тяжело освобождать для отдыха целые выходные. Работы столько, что с понедельника придётся туго, буду работать, не поднимая головы. — он усмехнулся. — но наша встреча того стоит! До завтра, Мышка. — и он отключился.
Я продолжала сидеть с телефоном в руке и задумчиво смотреть в окно. За которым крупными хлопьями сыпал снег. Как же я люблю это время года! Особенно, когда зима снежная. Вот так проснёшься утром, надо собираться на работу, перед этим бежать в детский сад с ребёнком наперевес. За окном тьма непроглядная. Но, проходя мимо него, за стеклом заметишь какое-то движение. Отодвинешь штору, вглядишься во тьму, а там, на фоне одиноко стоящих фонарей идёт снег. И как-то радостно делается. Как в детстве. Скоро Новый год — время чудес и исполнения желаний. И вроде выросла уже давно, у самой ребёнок появился, а всё ещё верю в чудо. И моё собственное чудо случится завтра. Целые сутки я проведу вдвоём с Морем.
Утром я проснулась в приподнятом настроении. Через пару часов за мной заедет Море, и мы, как когда-то, будем наслаждаться каждым мгновением, проведённым вместе, вдали от всех. Я снова буду представлять, обманывая себя, что нашей реальной жизни не существует. Что есть только он и я. Конечно, тем больнее будет возвращаться в воскресенье в вязкую холодную реальность. Но об этом сегодня я даже не хочу думать. Об этом я подумаю завтра.
Я размеренно собирала вещи, гадая, какие из них мне понадобятся на выходных. Решила, что надену белый свитер крупной вязки и узкие джинсы с завышенной талией. А также возьму с собой два комплекта нижнего белья и махровый халат, чтобы в нём пробежать от чана с водой до дома. Подумала, что набирать вещи, когда мы едем всего на сутки, очень глупо.
Слегка подкрасив брови и ресницы, расчесала до блеска ещё влажные после душа волосы. В последний раз взглянув на своё отражение в зеркале, я осталась довольна своим видом. Но я могла сегодня совершенно не краситься. На моём лице и так выделялись ярко блестящие глаза. Поистине, женщине очень идёт влюблённость.
За окном уже было не так темно, как когда прозвенел мой будильник, но небо было хмурым. Очевидно, ожидался снег. Я надеялась, что не будет метели, и мы благополучно доберёмся до нашего временного пристанища.
Есть мне совсем не хотелось, на редкость и кофе меня сегодня не привлекал. Я посмотрела на часы на стене, ровно девять.
На телефон пришло сообщение. Море написал, что я могу спускаться, он уже ждёт под домом. Я в очередной раз поразилась его пунктуальности. Он очень не любил опаздывать и когда опаздывают другие. Благо, я сегодня встала пораньше и уже была готова. Подхватив спортивную сумку с вещами, в последний раз оглядев квартиру, я выключила свет и закрыла за собой входную дверь.
Спускаясь в лифте к моему Морю, я набрала сообщение Ветру, на случай, если у него появится время и он захочет прийти ко мне, зная, что мой муж в командировке. Написала ему, что я уехала на выходные и жду его в воскресенье вечером, так как мы практически не виделись после открытия ресторана.
За дверью в парадной меня встретил крепкий мороз и срывающийся снег. Машина моего спутника была припаркована максимально близко ко входу. Сегодня он не опасался, что нас заметят, зная, что мой муж сейчас в командировке.
— Ты вовремя, я уже хотел уезжать. — пошутил Море. Он сидел в машине в толстовке и джинсах, куртка лежала на сидении сзади.
— И тогда ты потерял бы возможность насладиться нашими совместными выходными. — не растерялась я.
— Это точно! — усмехнулся он. — Ну что, поедем, пока не началась метель.
Я глядела на него, не отрываясь, пока мы ехали среди потока машин. Смотрела, словно желая запомнить его навсегда. Сфотографировать и сохранить в памяти каждую морщинку на его лице, запечатлеть каждый обращённый на меня взгляд. Я счастлива была, что встретила его тогда далёким летним днём. И не жалею ни об одной секунде, проведённой рядом с ним.
Я попрала свои принципы, когда встретила его. Безжалостно растоптала их. Сколько себя помню, никогда не допускала даже мысли об измене, не говоря уж о том, чтобы связаться с женатым мужчиной. У нас всё случилось быстро и так естественно, словно, мы тысячу лет ждали этой встречи. Сперва даже не было угрызений совести, ведь мы встретились, будто после долгой разлуки. Совесть дала о себе знать уже когда я вернулась на Родину и вновь окунулась, пусть в не любимую, но семью.
Я нашла в Море то, чего не было в муже. Душевное пламя, эмоциональный пожар — вот то, что было в нём. Надо ли говорить, что рядом с ним я чувствовала себя иначе — окрылённой, живой. Всё имело краски и запахи. Это как после просмотра черно-белого фильма включить цветной яркий анимационный фильм.
Чувства к нему нахлынули на меня с новой силой. Я больше не хотела молчать о них.
— Ты — моё Море навсегда. Знай, что ты подарил мне намного больше, чем привычное слово счастье. Ты подарил мне новый мир, более яркий, добрый, с искренним желанием жить. Спасибо тебе за ту радость, что я испытала рядом с тобой, за эту любовь. — замолчав, я подалась вперёд и прижалась лбом к его плечу, вдыхая мой любимый аромат, запах дорогого утончённого мужского одеколона и его тела. Мы медленно двигались в пробке. Он свободной ладонью нежно приподнял моё лицо за подбородок и взглянул в мои глаза своими невероятными небесно-голубыми глазами.
— Твои слова звучат как прощание. Не прощайся со мной, у нас всё только начинается. — и он легонько коснулся моего носа губами, не забывая следить за дорогой.
А в моей груди мёдом растеклось ощущение безграничного счастья.
Снег крупными хлопьями сыпал с хмурого неба. С каждой минутой видимость ухудшалась. Море крепко держался за руль, пытаясь различить хоть что-то перед собой. Машина скользила по укатанному снегу. Периодически ветер бросал нам в ветровое стекло звонко разбивающиеся льдинки.
Я была напряжена, не зная, как долго нам осталось ехать по такой непогоде. Море время от времени убирал правую руку с руля, успокаивающе пожимал моё колено и снова брался за него, умело ведя машину.
Казалось, прошла целая вечность прежде чем мы с ним свернули с основной дороги на расчищенную аллею, по обеим сторонам которой росли сосны. Здесь и снег уже не так щедро сыпал с неба, и ветер перестал терзать машину своими порывами.
