь мир остановился, и остались только мы вдвоем. Прикосновения его губ так нежны и трепетны, словно крылья бабочки. Они скользят по поверхности моей кожи, вызывая мурашки по всему телу. Каждое движение губ его сопровождается глубоким вздохом, который звучит как стон
