Но, как ни торопилась, она все равно слишком нерационально потратила этот час. Рази едва успела вымыться и высушить волосы. Только вышла из ванной в надежде хоть несколько минут побыть одной. Пришел Захри.
Ровно через час, как и предупреждал.
Принес ее одежду. взглянул тяжело, а у нее под его взглядом сразу сердце заколотилось в горле и ладони взмокли. Медленно подошел и встал перед ней, видно было, как шевельнулись его ноздри, втягивая воздух, кадык дернулся.
— Готова? — низко пророкотал, протягивая ей сверток.
Мурашки по шее поползли. Что ей было ответить? Стояла молча, глаза на него не могла поднять.
— Рази, — он коснулся костяшками пальцев ее щеки и чуть насмешливо спросил. — Тебе помочь?
От этого насмешливого тона ее словно холодной окатило.
— Не вздумай даже! — схватила у него сверток и тут же ушла в ванную.
Стала быстро одеваться. Но делать это, зная, что он за дверью, и дверь не закрывается, было отдельное испытание. А времени уже ни на что не осталось! Волосы, чтобы не возиться, она собрала в гладкий узел. Рази закончила и только потом посмотрела на себя в зеркало.
Увиденное заставило ее застыть. Черное платье, облегающее грудь и тонкую талию и расширявшее книзу колоколом, делало ее зрительно высокой и стройной. Золотое ожерелье на шею и тяжелые браслеты, широкий золотой пояс обхватывал бедра. И все это ощутимо искрило магией. Длинные серьги спускались почти до основания шеи, от них получался слабый, отливающий цветными искрами ореол. Оптический эффект, наверное.
Вышло хорошо.
Туфли… Переступила с ноги на ногу. Удобно. Это были даже не лодочки, черные балетки из удивительно мягкой кожи. Вроде не должны были, но почему-то подошли образу.
Ну вот и все. Надо выходить. Его нетерпение ощущалось кожей.
Вот и что ей теперь было делать?
Чувство безысходности, как будто ее загнали в ловушку. И этот бесстыдный жар, от которого ее заливает мурашками каждый раз, стоит ей вспомнить, как он к ней прикасался.
«Ты хотела настоящего?» — спрашивал внутренний голос. — «А это что?»
Это… Девушка хмурилась, глядя на себя в зеркало. Она не знала.
Наконец шумно выдохнула, подалась вперед, опираясь ладонями о прохладную столешницу, и зажмурилась. Хотелось выкрикнуть все свое напряжение, сомнения, невольный страх.
Сегодня ее свадьба, да?
Сегодня ее свадьба…
Наконец она вскинула на свое отражение взгляд.
Огромные зеленоватые глаза, горящие, настороженные. Глаза выделялись на бледном, немного осунувшемся лице. И губы. Припухшие, искусанные, они казались ей непристойно яркими. Прикрыла пальцами рот, румянец по щекам пополз.
Оглядела себя.
В последний раз приложила обе руки к губам, подавляя смятение.
Потом резко, так что юбка взметнулась колоколом, развернулась.
Вышла за дверь…
И застыла, словно со стеной столкнулась.
ГЛАВА 27
В комнате было пусто. Звенящая тишина и никакого ощущения присутствия.
Так странно, она же чувствовала его здесь, за дверью… Это его бесстыдное насмешливое нетерпение, оно подхлестывало ее, вызывая внутренний протест. Рази ведь готовилась сражаться, правда, сама не знала, с чем. А сейчас весь запал куда-то исчез, остались одно недоумение и тревожность.
Девушка стала озабоченно оглядываться, но спрятаться тут было практически негде. Небольшой столик, пара тумбочек по стенам, подушки, ковер…
Белая шкура на полу. Ничего больше. И никого.
В том, что Захри был здесь еще минуту назад, Рази была уверена. Она даже позвала тихонько:
— Господин… Захри?
На всякий случай, вдруг он решил так подшутить над ней. Ничего. Она застыла, приложив руки ко рту, и нахмурилась. Что могло случиться? Он так торопил ее, а сам…
Передумал?
Огорошивающий своей простотой вывод придавил сознание. Боже. Как глупо теперь выглядели все ее потуги бороться. Разочарование разлилось в крови.
