NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:
Безо всякого огорода со Сколково и модернизацией есть заказ. Два миллиона долларов. Разыграйте его честно. Пусть какие-то очкарики-программисты получат его. Он позволит их конторе жить года два и изобретать что-то гениальное. Но нет. На пути этой красивой идеи стоит начальник департамента информатизации Минздравсоцразвития. Его брови, как золотое руно в Древней Колхиде, перекрывают реки бюджетных денег. Все золотые песчинки прилипают к этим бровям.
Так работает модернизация в России. И президент Медведев, глядящий в айпад, как в магический кристалл, ничего не может с этим поделать.
Из беседы с Алексеем Навальным:
«…Мы нашли этого человека, начальника департамента информатизации, которого назвали „мистер Брови“, и начали травить. Нашли у них еще несколько подобных конкурсов, опубликовали, и их тоже все отменили. И как-то получилось, что за три дня мы лихо отменили конкурсов на более чем 100 миллионов рублей. А еще через неделю этого информатизатора уволили, что стало маленькой success story, победой „метода Навального“. Все это было замечательно, но для меня имело печальные последствия: с момента отмены конкурса мне стали присылать по тридцать подобных писем в день, а когда его уволили, вообще накрыло цунами, ведь число сомнительных и явно коррупционных конкурсов на сайте госзакупок бесконечно. Я просил своих сотрудников остаться после работы, чтобы писать жалобы, сам писал. А все в это время ждут, что я буду продолжать.
Тогда я предложил: давайте создадим некую систему, которая будет работать по определенным правилам и с определенной целью – отменять эти конкурсы. После этого начали писать еще больше, и стало окончательно ясно, что нужно создавать специальный проект – сажать юристов, специалистов, которые будут этим заниматься. Но у меня нет возможности стать антимонопольной службой. Я сказал: все сделаю, если соберете деньги. Оплачивать будем все вместе. Я готов внести 30 000 рублей, давать офис, покрывать какие-то расходы, но зарплату юристам нужно платить самим. И что я готов сделать все совершенно прозрачно: открою счет на Яндекс-Деньги, сделаю наблюдательный совет, каждого юриста мы представим. Задача минимум была собрать три миллиона рублей за год, задача максимум – пять миллионов. Мы собрали пять миллионов за три недели. Когда сумма достигла семи миллионов, я приостановил сбор, потому что больше мы не смогли бы освоить. Меня это самого очень сильно удивило.
Скажу честно, я стал собирать деньги только в тот момент, когда был уверен, что соберу три миллиона рублей. До этого мне не раз предлагали сделать что-то подобное, но я не был уверен, что соберу больше, чем будет стоить администрирование. Когда я понял – в феврале – что необходимый минимум соберу, я начал. Но то, что это произойдет за две недели и что в этом поучаствуют 15 000 человек, было для меня шоком.
Я наблюдал много гражданских проектов, и никто из них никогда не собирал деньги с людей – это всегда были гранты либо спонсоры. Никто не верил, что можно собрать сколь-нибудь существенную сумму. В партии „Яблоко“ не было членских взносов, и вместе с Митрохиным я организовывал сбор добровольных пожертвований. Мы собирали, но собирали какие-то маленькие деньги. Никому и в голову не приходило, что в России можно вот так собрать миллионы. А оказалось вон оно что.
У наших НКО какая парадигма? Если тебе нужны средства на проект, надо пойти к олигарху и попросить. Никто не хочет связываться с этой тягомотиной по сбору денег. На самом деле мне помогла Америка. Не в прямом смысле, конечно. У нас в Йеле на одном из ужинов выступал лидер демократического большинства в Конгрессе. В том числе он рассказал и о финансировании Обамы, у которого среднее пожертвование было меньше 250 долларов, при этом он собрал рекордные даже для Штатов деньги. Он также говорил и про свою собственную кампанию, что среднее пожертвование было 25 долларов. Но то Америка, там другая культура и традиции, там много лет на все что угодно собирают, там другое количество кредитных карт, там гораздо проще это администрировать. И я подумал – чем хуже Россия? Есть сотни тысяч людей, которые одновременно пользуются Интернетом, имеют кредитные карты и хотят перечислить деньги. Пусть не 25 долларов, а 300 рублей. Я понял, что стоит попробовать, потому что ты соберешь денег больше, чем с любого олигарха, и сделаешь довольными еще кучу людей. Так и получилось – у нас среднее пожертвование 400 рублей. В новейшей истории России мы впервые показали, что деньги, измеряемые в сотнях тысяч долларов, можно собрать таким способом.
