С ним случилась тихая истерика, чего он никогда себе раньше не позволял. Он опирался руками на хрупкие плечи девочки, тяжело дышал и только жалко тряс головой в ответ на ее вопросы. Потом рядом оказался и Рой, почти донес его до топчана, уложил и заботливо укрыл шкурой.
Справившись с отчаянием и немного успокоившись, Лео рассказал ему все. Рой помрачнел еще сильнее, если это вообще возможно. Большие глаза Лили смотрели с безмерным удивлением и болью. Она не могла постичь сразу глубину постигшего людей несчастья. Но в том, что случившееся равнозначно трагедии, сомневаться не приходилось.
У них всех отобрали последнее. Кто они теперь? Личное стадо супера. Часть будет забита на мясо. Часть останется на развод.
Но оживающего цветка уже не увидит никто из них.
22. ОТБРАКОВКА
Суперанимал снова появился в укрытии спустя пару часов после окончания бури. Он пришел не один, и подавляющее большинство обитателей Пещеры пережили новый шок. Его сопровождала вовсе не Барбара, как можно было предположить. Вместо светловолосой шлюхи супер привел с собой Студента, который преобразился так радикально, что прежний образ Накаты был бледной тенью нынешнего. Он сиял гнусным торжеством. И хотя рядом с супером Студент все равно казался рахитичным щенком, он явно приобрел новый статус.
Угрозы нападения не было. Локи заранее просканировал подходы к Пещере и не обнаружил ничего подозрительного. Это означало, что вожак митов как минимум не тупица.
Люди действительно жаждали мести, но Рой запретил им устраивать засаду, прекрасно понимая, что любое враждебное намерение будет сразу же раскрыто супером, и это не приведет ни к чему, кроме новых жертв. Кое-кто предлагал забаррикадироваться в Пещере. Бессмысленно. Они передохнут с голоду, а супер все равно не уйдет. Он способен ждать столько, сколько нужно, прежде чем самоубийцы, запершиеся в загоне, побегут наружу или начнут пожирать друг друга…
Тем не менее Рой до последней минуты опасался, что кто-нибудь может нарушить приказ и начать войну на свой страх и риск. Ярость, горе и попранное достоинство – плохие советчики, если не подкреплены реальной силой. Сила была на стороне супера – причем не только грубое физическое превосходство, но и мощное влияние, действующее вне пределов рассудка.
В голову Роя даже закралась неожиданная мысль, что Наката мог быть одним из непокорившихся отчаянных смельчаков. Почему бы и нет; чужая душа – потемки. Тем более душа Студента, надежно спрятанная за такой плотной ширмой, что разглядеть ее не было ни малейшей возможности. Вдруг в тщедушном теле бьется сердце воина? Ведь умел же он рассчитывать ходы и «сражаться» на игровых полях…
Рой никому не сказал о своем смехотворном предположении. Вероятность, что оно окажется верным, была ничтожно мала. Последние сомнения исчезли после того, как Рой увидел рожу Студента. На ней было написано, что новый «друг» супера намерен поквитаться со своими бывшими соплеменниками за все.
Не теряя времени, Локи велел построиться посреди Пещеры всем женщинам и детям. Поскольку его приказ выполнялся вяло, он вытащил из ножен Тихую Фриду и проткнул мякоть одной из непонятливых бабенок. После этого перед ним возник ее мужик, и Локи уложил его на пол, свернув челюсть коротким боковым ударом без замаха. Воспитательные меры оказались эффективными, и дело пошло быстрее.
Спустя десять минут супер уже прогуливался вдоль неровных рядов – самки слева, детеныши справа – и производил отбраковку. Суггестор Нак следовал за ним по пятам и делал заметки в своей великолепной памяти – на тот случай, если кто-нибудь попробует хитрить.
Старый Лео обреченно смотрел на происходящее из своего угла и думал, что каждый из людей напоминает сейчас завороженного кролика. Рой тоже не отводил глаз от «удава», держа в рукаве нож и выбирая место на теле супера, куда лучше нанести удар. Но вряд ли он успеет хотя бы вытащить клинок…
Если супер захочет забрать с собой больных детей, Рой готов был умереть от его пули. Единственное, что останавливало бывшего мэра, это понимание неизбежного: его легкое самоубийство все равно никому не поможет и ни на минуту не отдалит чью-то ужасную смерть.
В какой-то момент супер вдруг остановился и, обернувшись, мгновенно отыскал взглядом Роя. Затем улыбнулся ему, похлопал себя по правому рукаву и шутливо погрозил мэру пальцем.
«Проклятие! Вот и все, – подумал Рой. – Он расколол меня. Он сделал это давно и просто выжидал. Но почему я до сих пор жив?»
Чуть позже он задал себе этот вопрос еще раз – когда супер приказал Лили выйти из строя и подождать в сторонке.
Она двигалась, как заводная кукла, и смотрела только на дядю Роя. Ее взгляд был словно колючая проволока, продетая сквозь его сердце. Каждое движение и каждая секунда причиняли обоим невыносимую боль.
Где же ты, дядя Рой, всегда вовремя приходящий на помощь? Что это случилось со стержнем миропорядка? Надломленный стержень вынули, и мир, который девочка привыкла считать единственно возможным и устроенным относительно справедливо, рушился у нее на глазах. Фрагменты реальности перемешивались в сознании; на этих зыбких островках отплывали в небытие знакомые ей люди: вон тонул в пустоте дядя Рой, вон барахтался дедушка Лео, а вон Грув зачем-то ползет ей на помощь…
Кстати, Грув полз к суперу, обнажив клыки. Кровавая слюна капала с его губ. Ему полагалось сдохнуть сутки назад, однако он держался до сих пор – и, кажется, теперь становилось ясно, ради чего. Отвратительная и уже загноившаяся рана не давала ему не то что свободно двигаться, но даже подняться на лапы. Он тоже двигался, как автомат, но автомат, запрограммированный на уничтожение врага. И было очевидно: его «батареи» окончательно сядут только тогда, когда челюсти вырвут чужую глотку.
Локи понял это раньше, чем пес сумел приблизиться на расстояние нескольких шагов. Пристрелить, что ли, собачку? Это заняло бы долю секунды. Однако ему хватило одного взгляда, чтобы оценить исключительные качества помеси. И если среди псов тоже бывают свои супера, то вот один из них. Отличный экземпляр. Почти идеально приспособленный к новым условиям. Преданный хозяину вплоть до самопожертвования – и это уже проверено на деле… Если выживет, надо будет поэкспериментировать, скрещивая его с дикими собаками и волками. Локи мог бы вылечить псину, «подкачав» витальной энергией, но для этого им следовало остаться вдвоем в более спокойном месте.
Супер ничего не имел против того, чтобы на ферме появился десяток-другой четвероногих. Это облегчит охоту и охрану.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
