так по броне. Откроете мне нижний люк. Всё ясно?
Я постучал, чередуя стуки произвольными паузами.
— Куда ты? — с полными слёз глазами спросила Джулия, — Ты нас бросаешь?
Я задумался. Звучало очень заманчиво. Мне они никто. Я не отвечаю за них. Раненая девочка свяжет нас по рукам и ногам. Даже если придёт в себя, без усиленного питания во время лечения её ветром шатать будет. Так что тащить чирлидершу мне придётся на себе.
— Нет, — качнул я головой, — Мне нужно поискать экипаж, а когда найду их, возможно, найдутся и припасы, и оружие. Вот, возьми флягу…
Я поболтал алюминиевым сосудом. По ощущениям там было ещё около половины.
— Пейте по несколько небольших глотков, когда голова будет болеть и ком такой склизкий в желудке появится…
— Не уходи! — перебила меня брюнетка.
— Знаешь, сколько у меня осталось патронов?
— Нет…
— Тридцать девять.
— Это ещё много.
Джулия серьёзно покивала головой, на что я расхохотался, изрядно напугав чирлидершу в юбке и учительницу, и полез в нижний люк.
Глава 29
После того, как я включил фонарь своего смартфона, понял, что нахожусь не в природной расселине, а в рукотворном тоннеле. Неведомые строители мастерски обращались с глыбами самых необычных форм и размеров. Более всего это напоминало окаменевшие блоки из игры «Тетрис», только на сложности уровня «Бог». Ни одного камня одинаковой формы или размера. Все камни в кладке уникальны, рядов как таковых нет. Да и как они могу быть в кладке, где использовались камни самых диких и разнообразных неправильных форм. Между ними присутствовали щели, но с первого взгляда было ясно, просунуть в щель не получится не то, лезвие ножа, но даже иглу.
Неизвестным строителям удалось привести хаос разнообразных криволинейных поверхностей к сопряжению, близкому к идеальному настолько, насколько это вообще возможно в кладке без вяжущего раствора.
После хаоса и нагромождения несимметричных форм, близких к природным, внизу я ожидал увидеть что угодно, но только не то, что предстало перед моим утомлённым взглядом. Тоннель выглядел странно. В том смысле, что для меня привычно. Стены практически вертикальные, слегка сходящиеся к ровному потолку, выполненному из таких же криволинейных и разновеликих блоков. Тем не менее симметрия внутренних помещений если не идеальна, то близка к ней. Вместо того чтобы успокоить меня, почему-то факт привычности напряг и заставил почувствовать себя неуютно. Не оставляло ощущение, что из тёмной тишины кто-то наблюдает за мной. Спокойно так, мрачно оценивает мои действия.
Двинулся аккуратно вперёд, освещая телефоном пол, засыпанный серым мелкозернистым песком. Шёл медленно, ставил сначала ногу, потом аккуратно переносил на неё вес тела. Паранойя разыгралась, теперь мне казалось, что тут могут быть ловушки, в которые можно если не провалиться, то запросто сломать ногу. Не хватало только ко всем свалившимся неприятностям ещё травмироваться или убиться здесь самому.
Так я прошагал приличное расстояние, наверное, с километр, а может, немного больше. В тоннеле ничего интересного не встретилось. Серый мелкий песочек едва слышно шуршал и поскрипывал под ногами, серые стены сходились трапецией на высоте трёх метров. Причудливый рисунок переплетения линий сопряжения камней утомлял взгляд настолько, что внимание начинало притупляться.
Не оставлял вопрос — кто всё это мог понастроить? Разумные серые твари, от которых мы отстреливались из бобика Фрезы и Люмпена? Откровенно говоря, такое себе предположение — не выглядели они строителями и инженерами. Скорей уж свирепыми варварами. Это подземелье, как и здание сверху, выдавали древность, но ни один самый малый камешек из свода не вывалился. Могут такое построить дикари? Сомнительно. Но если вспомнить древние сооружения, такие, как Стоунхендж или пирамиды, неважно, египетские и майя. Все они были созданы, когда человечество находилось на старте своего развития. Но сколько, к примеру, простоит небоскрёб из стекла и бетона? Что-то я сомневаюсь, что перестоит пирамиды. Так что, наверное, могут…
Вскоре в неверном свете фонарика замаячил конец узкого прохода. Там виднелся проём, ведущий в какой-то зал. Луч фонаря не показывал ничего, так там было темно, но кое-что я увидел странное. Ботинок. Обычный такой, высокий, армейский… Он лежал так, будто человек в ботинке прилёг поспать на спине за улом… Ага, вечным сном.