Мне удалось преодолеть кризис доверия, в том числе потому, что я создал систему, которая была неудобна для меня, но которая была абсолютно прозрачна для всех. Яндекс-Деньги – это инструмент, там куча отчетов. Координатор РосПила, Костя Калмыков, очень недоволен, что ему все это приходится делать. Но он делает, потому мы и собрали эти деньги. Сейчас всякие „нашисты“ пишут, что Навальный забирает деньги себе, какой-то офис на них снял, но любой человек знает, что это чушь, потому что все абсолютно прозрачно, есть наблюдательный совет из известных людей, которые в любой момент могут все проверить, и они проверяют. Мне никто никогда не предъявит, что я с ними сделал что-то не то. Прозрачность – мощная штука. Очень многие это недооценивают.
Коррупция настолько всех достала, что люди фактически наняли меня как такого народного прокурора. Мне очень многие пишут и спрашивают – чем я могу тебе помочь? Теперь был изобретен способ предоставить людям возможность помочь. Это фактически система, когда люди сами выбирают шерифа и платят ему зарплату. Они знают этого человека и доверяют ему. Получается парадоксальная вещь: они платят налоги, на которые это должно быть сделано, но поскольку ничего не делается, они готовы заплатить еще раз, но уже адресно, тем, кто гарантированно будет этим заниматься. Чем еще может помочь обычный человек? На митинг может сходить. Проголосовать. Я его к этому сейчас и призываю – проголосовать против „Единой России“. В Америке то же самое – на выборы пойти и денег отправить. И каждый занимается своим делом. Если же он готов посвятить свою жизнь, вырвать как Данко сердце из груди, он может поработать волонтером, скажем, два часа в день. Но у меня такой неквалифицированной работы нет. Когда начнется кампания перед выборами, может быть, понадобится наклейки клеить, тогда предложу. А сейчас и предложить нечего.
Наверное, я мог бы собирать чисто под свой авторитет, дескать, переводите на мое имя, я сам решу, что с ними делать, ничего не украду. Я бы ничего и не украл, и многие бы мне поверили и перечислили. Но это не то. Даже тем, кто мне верит, я все равно покажу все отчеты…»
К весне РосПил заработал. Был создан сайт, а на собранные деньги Алексей нанял юристов, которые начали бороться с коррупционными и неэффективными госзакупками. Уже в апреле жюри и пользователи Интернета выбрали РосПил победителем международного конкурса Best Use of Technology for Social Good. Однако очень скоро многие спонсоры проекта начали получать странные звонки. Звонившие представлялись журналистами и спрашивали, что побудило их пожертвовать деньги. Особенно странным было то, что «журналисты» знали об этих людях вещи, которых не должны были знать.
NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:
Когда я открывал счет, то задал яндексовцам прямой вопрос: «Проект точно не понравится Кремлевским Воришкам, рано или поздно придут от них ходоки, кому и на каком основании могут быть предоставлены данные о транзакциях?». На что получил прямой ответ: «По формальному письменному запросу спецслужб мы предоставим им все данные. Больше никогда и никому». На этом я и успокоился. Для запроса нужны же основания какие-то. Должно быть нечто формальное, где написано:
– Навального финансирует ЦРУ.
– ЦРУ финансирует Навальный.
– Навального финансирует Бен Ладен.
– Бен Ладена финансирует Навальный.
– РосПил – террористическая сеть.
– Навальный ест детей.
– Все, кто перечисляют деньги на РосПил, едят детей.
– РосПил создан, чтобы запретить Медведеву танцевать и отнять у него айпад.
Представьте себе моё удивление, когда Яндекс ответил: «Информация, касающаяся вашего счета, была передана ФСБ РФ по их официальному запросу».
Это поразило меня до глубины души. Ведь так долго я пытался привлечь внимание этих ребят. Три последних года я регулярно пишу в это ведомство различные жалобы и заявления. И ни разу. Ни разу эти мощные борцы за денежные знаки не сочли мою писанину достойной своего внимания. Один раз за все время с меня взяли объяснения по одному из «газпромовских» дел, но на этом всё и закончилось. Их не заинтересовал ни один из коррупционных конкурсов, обнаруженных и обжалованных РосПилом. Сотни людей копаются в госзакупках, а тысячи перечисляют деньги на проект потому, что нет никаких надежд на ФСБ, милицию, ДЭБ, прокуратуру, СК и всех прочих дармоедов. Но угрозу дармоеды видят как раз только в том, что люди сами объединяются на борьбу с коррупцией, да еще и сами финансируют такую борьбу.
