Софи в изумлении уставилась на Антонио. Она была потрясена.
— Что? О чем ты говоришь?!
— И эта женщина прекрасно справилась со своим заданием. Она вызвала у меня сочувствие.
— Я в первый раз слышу о том, что Нора приезжала к тебе…
— Она сыграла на моих чувствах, — продолжал Антонио. — И ты об этом прекрасно знала. Твоя подруга Нора сказала мне, что я не могу разлучить тебя с Лидией, потому что в детстве у тебя была лейкемия и ты не сможешь иметь детей. Я попался на эту удочку.
Когда Антонио заговорил о ее проблемах со здоровьем, Софи побелела как полотно. Она чувствовала себя так, будто ее предали.
— Я не знала, что Нора тайком ходила к тебе просить за меня, — едва слышно проговорила она. — Мне очень жаль, что так случилось. Я бы скорее выпила яд, чем стала просить твоего сочувствия!
Антонио не мог оторвать глаз от Софи. Очевидно было, что его слова задели ее до глубины души.
Неожиданно для себя Антонио понял, что у Софи не было никаких корыстных намерений и что Нора Мур сказала ему правду.
— Софи, если это действительно правда, то я…
Антонио хотел обнять ее. Но Софи шагнула назад и скрестила на груди руки.
— Да, все так и есть, у меня была лейкемия и я бесплодна, но это не имеет никакого отношения к истории с Лидией, которую ты выдумал, — четко и ясно произнесла она. — Мне все равно, что ты думаешь по этому поводу. Я не верю ни одному твоему слову. Лидия по-прежнему моя племянница, а дядюшка-сноб и деньги прабабушки ей ни к чему.
Ей и раньше было достаточно одной меня. Что бы ни случилось, я не брошу ее!
Софи стоило большого труда произнести эти слова решительно и твердо. Бросив на Антонио презрительный взгляд, она развернулась, ушла в ванную и захлопнула дверь.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Усевшись на холодный кафельный пол, она обхватила колени руками и уставилась в никуда.
Все кончено. Ее сумасшедшие романтические мечты, брак с Антонио, уверенность в завтрашнем дне — все это в прошлом. Антонио вдруг поверил, что она — жадная, охочая до денег, лживая мошенница.
Софи еле сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос. Слезы беззвучно катились по ее щекам. Какая она все-таки эгоистка! Надо думать не о своих душевных переживаниях, а о судьбе Лидии. Если малышка действительно не имеет отношения к семье Роча, то ей придется многого лишиться.
В тихом омуте черти водятся, говорила Нора Мур про Белинду. Софи с неудовольствием вспомнила сейчас этот разговор. Нора считала, что Белинда рассказывала своей младшей сестре только то, что та хотела слышать. Видимо, она знала о Белинде гораздо больше, чем Софи.
Софи положила подбородок на колени и вздохнула. Нора выдала Антонио ее секрет. Софи хотелось побежать к Антонио и сказать ему, что для нее еще не все потеряно, что есть шанс зачать ребенка. Но зачем?
Она понимала Нору. Та не хотела, чтобы у Софи отняли малышку, поэтому и решилась рассказать Антонио грустную историю в надежде разжалобить его. Hope и в голову не пришло, что при таком раскладе дел Антонио сделает Софи предложение. Теперь понятно, почему Нора была против свадьбы: она знала, что он делает это из жалости.
Софи обливалась слезами, но сдерживала всхлипы, чтобы Антонио ничего не услышал. Через два часа она вышла из ванной и была очень удивлена, увидев, что Антонио до сих пор ждет ее.
— Что тебе нужно? — холодно спросила она, не глядя в его сторону, чтобы снова не расплакаться.
— Когда я узнал о результатах анализов, то потерял голову… Прости меня, querida, — печально сказал Антонио. — Я был в шоке, но это не извиняет моего поведения по отношению к тебе.
— Осталось добавить «я больше так не буду», — равнодушно сказала Софи, стоя к нему спиной в гардеробной комнате и кидая вещи в сумку.
— Не буду, — согласился Антонио. — Вместе мы с этим справимся…
— Нет уж, спасибо, — прервала его Софи. — Сразу надо было думать. А теперь оставим эту тему.
Антонио подошел к двери гардеробной.
— Что ты делаешь?
— Складываю кое-какие вещи. Собираюсь домой.
— Твой дом здесь.
— Нет, здесь твой дом. Я хочу поговорить с Норой, чтобы выяснить, знает ли она о Белинде что-то такое, чего не знаю я. Я допускаю, что по анализу ДНК Лидия не является дочерью Пабло, и хочу узнать, кто ее отец.
— Я еду с тобой.
Софи плотно сжала губы.
— Нет, теперь это тебя не касается.
Антонио глубоко вздохнул.
— Ты зла на меня, и это совершенно справедливо…
— Тогда отстань и дай мне спокойно собраться.
— Глупо ехать куда-то среди ночи. Мы встанем завтра рано утром и полетим в Лондон.
— С тобой я никуда не полечу. Я ведь уже сказала, что к Лидии ты не имеешь больше никакого отношения.
— Я готов взять свои слова обратно, — тихо сказал Антонио. — Но так как ты сама никогда не говорила мне о своем бесплодии, я решил, что Нора обманула меня.
Софи побледнела. Ей и в голову не пришло, что Антонио смотрел на вещи с такого угла зрения.
Софи неохотно призналась сама себе, что в таком случае у Антонио действительно были причины не поверить ей.
— Я молчала об этом потому, что наш брак ненастоящий, — попыталась оправдаться Софи.
Антонио посерьезнел.
— Ты не права. Ведь у нас было все, что есть в каждой нормальной семье…
— Да, было… ты говоришь в прошедшем времени. Мы хорошо провели время, но теперь давай закончим этот разговор! — прервала его Софи и натянуто улыбнулась.
— В любом случае я лечу с тобой в Англию.
— Мне все равно, что ты будешь делать, только оставь в покое меня и Лидию, — сквозь зубы прошипела Софи.
— Лидия с нами не поедет. Ребенок останется в castillo до нашего возвращения;
— Я не собираюсь возвращаться! — воскликнула Софи. — Я заберу ее с собой.
— Нет. Ты не имеешь права везти ее куда-либо без моего согласия, а я его не дам, — решительно ответил на это Антонио. — Ты сейчас не в том состоянии, чтобы решать вопросы, касающиеся будущего малышки.
Софи сжала кулаки.
— Какая тебе разница? Лидия тебе теперь чужая…
Темно-золотистые глаза осуждающе посмотрели на Софи.
— Это не так. Я недоволен тем, что меня обманули. Но Лидия нужна мне, как и прежде.
Следующим утром Софи и Антонио прилетели в Лондон. Софи всю дорогу спала, так как ночью не сомкнула глаз. Антонио укрыл ее пледом и подложил ей подушку. Софи оставила в замке и обручальное кольцо, и часы, которые подарил ей Антонио. На ней были старые потертые джинсы и футболка — та самая одежда, в которой Антонио впервые увидел ее, приехав в Англию. Его задело, что Софи предпочла одеться во все старое, хотя у нее был целый гардероб дорогой и красивой одежды. Она словно вычеркнула последние несколько месяцев из своей жизни.
