подальше от дома, куда глаза глядят. Бесцельно ехала по полевой дороге, провожаемая ромашками и одуванчиками. И вдруг, сама не зная как, очутилась на берегу, в том месте, которое ей двадцать лет назад показал Макс. Она вышла, осмотрелась. Это был именно тот крутой берег и тот же пейзаж. Даже спустя столько лет она бы его ни с чем не спутала. Она вдохнула полной грудью, cняла кольцо с руки и со всего маха закинула его в реку.
В понедельник Марго с трудом встала позже обычного, в последнее время её постоянно клонило в сон, по всей видимости, от стресса. Собиралась в спешке, почти бегом, чтоб не опоздать. Ирина не ждала её у ворот, как обычно. Наверное, уже приступила к работе.
В беседке на реке виднелась одинокая неподвижная женская фигура, восседающая в позе лотоса. Марго притормозила на мгновение, всмотрелась: что-то новенькое! Кто бы это мог быть? Среди гостей базы, вроде бы, сейчас не было «йогинь». Но любопытствовать было некогда, и так почти опоздала. Она поставила машину на парковку, закрыла и быстрым шагом отправилась на рабочее место.
Открыла дверь в кабинет и остолбенела. На столе вместо компьютера стояла старая пишущая машинка, кругом в беспорядке лежали исписанные листы, а на стене над столом вместо рабочего календаря висела огромная фотография брутального мужчины в дорогом костюме, который задумчиво подпирал волевой подбородок с трехдневной щетиной рукой в дорогих часах.
— Маргарита Николаевна, доброе утро! — раздался голос Ирины у неё за спиной, — как я умудрилась вас пропустить!
— Доброе утро, Ирина! Да, это я сегодня припозднилась что-то…
— Вот-вот… Прохоров вас спрашивал, хотел дождаться, не дождался! Я ему сказала, что вы не опаздываете никогда, напротив, всё время раньше приезжаете… А вы, как нарочно сегодня! Удивительно, что он не рассердился, а, мне кажется, расстроился…
— А зачем я ему понадобилась? — изо всех сил стараясь казаться спокойной, поинтересовалась Марго.
— Вам другой кабинет для работы выделяют. Наверное, сам хотел вам это сообщить. В итоге поручили мне помочь вам с переездом, вам папин кабинет отдают, пока они с Прохоровым на другом объекте будут работать.
— Отлично! А здесь что будет? — стараясь казаться спокойной, кивнула Марго на портрет и на стол.
— А, это тётя Лена… ой! Эльвира Прохорова, надо запомнить её писательский псевдоним, себе рабочее место организовала, ни с кем не посоветовавшись, — хохотнула Ирина в кулак, оглянувшись на входную дверь.
— Тётя Лена? Она, значит, твоя родственница?
— Папина сестра.
— А фамилия у неё Прохорова?
Ну да. За папиного друга замуж-то вышла…
— Конечно, я могла и сама догадаться… А она что, здесь работает, что ли? Почему я её раньше не видела на работе? Один раз только зашла при мне в кабинет…
— Ага, устроили лет десять назад менеджером по развитию, и уволить забыли, — опять хихикнула Ирина, открывая дверь в соседний кабинет, — только в этот раз она не менеджера изображать приехала, а модную писательницу. Надеюсь, эта её новая «специальность» принесёт меньше убытков делу… Да не переживайте, я её сама недолюбливаю с самого детства. Досталась же папе такая сестрица! Ничего, помотает немного всем нервы и исчезнет опять. Тем более, Прохоров в поездке, ловить ей тут нечего…
— Да я и не переживаю… — с сомнением проговорила Марго. — А ты вроде говорила, что она рассталась с… это…
— Да вроде бы не живут вместе, а бракоразводный процесс затянулся… не знаю толком…
Ирина помолчала и махнула рукой:
— Моя мама так говорит: «меньше знаешь, крепче спишь»! Вы тут располагайтесь, а я побежала работать, меня уже ждут.
Марго не спеша прошла к своему новому месту и включила компьютер. Пока компьютер загружался, закрыла глаза ладонями, стараясь привести мысли в порядок и сосредоточиться на работе. Выходит, Макс не женат, но вынужден постоянно находиться рядом со своей бывшей женой, да ещё и общаться с ней, так как она сестра друга и компаньон по бизнесу. Вот это поворот! Понятно в таком случае его желание сбегать иногда в дом, где его ждёт старый друг-байк в гараже! И теперь ей самой предстоит в этом повариться.
Ей захотелось бежать с работы, из посёлка, от Макса, куда глаза глядят, и как можно скорее. Но… она уже на своем опыте убедилась, что бежать от проблем— это не всегда выход.
Тот день для Марго длился бесконечно. Это был первый день, когда она хотела быстрей уехать домой с работы, упасть на кровать и уснуть. Не хотела никого видеть и разговаривать. Но и после работы уехать сразу не получилось. Вечером Алёна собрала всех к костру, чтоб сделать объявление.
Собирались долго. Ждали Розу Фридриховну, которая утверждала новое меню. Сашка, от нечего делать, подсел к Даше, сотруднице ресепшен, и завёл с ней беседу о проблемах стихосложения. Даша неохотно поддерживала вежливый разговор, так как поэтов, кроме Есенина, не любила и не понимала. Особенно Сашку.
Наконец, все собрались, и Алёна пришла ей на выручку, попросила внимания.
— Через пару дней на базе будет новый заезд. Эльвира Прохорова, чтоб вы знали, она тут не только соучредитель, — Алёна со значением потрясла указательным пальцем перед сотрудниками, — но ещё и писатель! Так вот, она решила провести у нас литературный семинар, в том числе будут очень известные люди, столичные знаменитости. По большому секрету скажу, обещает приехать Чаровницын.
Алёна сделала паузу, подождала, когда стихнут радостные вопли и продолжила:
— Советую заранее купить книги, чтоб было на чём автограф взять, а то потом обидно будет. Не на салфетках же у писателя автограф брать? У кого ещё какие идеи есть? Может, попросим Чаровницына творческую встречу провести?
Новость была ошеломляющая. Все мечтательно примолкли. Неужели они увидят воочую того самого Чаровницына, по романам которого снято столько сериалов!
Но анонс не всех обрадовал. Нашлись в коллективе и недовольные. Роза Фридриховна сразу забрюзжала:
— Какие тут идеи могут быть! Не от большого ума выбор темы семинара. Подумаешь, современных писателей пригласили! Сколько сезонов прошу бардовскую сходку устроить, хоть какая-то польза для души и сердца! Песни поют: заслушаешься. Да и люди там собираются все сплошь приличные, интеллигентные, а не какой-то там сброд!
— Роза Фридриховна, что вы такое говорите, — перебила её Алёна, покраснев, — среди писателей тоже встречаются приличные люди! И интеллигентные тоже есть!
— Ага, читала я те «приличные» романы. Чаровницына этого. Тьфу! Срамота.
— И никакая это не срамота, а женские романы. Эротика, — вступил в беседу Сашка с видом знатока, — у меня тоже есть эротическое:
Ночь, луна и застенчивый вечер.
Я ласкаю твои обнажённые плечи…
