штурмовиков, способных действовать как в индивидуальном порядке, так и в составе крупных групп. Зачем и для чего – Учитель не знал, но ему предложили этот род деятельности так и в такое время, что отказаться было невозможно.
Сейчас старик понимал, что кто-то там на самом верху иерархии Цветных разрабатывал несколько вариантов развития событий мятежа, одним из которых был и массированный штурм отдельных Белых или их групп обычными вооруженными людьми.
- Вооруженными аналогами таких вот накопытников? – уточнил я. – Ведь точно так же можно зачаровывать лезвия клинков или даже наконечники стрел!
- Перебил-таки! – вздохнул Учитель. – Не все так просто. Эти знаки, что на какое-то время наделяют предмет силой Дара, работают только при непосредственном контакте с ним живого существа. Металлическая рукоять меча или кинжала не слишком практична, а стрелы так и вовсе отпадают. Другое дело – настоящие артефакты. Но это очень долго и тяжело. На один единственный хороший качественный артефакт сильный носитель Дара может потратить всю свою довольно долгую жизнь. Однако простенькие артефакты-однодневки можно делать десятками за считанные часы, было бы умение. Я думаю, что задумка была проста и так же одноразова, как и упомянутые мной артефакты. Привязать к каждой стреле по какой-нибудь маленькой безделушке (мы в тренировочных стрельбах навесом всегда использовали дополнительный груз определенной формы) и запустить град стрел по определенной площади.
Я бы действовал так: первые несколько залпов – аннигиляторы Дара, на предмет пробития силового защитного поля и усложнения оперирования Даром обороняющимся. Дальше в порядком продырявленный купол с чем-то взрывающимся и ядовитым. Часть стрел попадут-таки в проделанные в куполе бреши, взорвутся в воздухе, орошая атакуемых ядовитым дождем. Те, скованные или ослабленные многочисленными аннигиляторами, полностью отвлекаются на защиту или лечение, и тут уже в бой идут штурмовики…
На мой взгляд – это была бы авантюра: такая тактика могла бы сработать с Цветными, но Белые были на порядок сильнее и умнее. Они бы не растерялись. Собственно, я не знаю, что они бы сделали, но мои тогдашние ученики полегли бы все до единого, так и не приблизившись ни к одному из противников даже на сотню шагов.
Тем не менее, я сам обучился стрельбе из лука, которой уже много поколений занимались только те из Цветных, кто любил и почитал древние способы охоты. Потом я обучил несколько сотен простолюдинов, а те в свою очередь отправились учить других.
Таких, как я, было немало. Цветные под видом развития культуры и спорта стали активно развивать околобоевые дисциплины. По всему миру то тут, то там, стали обучать простолюдинов стрельбе, фехтованию, метанию различных снарядов и прочей опасной дребедени. Потом устроили масштабнейшие соревнования, финал которых должен был проходить где-то на самом краю света.
Вот во время финала этого невиданного доселе мероприятия что-то и произошло. Про Белых, которые все, как один, собрались посмотреть на аппетитных для них победителей с тех пор никто ничего не слышал.
Большинство видов спорта без покровительства Цветных стало чахнуть, зато сами маги стали полноценными хозяевами мира, хотя их победа и далась им дорогой ценой. Из семи цветов Дара в мире остался только Красный.
Однако полной монополии случиться было не суждено. Попросту не стало нужного количества магов, чтобы поддерживать сложившееся мироустройство. Народ все еще был просвещенным и все простолюдины повсеместно понимали, что теперь, их неКрасные сюзерены не в силах будут привычно отводить от них те беды, что неизбежно станут возникать. Практически сразу же в полный рост перед людьми стала угроза болезней, непогоды, нашествия вредителей. А простолюдинов уже было достаточно много и так вышло, что именно Красные в ходе заговора были дальше всего от народа. Остальные цвета постоянно несли в массы религию, знания и развлечения – народ любил своих хозяев а теперь еще и жалел. И народ готов был встать, как один за их и, одновременно, свои интересы. Встать своей огромной и практически обученной всему необходимому для ведения боевых действий.
Конечно же, Красные смели бы противников, не глядя, но с кем бы тогда они остались? Кто обеспечивал бы им привычную комфортную жизнь? Да и не было у Красных ни желания, ни необходимости проливать реки крови. А родственные связи с другими цветными кланами, наоборот, были. И если раньше Белые делились своим Даром, пропуская его через себя и разлагая его на цвета, то Красные разложили свой цвет на оттенки, относительно близкие к тем, что были у потерявших свои способности магов. Тем самым бывшие равные между собой цветные попали в прямую зависимость от Красных.
Так, победив Белых, цветные перестали быть овцами, потерявшие свой цвет маги стали пастухами над простолюдинами, а Красные, и вовсе – пастухами над пастухами.
Примерно так в двух словах помнил, видел и понимал картину мира Учитель.
Получив большой объем информации, я взял небольшую паузу для ее переваривания. То, что поведал мне старик, отвечало на некоторые вопросы, но тут же поднимало и массу новых.
Кокой теперь строй в мире? Зачем Учитель продолжает обучать своих штурмовиков? В чьих это интересах? Кто им противостоит, да еще и использует для устрашения такие нечеловеческие методы?
Да! Прочь другие вопросы. Я не могу влиять на судьбу мира, но я могу свернуть шеи тем, кто возит по сельским дорогам на всеобщее обозрение тело парня, виноватого лишь в том, что оказался пешкой в чьей-то жестокой игре.
- Виселица нужна для того, чтобы устрашить, или чтобы спровоцировать? – спросил я у старика.
- Скорее всего, и то, и другое, - вновь потемнев лицом, ответил он, - я сам никогда никак на это не реагирую и остальным запрещаю хоть как-то проявлять эмоции.
- И как часто такое происходит?
- Ловят наших братьев они, к счастью, довольно редко, а вот разъезжают по всем селениям постоянно…
- Не понял, - тряхнул я головой, - так труп что, ненастоящий?
- Дар, - вздохнул старик, - они не дают телу быстро разлагаться, не позволяют мухам откладывать яйца… берегут наглядный материал, пока не достанут новый. Хуже всего, когда они знают, что скоро прибудет свежий висельник, тогда они снимают все ограничения и успевают навестить несколько селений с вовсю разлагающимся телом.
Я заметил, что непроизвольно сжал кулаки и с ощутимым волевым усилием приказал им разжаться. Пока еще не знаю как, но я прекращу этот скотский балаган. Да так, что никому мало не покажется.
