Читаем без скачивания Смертельная жажда сокровищ - Максим Шахов

– Какие могут быть дноуглубительные работы на этой Чертовой банке? Оттуда же сто миль до ближайшего судоходного пути!

– В том-то и дело, сэр. Командиру это показалось странным, к тому же судно приблизилось настолько, что существовала прямая угроза столкновения с грунтозаборниками. «Фишшедоу» в срочном порядке приостановила работы и ушла на глубину. А дальше, сэр, произошло самое ужасное. Судно задело грунтозаборником корпус сонара и всосало часть оборудования…

– Что?! – вскрикнул Раннер.

– Да, сэр. Лодка срочно выпустила «тюленей» и захватила судно.

– Черт! Захват произошел чисто? Они не успели сообщить о нападении по радио?

– Кажется, нет, сэр. Я запросил с «Фишшедоу» дополнительную информацию.

– Я понял, – Раннер покосился на часы. – Секунду, Крейтон…

По своей должности Мортон Раннер являлся заместителем директора ЦРУ и был с ним на короткой ноге. Едва директор поднял трубку прямой связи, Раннер сказал:

– Меллвил, у нас опять проблемы с «Сетью Нептуна». Мы с МакКри будем у тебя примерно через четверть часа, как только получим дополнительную информацию. Это срочно!..

Глава 79

К «Азовскому морю» Костя решил приближаться не напрямик, а противолодочным зигзагом. Во-первых, ему нужно было выдержать время декомпрессии, а во-вторых, он уже примерно представлял, кто является его вероятным противником.

Это было очень важно, поскольку нужно было выработать тактику и не оказаться застигнутым врасплох. В былые времена на бывшем советском флоте проблему боевых пловцов решали очень просто.

Если подводная лодка всплывала в море для подзарядки аккумуляторных батарей, то вахтенный матрос, дежуривший наверху в рубке, был обязан каждые полчаса расстреливать в воду рожок «АКСа» и бросать три «лимонки». Назвать такую тактику слишком эффективной было нельзя, но для мирного времени она годилась.

Оказаться недалеко от брошенной в воду «лимонки» для любого пловца вероятного противника означало мучительную смерть, так что к советским подлодкам они старались не приближаться. В данном же случае Костя опасался совсем не «лимонок». Те, кто захватил или собирался захватить «Азовское море», никаких взрывов и прочих шумовых эффектов в районе Чертовой банки просто не могли себе позволить. Они должны были работать намного чище и быстрее.

И Костя не ошибся. Он еще не успел толком отплыть от края банки, как со стороны «Азовского моря» донеслись какие-то звуки. Кудинов мигом рванул вниз. Декомпрессия, так и не начавшись, полетела ко всем чертям.

Совершая экстренное погружение, Костя примерно знал, что нужно делать. Достигнув дна, он включил фонарь, отыскал пропаханную трубой «Азовского моря» полосу и вернулся к той самой скале в виде башенки.

Верхняя часть скалы валялась на боку на дне. Внутри она была полой. Из нее выглядывали провода и какие-то ящички неброского зеленовато-серого цвета. Эта часть скалы имела такой вид, словно ее срезали с основания острейшей фрезой.

Сделало такое, конечно, не «Азовское море». Судно просто зацепило наконечником трубы скалу. Верхняя часть надежно крепилась к основанию при помощи полутора десятков болтов, равномерно расположенных по периметру.

Однако в тот момент, когда «Азовское море» задело скалу, закрученными оказались только три болта. Они не выдержали и лопнули. Остальные болты просто погнулись, когда верхнюю часть сорвало наконечником.

Основание скалы тоже было частично полым и напичкано оборудованием и проводами. Ниже среза в основании имелось два правильных отверстия – одно круглое, второе – прямоугольное. Впечатление было такое, словно кто-то аккуратно выпилил лобзиком эти части боковой поверхности скалы.

Раскуроченную «Азовским морем» скалу Костя осмотрел еще в первый раз. Не обращая внимания на странную начинку, он быстро обогнул скалу и оглянулся.

В стороне «Азовского моря» уже совсем отчетливо был виден свет. Толщу воды прорезали мощные прожекторы. Казалось, к краю банки уступом приближаются три автомобиля.

Прожектора прорезали все еще мутную воду, словно туман, на разной глубине. Расстояние между ними было одинаковым, словно вымеренным под линейку.

Костя хмыкнул и метнулся за скалу. Положив фонарь на дно, он оглянулся. Подходящих булыжников на дне не было.