Липкие, холодные лапки иррационального страха начали массировать виски. Я остановился и огляделся. Но сколько ни всматривался во тьму, ничего не смог разглядеть. Зато цепь мурашек пробежала вдоль позвоночника к затылку, что означало — где-то рядом есть разряженный аккумулятор. Я даже не обдумывал это решение, оно пришло инстинктивно. При помощи Дара я влил в него энергии процентов пять от своего резерва и чуть не присел от неожиданности.
Всё подземелье осветилось призрачным зеленоватым светом. На потолке проступили причудливые светящиеся пиктограммы. Прошло несколько минут, прежде чем я решился сделать следующий шаг в зал, вдоль стены и наступил на что-то в темноте. Неизвестный предмет оглушительно в царящей тишине хрустнул под тяжестью тела кваза. Я выругался и нагнулся посмотреть что это.
Под моим ботинком сломалось ребро, судя по всему, человеческое. Осмотрелся внимательней и заметил, что вдоль стены валяются ещё несколько костей. Такое расположение останков удивило и озадачило меня.
Если бы их съели заражённые или дикие звери, кости валялись бы везде. А здесь словно что-то раскидало… Полный нехороших предчувствий, я поднял голову и обалдело уставился на каменные шипы под сводом.
Что-это падает сверху или… Что это там из песка торчит?
От центра расходились концентрические круги едва заметных мелких металлических колышков. И картинка сошлась. Экипаж танка нашёл вход в подземелье Бывших, и они все отправились посмотреть, что тут лежит из сокровищ бесхозного. Дошли они ровно до этого зала с ловушкой, где из-под песка выскакивают копья, или вообще весь пол подпрыгивает и размазывает незадачливого кладоискателя об потолок. Иначе зачем на своде каменные острия?
Аккуратно я подобрал ремень с кобурой и кинжалом, вытряхнув из них кости, и двинулся дальше, прижимаясь к стене. Похоже этот путь был единственным безопасным тут. То и дело попадались кости. Но удалось подобрать автомат и устаревшую разгрузку, набитую боеприпасами.
Мои пальцы внезапно нащупали не обычный шершавый камень, а полированный валун. Ощупал и понял, что это или вырезанный в камне знак, или надпись. Но языка я не знал всё равно. Что там было написано? Банальное «Здесь был Вася» или «Не влезай, убьёт», было уже всё равно. Погибшим танкистам надо было дальше. И они погибли. Значит, надо было и мне. Вдруг там дальше есть что-то, что поможет мне выбраться из той задницы, в которую я сам себя загнал. Ну или хотя бы девчонок вытащить. Учительница почему-то в моих глазах ничем не отличалась от школьниц-чирлидерш и совсем не воспринималась взрослой.
Почти сразу за полированным камнем я наткнулся на другой ход, ведущий куда-то вправо. Покинув опасный зал, оказался в ещё одном длинном прямом тоннеле. Я нацепил на себя разгрузку и ремень, осмотрел АК-74. Найдя оружие полностью исправным, закинул за спину. Двинувшись дальше, удвоил осторожность, напряжённо вглядываясь и вслушиваясь в сумрак.
Как и прежде, всё было тихо, но обезьяньи фобии вопили и корчились от первобытного неизбывного ужаса, нашёптывая, что я тут не один, что кто-то крадётся у меня за спиной. Однако глаза не видели опасности, обострившееся обоняние кваза не различало никаких тревожных или чужих запахов, вековая пыль, и всё тут. Взгляд настороженно ощупывал каждый миллиметр пространства, но ничего угрожающего не фиксировал, но иррациональное и неуловимое, словно мыло в бане, ощущение чужого присутствия никуда не уходило.
Когда, по внутренним ощущениям, я ушёл за пределы сооружения на несколько километров, набрёл на ещё один зал. Естественно, не просто так в него вломился, а с соблюдением всех мыслимых в моём положении предосторожностей. Этот зал был большим, намного больше первого. Здесь пахло пылью и чем-то ещё, что мне не удалось идентифицировать. Звуки многократно отражались от стен. Воображение дорисовывало дикие картины, а от возбуждения, если остались волосы, встали бы дыбом.
Здесь было ещё темней, и снова от копчика к затылку пробежались мурашки, словно наэлектризованные статическим электричеством. Как и в первый раз, решил попробовать запитать местную цепь. Получилось, но для
