начать переговоры[232].
При посредничестве Луция Кокцея Нервы, Гая Цильния Мецената и Азиния Поллиона переговоры были успешно проведены, и в октябре 40 года до н. э. триумвиры заключили Брундизийский договор, по которому обе стороны примирялись и продлевали триумвират. Были заново поделены провинции: Октавиану отходили все западные провинции, Антонию — все восточные, а Африка оставалась за Лепидом. Октавиану поручалась война с Секстом Помпеем, а Антонию — с Парфией. Кроме того, Антоний по требованию войск, желавших закрепить новый союз, женился на Октавии, сестре Октавиана, недавно потерявшей мужа[233].
После заключения Брундизийского договора в 40 году до н. э. римлянам казалось, что наконец-то они обрели долгожданный мир и покой. Однако Секст Помпей разрушил их надежды, усилив нападения на Италию со своим флотом и практически полностью лишив Рим хлебных поставок. В городе начались волнения, и однажды толпа римлян даже попыталась забросать камнями Антония и Октавиана[234].
В этой сложной ситуации триумвиры приняли решение вступить в переговоры с Секстом Помпеем, и летом 39 года до н. э. встретились с ним у Мизенского мыса. Было заключено соглашение, по которому Секст Помпей сохранял власть над Сицилией, Сардинией и Корсикой, а также на пять лет получал Пелопоннес (провинция Ахайя) и компенсацию за конфискованное имущество его отца. Более того, ему было обещано заочное консульство. Все, кто сражался на его стороне, в том числе проскрибированные и рабы, получали полное прощение и свободу. Взамен Помпей обязался обеспечивать Рим сицилийским хлебом, не нападать на Италию и не укрывать беглых рабов[235].
После примирения было решено устроить пир, и Помпей гостеприимно принял триумвиров на своем флагманском корабле. Плутарх пишет, что «в самый разгар угощения, когда градом сыпались шутки насчет Клеопатры и Антония, к Помпею подошел пират Мен (Менодор. — М. Б.) и шепнул ему на ухо: „Хочешь, я обрублю якорные канаты и сделаю тебя владыкою не Сицилии и Сардинии, но Римской державы?“ Услыхав эти слова, Помпей после недолгого раздумья отвечал: „Что бы тебе исполнить это, не предупредивши меня, Мен! А теперь приходится довольствоваться тем, что есть, — нарушать клятву не в моем обычае“»[236].
Однако Мизенский мир продлился совсем недолго. Уже весной 38 года до н. э. вновь начались склоки между триумвирами и Помпеем, который продолжал принимать в свое войско беглых рабов, строить новые военные корабли и активно мешать снабжению Рима зерном[237]. Не вынеся вздорного характера Скрибонии, родственницы Помпея, Октавиан развелся с ней ещё осенью 39 года до н. э. и затем (в начале 38 года) женился на Ливии Друзилле. Всем было ясно, что война неизбежна в самое ближайшее время. И это время пришло, когда весной 38 года до н. э. на сторону триумвиров перешел уже упоминавшийся Мен (или Менодор), один из пиратов Секста Помпея. Он передал Октавиану не только корабли, имевшиеся у него, но и контроль над Корсикой и Сардинией[238]. На очереди была Сицилия. Собрав свой флот и присоединив к нему корабли Менодора, Октавиан объявил войну Сексту Помпею.
Летом 38 года до н. э. Октавиан неоднократно пытался нанести поражение Помпею и лишить его господства на море. Известно, что первое морское сражение состоялось в июле 38 года до н. э. при Кумах, и Менодор одержал небольшую победу над флотом Помпея. Последующее морское сражение при Скилле оказалось для Октавиана неудачным[239]. Более того, почти весь его флот погиб в результате разыгравшейся бури. По сообщению Аппиана, «когда ветер стал сильнее, все пришло в беспорядок, суда разбивались, срываясь с якорей, наталкивались или на берег или одно на другое. Стоял общий вопль ужаса, стенаний, призывов бесцельных, слов нельзя уже было расслышать. Кормчий не отличался от простого матроса ни знанием, ни умением командовать. Гибель постигала одинаково как находившихся на судах, так и бросавшихся в море и погибавших среди волн прибоя. Море было полно парусов, обломков, людей, трупов. Если кто спасался и выплывал к суше, то и его волны разбивали об утесы»[240].
В итоге Октавиан благоразумно отказался от командования флотом, передав его своему другу Марку Випсанию Агриппе. Он также приказал Агриппе построить несколько десятков мощных военных кораблей, для чего тот даже специально основал новый порт близ Кум. Самым подходящим местом для стоянки судов Агриппа посчитал Авернское озеро и соединил его глубоким каналом с Лукринским озером и Путеоланским заливом (современный залив Поццуоли). Новый порт был назван «Юлиев» (Portus Julius) в честь рода Юлиев, к которому принадлежал Октавиан[241].
Кроме того, Октавиан обратился за помощью к Антонию и в сентябре 38 года до н. э. специально направил к нему в Афины Мецената для переговоров. По словам Аппиана, «будучи всегда особенно силен придумать что-либо целесообразное, он послал Мецената к Антонию, чтобы переубедить его в том, в чем они взаимно упрекали друг друга за последнее время, и привлечь его к участию в борьбе. Если же убедить Антония не удастся, то Цезарь задумывал переправить солдат на транспортных судах в Сицилию и, оставив войну на море, перенести ее на сушу»[242]. Меценат незамедлительно отправился в Брундизий, чтобы там сесть на корабль, следующий в Афины. До Брундизия он ехал в сопровождении своих друзей-поэтов, входивших в его литературный кружок[243]. Поездка Мецената в Грецию оказалась весьма удачной, поскольку он сумел убедить Антония помочь Октавиану[244].
Весной 37 года до н. э., в соответствии с заключенными в Афинах договоренностями, Антоний прибыл в Италию с тремя сотнями кораблей и пристал в порту Тарента. Однако Октавиан к этому времени уже накопил достаточно сил для борьбы с Помпеем и охладел к своему союзнику. Между триумвирами начал назревать новый конфликт, но ситуацию уладила Октавия, примирив брата с мужем. По свидетельству Аппиана, «в качестве посредницы между ними к Цезарю (то есть Октавиану. — М. Б.) направилась Октавия. Цезарь жаловался, что его покинули в опасном положении, в какое он попал в проливе (то есть во время морских сражений с флотом Секста Помпея. — М. Б.), Октавия же указывала, что этот вопрос уже выяснен при посредстве Мецената»[245]. Чтобы уговорить, наконец, своего брата пойти навстречу Антонию ради нее и ее семейного счастья, она заручилась поддержкой Мецената и Агриппы.
После успешных переговоров в Таренте Антоний передал Октавиану 120 кораблей в обмен на 20 тысяч пехотинцев. Еще тысячу легионеров для него выпросила у брата Октавия. Срок триумвирата был продлен еще на пять лет, и довольный Антоний вновь отбыл в восточные провинции[246]. Возвратившись на Восток, он при живой жене, вопреки всем римским законам и обычаям, решил жениться на Клеопатре. Свадьба состоялась осенью 37 года до н. э. в Антиохии (Сирия) и поразила очевидцев богатством и великолепием. В качестве свадебного подарка Антоний передал Клеопатре значительные территории на Востоке[247].
В 36 году до н. э. Октавиан возобновил военные действия против Секста Помпея. Предполагалось окружить и захватить Сицилию. Согласно разработанному плану Лепид должен
