Мухаллаб сделал усилие[162], чтобы вытащить [копье]. С такой силой [потянул его], что чуть было не стащил Кабул-шаха с седла, но тот крепко ухватил коня за гриву. Конь встал. Наконец, [Мухаллаб] выдернул копье, а Кабул-шах галопом ускакал прочь и тотчас послал человека и заключил мир, сказав: «Нет, с таким войском войной ничего не сделаешь!» Заключив мир, он пришел к 'Абд ар-Рахману и рассказал ему: «Я заключил мир [только] потому, что один всадник так-то поступил со мной!»{249} 'Абд ар-Рахман недоумевал: «Кто бы это мог быть?»
Пришли несколько человек, утверждая: «[Это] были мы». — «Маловероятно, — говорил 'Абд ар-Рахман, — чтобы десять человек показались ему как один[163], да так что он заключил мир! [Не могло] быть более одного человека. Остальные девять лгут!» В конце кондов он говорит: Кабул-шаху: «[Сможешь] ли ты его узнать?» — «Если он будет сидеть на коне в том виде, как в день сражения, узнаю», — отвечал тот. 'Абд ар-Рахман приказал, и все войско надело [воинские] доспехи. После того он всех представил Кабул-шаху. Когда выступил Мухаллаб верхом на коне черной с белым масти из породы, выведенной его отцом, /88/ Кабул-шах воскликнул: «Вот, эмир, этот!»
'Абд ар-Рахман подозвал Мухаллаба и сказал: «Я славословлю великого бога славословием, достойным его! Столько мужей утверждали: "Это мы нанесли удар копьем", а ты, который это сделал, ничего не сказал». — «Да возвеличит Аллах эмира! — ответил Мухаллаб. — В истории с [этим] мужиком нет никакой славы!» Слова эти показались 'Абд ар-Рахману значительными, и Мухаллаб возвысился в глазах войска. После того, когда они отправились на войну с великим Кабул-шахом, тот выступил с войском, находившимся в полной боевой готовности, и семью огромными слонами. При каждом слоне [было] четыре тысячи всадников. Сражались ожесточенно. Мусульманское войско при виде слонов разбегалось, и никто не дерзал [выступить вперед]. Мухаллаб, увидев это, опередил [других] и вышел перед слоном. Вожатый погнал на него слона. Мухаллаб ударил его копьем в грудь, так что копье вошло в слона на семь локтей и дошло до сердца. Слон взревел, выдернул копье и с ревом бросился назад, немного пробежал, упал и сдох. Остальные слоны и [вместе с ними] войско обратились в бегство. Мусульмане принялись косить налево и направо и многих из них убили. Еще большее [число] взяли в плен. И эта важная победа была достигнута благодаря Мухаллабу{250}. Поскольку обстоятельства сложились таким образом, 'Абд ар-Рахман пожаловал в тот день Мухаллабу должность сипахсалара и передал в его Подчинение войско и послал его в Индию, а сам вернулся назад. Оказал он [Мухаллабу] доверие, и тот возвысился. И ушел. И было много побед. Дошел он до Канда'иля{251}, оттуда благополучно вернулся обратно с большой добычей.
'Абд ар-Рахман пришел в Систан. Начальником его гвардии[164] был 'Аббад б. ал-Хусайн ал-Хабати. Три года 'Абд ар-Рахман оставался в этой области. Здесь [же] находился Хасан [б.] Абу-л-Хасан Басри. /89/ 'Абд ар-Рахман выстроил в Систане пятничную мечеть, а Хасан Басри — ее михраб. В течение трех лет Хасан Басри большую часть [времени] проводил в Систанской пятничной мечети, и систанцы изучали при нем науки. Таковы были обстоятельства 'Абд ар-Рах-мана б. Самуры в [течение] трех лет, когда все совершали либо полный, либо сокращенный намаз[165], по той причине, что совсем не стояли на одном месте{252}. Когда же 'Абд ар-Рахман вознамерился осесть в Систане, собрался народ Систана, ученые, знать и военачальники и заявили [ему]: «Нам нужен справедливый имам, в соответствии с сунной Избранника, да благословит его Аллах. Сейчас на престоле 'Али б. Абу Талиб, тебя же прислал сюда Му'авийа. [В борьбе] между ними погибли восемьдесят тысяч мусульман. Хутба и намаз должны быть истинными. И мы не согласны [принимать] их такими, как они есть сейчас»{253}. [Разговор] этот происходил в присутствии Хасана Басри, 'Умара б. 'Абдаллаха б. Фихра и ал-Мухаллаба б. Абу Суфры. И были [там] Катари б. ал-Фуджа'а, сеиды, улемы и знать{254}. 'Абд ар-Рахман ответил [им]: «Я сейчас отправляюсь туда, дабы уладить дело на месте. Останусь жив — вернусь назад. Вы же [здесь] блюдите приказ и исполняйте то, что [предписано] исламом». [Своим] заместителем он оставил 'Аббада б. ал-Хусайна ал-Хабати, а сам ушел в Басру и был там несколько дней. Зийад б. Аби-хи был в Куфе, и 'Абд ар-Рахман отправился к нему, но, дойдя до ворот Куфы, скончался{255}. Зийад произнес над ним молитву и похоронил его. [Вот] его родословная: 'Абд ар-Рахман б. Самура б. Хабиб б. 'Абд аш-Шамс б. 'Абд Манаф б. Кусайа б. Килаб б. Мурра б. Ка'б б. Лувай б. Талиб б. Фихр б. Малик б. Назр{256}. Его кунья — Абу Са'ид.
Повелитель верующих, освободившись от дел Мекки и Медины, отдал Басру 'Абдаллаху б. 'Аббасу, и он прислал в Систан Риб'и[166] б. [ал-Каса] ал-'Анбари{257}. И снова [его] отозвали, [когда] он [еще был] в пути. ['Абдаллах б. 'Аббас] направил в Систан 'Абд ар-Рахмана б. Джарви ат-Та 'и. Когда он немного пробыл там, его /90/ тоже сместили{258}, и сюда, [в Систан], пришел Риб'и б. ал-Кас[167] ал-'Анбари{259}. Не успел он прийти [в Систан], как повелитель верующих 'Али был убит 'Абд ар-Рахманом б. Мулджимом в ночь на пятницу, семнадцать ночей прошло от благословенного месяца Аллаха [рамазана]{260}. Было ему шестьдесят два года. Его правление — четыре года и девять месяцев. 'Абдаллах б. Джа'фар и ал-Хусайн[168] б. 'Али схватили 'Абд ар-Рахмана б. Мулджима и отрубили [у него] обе руки и обе ноги и вырезали язык{261}. Жители Куфы принесли присягу ал-Хасану б. 'Али б. Абу Талибу.
Когда известие об убиении 'Али пришло в Сирию, сирийцы присягнули Му'авии. [И] в Илийа{262}. И он был Му'авийа б. Абу Суфйан[169]. Полное имя Абу Суфйана: Сахр. б. Харб б. Умаййа[170] б. 'Абд Шамс б. 'Абд Манаф. Его кунья — Абу 'Абд ар-Рахман.
Му'авийа пришел в Дамаск, оттуда в Куфу. Хасан б. 'Али выступил из Куфы, и они встретились в Анбаре[171] и там заключили мир, [скрепив его] договором. Хасан оставил эмират.
Вступление Му'авии на престол
Власть перешла к Му'авии, и он пошел [из Анбара] в Медину. Было это в сорок первом (661) году.
