торговом центре, если не больше. Город ждет ну о-очень долгая эвакуация.
Хотя власти быстро разморозились, стоит отдать им должное. Вряд ли люди в квартирах начали голодать, а уже идет эвакуация.
Нас, искателей, ждало другое дело. Из оставшегося автобуса выпрыгнул лысый, но мышцастый толстячок, судя по погонам — прапорщик. О чем-то коротко переговорил с Крауном, отдал пару распоряжений солдатам, приехавшим с ним, а потом добрался до нас, сбившихся в толпу искателей.
— Здравия желаю, товарищи герои, — насмешливо сказал он. — Меня зовут Бебель, и сейчас мы с вами разберем основы обращения с автоматами.
Солдаты тем временем несли автоматы и вручали каждому из нас.
— Не боитесь, что кто-то из нас по неопытности себе в ногу пальнет?
— Оружие не заряжено. Но я рад, что вы подняли этот вопрос. Вы — искатели, каждый из вас априори — оружие. Кто-то даже опаснее автомата. Если вам интересно мое мнение, я тоже не хочу давать автомат тем из вас, кто не прошел подготовку, но начальство приказало, поэтому берем автоматы и следуем моим указаниям. Выстроиться в шеренгу! Кто не хочет подчиняться и не согласен работать в команде — шаг из строя! Никого? Отлично! Кто не готов пользоваться оружием, шаг из строя, мы определим вас в отдельную команду! Целых семь? Хорошо, я рад, что вы предпочли сразу признаться в этом, а не в бою. Идите за товарищем солдатом, он объяснит, что вам делать дальше.
Дальше мы получили короткую инструкцию, как пользоваться оружием. Как снаряжать магазины, как вставлять их в пистолет (вот пистолеты нам не выдали) и автомат, как перезаряжать, снимать и ставить на предохранитель. После этого каждый из нас получил пустые автоматы, пустые рожки и раз по тридцать выполнил команды инструктора. Все еще недостаточно, чтобы научиться пользоваться оружием, тем более — чтобы вывести навыки на уровень мышечной памяти. Но хотя бы запомнили, как переключать режимы стрельбы. Сборки-разборки автомата тоже не было, но это я помнил с уроков ОБЖ.
Честно говоря, сейчас я перестал чувствовать себя в безопасности. Когда каждый вооружен, и пользоваться им толком не умеет, начинаешь опасаться всех и сразу.
— Получил оружие — проверь, заряжено ли оно! — орал инструктор. — При обращении с оружием не направляй ствол в сторону людей, не целься в другого и не допускай, чтобы целились в тебя! Любое оружие считай заряженным до тех пор, пока сам его не проверишь и не разрядишь. Разрядил оружие — обращайся с ним как с заряженным. При отводе затвора назад ствол оружия направляй только к цели или вверх под углом в сорок пять градусов в безопасном направлении. Во всех случаях не накладывай палец на спусковой крючок до тех пор, пока не будет необходимости в открытии огня! При стрельбе с двух рук из оружия со свободным ходом затвора, хват должен быть таким, чтобы затвор не травмировал руки. Все поняли? Повторяю снова: получил оружие…
Когда мы вдоволь навыполняли указания и выучили инструкции, которые орал прапорщик, принялись снаряжать рожки патронами. К идиоту, который без команды попытался вставить магазин в автомат, прапорщик подскочил почти мгновенно и сразу залепил мощную оплеуху. Явно не обошлось без облика — силуэт Бебеля во время рывка подернулся туманной дымкой. Вот и выяснилась причина, по которой перед нами прапор, а не кто-то более… весомый, что ли.
— Команды не было! — орал Бебель.
— Мы чо, подчиненные что-ли⁈ — не менее громко огрызался обозленный искатель.
— Вы не подчиненные, и вольны уйти в любой момент. Но пока ты держишь выданное тебе оружие в толпе товарищей, будь добр, следуй моим указаниям! И то же самое касается вас, когда будете идти на задание! Еще раз повторяю — кто не хочет подчиняться и не согласен работать в команде — шаг из строя!
И тут я был согласен с прапорщиком, а не с рядовым — в голову лезли мысли, что бинт пулю из автомата точно не отразит, даже будь он серебряного ранга.
И муштра началась по новой. Я даже был за это благодарен — лучше на полчаса дольше помучаться, зато убавить шансы, что кто-то снова решит присоединить магазин без команды, снять без команды оружие с предохранителя и без команды попробовать надавить на спусковой крючок, чтобы проверить, будет ли выстрел.
— Вопросы? — прохрипел прапорщик, сорвавший голос за час инструктажа.
— Почему на моем автомате кровь? — спросил я.
— В каждом отделении полиции есть «оружейная комната», где хранится оружие на каждого рядового полицейского в случае мобилизации. Кроме того в участках бывают комнаты «вещдоков», где могут находиться на хранении стволы. А ещё есть погибшие патрульные ППС-ники, те, которые нарвались первыми на зомби или на монстров. Это и АКСУ, и прочее. Я не знаю, откуда мы достали твой автомат, товарищ искатель, в чьих конкретно руках он был до этого. Зато знаю, почему его не очистили от крови — потому что у нас хватает дел и без того. Я не знаю, оставят ли оружие вам после участия в сегодняшней зачистке, но сегодня это твой автомат, и тебе его чистить, товарищ боец. Постарайся не оставить на нем свою кровь. А теперь все сложили рожки в эту коробку, отвели рукоятку затворной рамы, на всякий случай, поставили оружие на предохранители и по микроавтобусам! По семь человек в каждый! Вы семеро — в этот. Вы — туда…
Под ускорением мне понадобилась всего секунда, чтобы шагая за спинами, призвать шкатулку, открыть, ссыпать в нее горсть патронов, заныканных в рукаве при набивании магазина, и отозвать артефакт. Автомат у меня есть, теперь и патроны появятся.
Ехать в микроавтобусе было непривычно. Я за несколько дней будто разучился находиться в транспорте. В голову лезли всевозможные твари из бестиария, которые были достаточно большими и сильными, чтобы сходу опрокинуть или даже растоптать микроавтобус, а за секунду даже я отсюда не выберусь. Я бы чувствовал себя в большей безопасности на крыше машины или — если бы бежал рядом.
Небо над городом никогда не было таким шумным. Минуты не проходило, чтобы над нами не пролетел вертолет. Я даже беспилотники замечал. Такая подготовка, как нам сказали, должна полностью решить проблему монстров на улицах. Власти наконец всерьез озаботились проблемой Красноярска.
Я проверил телефон. Связи все еще не было.
Микроавтобус привез нас в Железнодорожный район, который, судя по всему, не до конца зачистили от арахнидов. Здесь нашу
