их развалившейся банды.
— Что со мной произошло? — в гневе ответил упырь, — Со мной произошло лучшее, что было в моей жизни, — восторженно ответил Шлам, — Я обрел силу и могущество, но этот щенок Бриз все испортил, он каким-то образом сбежал, подставив меня. Хозяин считает, что это из-за меня его последователей выследил этот мерзкий выскочка солд, — Рассказав о своей неудаче, скривил свою, и без того уродливую морду упырь, — Из-за этого он оторвал кусок моей души, и я превратился в это ничтожество, но я верну его благословение, — с придыханием сказал Шлам, а потом резко вскинул руки вперед и молниеносно полетел на Кнута.
Лишь то, что между ними был небольшой костер, который на мгновение замедлил упыря, спасло того от вскрывания глотки. Уходя перекатом в сторону, Кнут в последний момент сместил свою шею от размашистых когтей бывшего босса. Прокаженный тут же развернулся и нечеловеческим движением, сместив центр тяжести вбок, тут же последовал за Кнутом. Завидев начало маневра Шлама, Кнут наотмашь ударил топором и повредил сухую тощую ногу упыря.
— А-А-А-А! — раздался душераздирающий, похожий на скрипучий крик баньши, вой дольщика-упыря. После чего тот одним резким движением вырвал топор из ноги и тут же метнул его в Кнута. Топор крутанулся в воздухе и обухом влетел прямо в лоб жертве. Тот от попадания ухнул и повалился наземь. В его голове раздался гул, он на мгновенье потерял сознание, а когда картинка в его глазах восстановилась, он увидел, как упырь с кровожадной улыбкой приближался к нему. Его широко раскрытая пасть неумолимо приближалась к его шее. Кнут чувствовал, как холодное могильное дыхание касалось его кожи. Он шарил руками по земле, в поисках нащупать что-нибудь подходящее для удара. Наконец левая рука нащупала неизменный топор. Быстро перехватив его поудобнее, Кнут со всей силы лупанул им по бледной башке упыря. Его кровожадная, довольная, предвкушающая кровавый ужин морда, с закрытыми от ожидания удовольствия глазами, была разрублена лезвием топора. Черная кровь тут же хлынула из пробитой головы упыря и залила барахтающегося под ним подростка. Сбросив с себя дергающееся в агонии тело упыря, Кнут нанес контрольный удар, отсекая тому голову.
Отплевавшись и вытерев лицо, он начал озираться по сторонам. Страх и горячка боя еще не отступили, он ожидал появления следующего врага и размахивал топором в разные стороны.
— Придержи коней, — раздался спокойный голос Сильвера, вырывающего при этом топор из рук юного разгоряченного воина.
— Какого хрена ты не появился раньше! — с обидой в голосе возмутился убивший упыря подросток.
— Ты ведь сам просил меня об обучении, разве нет?
— Э-э-э-э… — завис от такого ответа Кнут.
— Кстати, неплохо. Для человека… Но просто отвратительно для практикующего ток сола воина, сопровождающего великого меня. Во время обучения я сдеру с тебя три шкуры! Ты прольешь литры пота и крови! По утрам вместо завтрака тебя будет бить молния! Когда ты освоишь азы моей науки, я отправлю тебя грызть зубами землю, защищая Империю. Ты проклянешь тот день, когда решил стать моим учеником!
Услышав эту гневную отповедь Сильвера, Кнут вдруг расхохотался. Ярость и адреналин отхлынули. Только сейчас он понял, что его жизни абсолютно ничего не угрожало. Этот древний, спятивший солд, всего лишь проверял, насколько крепки его яйца.
— Это значит, я прошел твой тест? — отсмеявшись ответил парень.
— Да, ученик, поздравляю, ты вступил на путь практикующего ток сола.
* * *
Сознанье Шлама разрывалось на части. Ему казалось, что он провалился в бездонную пропасть, что засасывала его все глубже и глубже. Уже давно пройдена точка невозврата и все, что ему оставалось делать, это рыдать. Его несуществующее в астральном мире тело изнывало от боли. Тверки, низшие демоны, отрывали небольшие кусочки от его израненной, обглоданной ранее самим Моргом души. Когда казалось, что безумные муки растянулись в вечность, неожиданно все прекратилось. Под призрачными ногами появился огненный пол. Стоять на нем былоневообразимо больно, поэтому дух Шлама снова взвыл от адских мук. Перед ним появилась величественная, красно-призрачная фигура Морга. Его огромные черные пустые глазницы занимали большую часть его безобразного лица. Они были способны видеть глазами всех тварей ночи, поэтому Морг знал о всех событиях, происходящих в мире живых.
— Вижу прекрасную зависть и ненависть в твоей душонке. Она настолько сильна, что даже вечные муки ада не способны вычистить тебя. Встань, убитый низший упырь по имени Шлам.
Черная полупрозрачная обглоданная фигура души Шлама медленно поднялась на израненные ноги. Морг направил в него поток черни. Душонка принялась биться в агонии, но вместе с этим становилась выше и плотнее. Из нее вытянулись длинные перепончатые крылья. Прорезались силуэты острых клыков, удлинялись уши, разрастались и пульсировали мышцы.
— Ты еще послужишь моим целям, — прошипел голос Морга в изменяемой метаморфозами голове призрака Шлама.
Глава 11
Глава 11
Вурхис величественно восседал на своем золотом троне. Перед ним, стоя на одном колене, склонив головы, находились двое людей. В огромном тронном зале, освещенном светом десятков магических светильников, установленных в замысловатых люстрах, находилось всего трое человек. Император был колоритной внешности, огромный и могучий мужчина с короткостриженым ежиком седых волос, густой бородой и широкими плечами. Под его правой рукой, в своих ножнах, стоял магический меч «Клеймор». Этот полуторник был реликвией и легендарным оружием императорской династии. Помимо боевой мощи, он наделял членов императорской семьи различными видами светлой магии. Меч был выкован крылатым жрецом для людей, чтобы те могли сами постоять за себя. Именно благодаря этому мечу тысячу лет назад люди смогли остановить полчища духов. В те темные времена солды еще не появились на земле, боги исчезли и некому было навести порядок между живыми и мертвыми.
— Докладывай, дочь моя, — властным голосом потребовал отец. Лишь после обращения к ней Нинель поднялась с одного колена и, подняв взгляд на отца, начала свой длинный рассказ. Поведала ему и про Сильвера, что в последнее время вновь начал мелькать в различных областях Империи и о том, что появился мальчик, обладающий силами трех богов, и о странной активности дольщиков, что плодят свои приюты, словно язвы на землях Империи.
Услышав ее рассказ, Вурхис задумался. Его огромные, крепкие пальцы начали ритмично стучать по ручке трона. Наконец его взгляд перенесся на второго человека, что стоял перед ним на