Тут пловец вспомнил о начинке скалы. Подвсплыв, он перегнулся через край основания между двумя погнутыми болтами и нащупал внутри какой-то цилиндр.

Сорвав его с места, Костя опустился к фонарю и установил цилиндр прямо перед ним. Подавшись назад, он еще немного поправил фонарь и устремился к обрыву.

Прожектора быстро приближались аккуратным уступом, как будто какой-то безумец решил провести на глубине образцово-показательный строевой смотр.

Глава 80

Отправив трех человек на поиски Кости, сержант покинул фойе и переговорил с кем-то по рации. Все это время изображавший бессознательное состояние Лопухин и Гонг оставались под присмотром аквалангиста по имени Арчи.

Вернувшись, сержант продолжил прерванный допрос вьетнамца.

– Так что тут у вас произошло, Гонг?

– На нас напали русские, сэр! Они начали стрелять, мы просто защищались! Они хотели захватить судно!

– Зачем им было захватывать судно? Оно и так было в их руках. Ты что-то недоговариваешь, Гонг… Арчи!

– Я, сэр!

– Отрежь ему ухо! Нет – оба!

– Есть, сэр!

– Не надо, не надо! – в ужасе завопил вьетнамец, прикрывая голову руками. – Я, кажется, знаю, зачем они это сделали!

– Сэр… – процедил сквозь зубы сержант. – Ты забыл сказать «сэр»!

– Да, сэр!

– Ну, я тебя слушаю?

– Я просто не хотел вам говорить того, чего точно не знаю…

– Короче!

– Я кое-что слышал и думаю, что русские искали на дне золото!

– Что они искали?

– Золото, сэр! Золото затонувших кораблей! В бассейн что-то выпало, они поняли, что золото теперь у них в кармане, и решили убить нас, чтобы не оставить свидетелей!

– Золото? Здесь? – недоверчиво хмыкнул сержант.

– Я не вру, сэр, клянусь! Они искали здесь золото!

– Ладно, Гонг… Арчи!

– Я, сэр!

– Давай сюда этого банкира! Я думал, у русских и банков-то не осталось, одни медведи…

Глава 81

Нырнув за край банки, Костя тут же двинулся вдоль скалы навстречу прожекторам. Времени у него оставалось не так много, но в общем-то достаточно.

Все эти штучки с движением уступами и прочими делами он знал давно. Те, кто приближался к краю банки, об этом, похоже, не догадывались. И в темноте Костя хищно улыбнулся.

Отмахав метров тридцать, он подвсплыл к самому краю скалы и осторожно выглянул. Свет фонаря за скалой уже заметили, и в глубине происходило образцово-показательное перестроение.

Костя снова хмыкнул и проплыл вдоль скалы еще немного. К встрече с теми, кто перестраивался над Чертовой банкой, он, можно сказать, готовился всю жизнь. Именовались эти ребята «US NAVY SEALS», или «тюлени» ВМС США.

На базе «тюленей» в Калифорнии Косте побывать не довелось, но секретных фильмов, добытых оттуда советской разведкой, он насмотрелся предостаточно. Производили эти фильмы двоякое впечатление.

С одной стороны, методика подготовки калифорнийских «тюленей» была тщательно отработана, выверена практикой и давала отличные результаты. С другой, эти результаты достигались обычными для американской армии дебильными методами.

Новобранцев в буквальном смысле слова доводили до изнеможения. Их заставляли часами держать на вытянутых руках тяжеленные колоды, загоняли цепью в одних трусах в ледяную воду и поминутно ставили в упор лежа на вытянутых руках.

Придурковатые сержанты общались с подчиненными исключительно при помощи мегафонов, стоя от них на расстоянии вытянутой руки. Другие в это время швыряли в лицо и за шиворот будущим «тюленям» мокрый песок.

В общем, вся система была направлена на то, чтобы превратить человека в тупое орудие убийства. В конце концов «тюлени» становились железными монстрами, способными на очень многое, но к тому времени они окончательно утрачивали способность мыслить и принимать решения самостоятельно.

Результат этой замечательной подготовки и наблюдал Костя из-за края скалы. Передвигались «тюлени» при помощи транспортных торпед. Быстро сблизившись со старшим тройки, они получили ценные указания.

Свет двух торпед погас. Один пловец устремился в сторону от Кости, второй – к краю обрыва. Старший приказал брать скалу в кольцо.

Болванка, установленная Костей перед включенным фонарем, отбрасывала вверх характерную тень. Казалось, что кто-то что-то рассматривает за скалой, а тень отбрасывает его голова. Уловка была примитивной, тень абсолютно не двигалась, но дело даже не в этом.