Рази огляделась снова. Эта комната, ставшая на какое-то время непонятным мирком для двоих, вдруг разом превратилась в тюрьму. Ей даже стало казаться, что стены начинают надвигаться и рано или поздно раздавят ее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Остался единственный островок — белая шкура.
Рази медленно прошла по ставшей вдруг чуждой и опасной комнате и опустилась на белый мех. Здесь… По-прежнему ощущалось безопасно. Здесь… Запах его.
Она не выдержала, закрыла лицо руками и заплакала.
Сегодня ее свадьба, да?
Однако момент жалости к себе прошел. Девушка села, подобрав под себя ноги. Потерла плечи ладонями, на нервной почве от всего этого ее стало знобить. Зато немного лучше начала соображать голова.
Когда жизнь раз за разом безжалостно обрубает твои надежды, у тебя есть два пути. Опустить руки, смириться и плакать, или упрямо идти вперед и не сдаваться. Быть жертвой или бойцом? Рази мрачно усмехнулась. Она же все-таки боевой маг, хоть и необученный, и неопытный. И слишком долго была жертвой обстоятельств.
Резко встала и замерла сжимая кулаки. Снова оглядела комнату, замечая, что спальня сейчас выглядит немного иначе.
Не зря ей показалось, что стены надвинулись на нее. Так и было. Еще одно кольцо чуть подсвеченной тонкими светящимися прожилками чистой энергии вихрилось по контуру и перетекало на потолок. Теперь ей даже виделся легкий холодноватый туман, стелившийся по полу. Дополнительная защита. Или?
Маленький огненный сгусток, который она отпустила к этой новой «стене», мягко спружинил и поплыл обратно к ней. Как только очутился над шкурой, тут же исчез. Предположение оказалось верным. Комната была укрыта магической завесой, как коконом. Кроме Захри, сделать это было некому.
Зачем? Неужели он успел установить новую защиту за те несколько секунд, что она шла от зеркала в ванной до двери? Но тогда… Рази опустилась на шкуру, борясь с нахлынувшей тревожностью.
Что-то случилось.
Совсем иные мысли полезли в голову. Только недавно она мысленно ругала его про себя последними словами. Теперь у нее сердце сжималось от беспокойства. Рази видела, что он здесь фактически один, и ему трудно. Приходится постоянно сталкиваться с противодействием и откровенным предательством.
И тут вдруг пришло в голову, что ее мать была утром в этой комнате!
И сразу холодом прошибло.
Может быть, это и могло бы показаться противоестественным, но Рази не доверяла ей. Почувствовала неладное, как только увидела. Она шумно задышала, закрывая ладонью горло, и снова стала оглядывать комнату.
Не могла Лаал как-то ему навредить? Те несколько секунд, что эта мысль возникла у нее в голове, были очень тяжелыми. Потом она сказала себе — нет.
Надо перестать себя накручивать!
Надо просто дождаться, когда придет Захри. Дождаться, и все.
Она опустилась на белый мех, обхватила себя ладонями и затихла. А потом и вовсе прилегла на шкуру и закрыла глаза. Так легче было ждать.
* * *
Захри торчал под дверью ванной и исходил странным чувством, которое мог назвать только притяжением. Его притягивала Золотая змейка, переодевавшаяся сейчас там, внутри. Он мог бы войти прямо сейчас. Дать себе волю. И плевать на все. От этих мыслей горячие искры бежали под ребрами.
Мог бы. Но сдерживал себя, потому что обещал.
Мужчина шумно выдохнул и закрыл глаза, откидывая голову назад. Ему надо охладиться. Что она копается там так долго? Потом отвернулся, оглядывая комнату, просто, чтобы отвлечься.
И вдруг увидел на полу крохотный клочок бумаги.
Его мгновенно залило холодом. В следующее мгновение он уже острожно поднимал это. Сложенный вдвое маленький листочек бумаги. Развернул его и тут же смял в ладони. Тот же почерк! Если эту дрянь подсунула вдова Нигмата…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Клянусссь, Лаал, ты не доживешшшь до утра!» — прошипел он про себя.
Потом сообразил, что записки не было, когда он входил сюда. Она появилась только что.
Но додумать ему не удалось. Буквально взорвались сигналки, и не одна, а сразу несколько. И вторжение не одиночное. На Васан напали, только идиот мог этого не понять. Но ведь он защиту укреплял меньше получаса назад!
