Выйдя из шумного бара на улицу, Рэйф вынул сотовый и набрал номер Пенелопы. Но вдруг, когда уже начался дозвон, в голове вспыхнула мысль: наверное, нужно еще рассказать Пенни, что причина смерти ее матери – вовсе не наркотики. Разумеется, такие вещи не сообщают по телефону. Сбросив звонок, Рэйф сунул мобильник в карман и подумал: «Хорошо, что я знаю, где Пенни живет». Улыбнувшись, он вернулся в паб, размышляя о том, что чем дольше он тут задержится, тем выше вероятность, что Пенелопу он застанет уже в пижаме.
Здесь, в пабе, играла неплохая группа, и было отличное пиво. Когда Рэйф заявил Неряхе, Мэтту и остальным, что хотел бы выйти с ними на сцену в память о старых добрых временах, его тут же начали радостно хлопать по спине, и на этот раз заказали не только еще по пиву, но и виски.
– Тебе это понравится, чувак, – сказал Неряха. – Скорее бы рассказать эту новость туикнемским близняшкам. Спорим, они тут же примчатся сюда в своих ковбойских шляпах. Эй, давай им звякнем! Думаю, они будут не прочь сегодня развлечься.
– Сегодня не могу долго рассиживаться – у меня скоро одна встреча.
– Эй, не уходи. Послушаем группешник – они неплохо играют для кучки старперов.
Рэйф посмотрел в сторону музыкантов на сцене.
– Они действительно все уже стариканы. Этот паб – самое место для ирландской музыки. Под открытым небом они бы и вполовину так хорошо не звучали.
– Только при них это не ляпни. Они будут играть на фестивале. Это одна из тех групп, что выступали тридцать лет назад и вновь собрались ради юбилея.
Рэйф прочел название группы, написанное на мембране «бочки» барабанной установки.
– Как они называются? «Лапы»?!
– Смешно, да? Говорят, это в честь их лидер-гитариста – у него такая кличка.
– Что еще за прозвище – «лапы»? – Рэйф снова кинул взгляд на сцену, пока официантка расставляла на столе новые порции пива. – По мне, так у него обычные руки.
– А вот и не обычные! Ты только послушай его: этот парень настоящий гений! Вообще-то его зовут Пэдди. Неплохое имя для ирландского чувака, правда?
И не говори, – усмехнулся Рэйф. – А фамилия у него Мерфи?
У Неряхи отвисла челюсть.
– Ты его знаешь, что ли?
– Нет. – Теперь Рэйф во все глаза смотрел на гитариста. «Лапы». Пэдди – сокращенно от Патрик. Патрик Мерфи, который играет на гитаре и был на фестивале в Локсбери тридцать лет назад. Какова вероятность, что это отец Пенелопы?
А вдруг Джули права, и каждая неудача ведет лишь к новой зацепке? Если истине суждено раскрыться, лучшее, что можно сделать для Пенни, это убедиться, что всплыла вся правда.
Совпадение было слишком невероятным, чтобы его проигнорировать. Может, дождаться, когда группа закончит выступление, купить этому гитаристу пива и выяснить, знал ли он девушку по имени Шарлотта Коллинз?
Размышляя так, Рэйф продолжал потягивать пиво и разговаривать с друзьями.
– Эй, Неряха! А что ты сделал с моей старой ударной установкой, которую я тебе когда-то подарил?
– Она все еще валяется в моем гараже. Как память о прошлых деньках.
– Собираешься и дальше ее хранить?
– Даже не задумывался над этим. Думаю, мне не мешало бы время от времени освобождать гараж от хлама, а то туда перестала помещаться моя машина. А что?
– Да я тут на днях познакомился с одним мальчишкой, которому нужно помочь найти в жизни свой путь. Если что-то и может помочь ему справиться с подростковыми страхами, так это ударная установка.
– Точно. Можешь забрать ее в любое время, чувак. Все равно она когда-то была твоей.
Телефон, вибрирующий в кармане, наконец привлек внимание Рэйфа, наслаждающегося приятными посиделками с друзьями. Увидев, что на экране высветилось имя Пенни, Рэйф торопливо вышел из бара на тихую ночную улочку.
– Пенни, привет, детка!
– Как ты мог, Рэйф! Ведь ты же знал, как это важно!..
Боже правый, она что, плачет?!
– Я доверилась тебе, а ты так поступил!..
Точно. Она плачет. Или настолько рассерженна, что ее голос дрожит.
– О чем ты говоришь? Что я, по-твоему, сделал?
– Джули. Ты рассказал ей.
– Рассказал о чем? – недоуменно спросил Рэйф, но по спине его от нехорошего предчувствия побежали холодные мурашки.
– Обо мне, о бабушке с дедушкой. Она заявилась к нам домой и начала задавать разные вопросы… О боже, Рэйф, ты даже не представляешь, что ты наделал!
– Я ничего ей не говорил. Она и так уже все знала. Я как раз собирался тебе об этом рассказать…
– Думаешь, я в это поверю? Это ты ей все выложил, а потом она пришла к нам, и теперь… Теперь дедушка может умереть…
– Что?!
– Они прогнали эту журналистку, но мама очень расстроилась. Рита позвонила мне и рассказала о произошедшем. Когда я добралась домой, мне пришлось вызвать скорую. – Она сдавленно всхлипнула. – У дедушки сердечный приступ. Он в реанимации, и врачи не знают, выживет ли он. И это все из-за… из-за… Боже, ну зачем я тебе все рассказала?
В трубке раздались гудки. Что Пенелопа имела в виду? Что во всем виноват он, Рэйф?
Но ведь это не так. Однако полный отчаяния голос Пенни словно продолжал еще звучать в его ушах, заглушая телефонные гудки. И почему-то на душе было так тяжело, будто Рэйф и вправду был виноват.
Глава 9
Пенелопа смотрела, как каталку везет к лифту бригада медиков, уже переодетая для проведения операции. Дедушка казался сейчас таким хрупким рядом с аппаратами, поддерживающими его жизнь.
Двери лифта закрылись за ними, и Пенелопа прижала ладонь ко рту. А вдруг она только что в последний раз видела деда живым? Он – единственный человек, который любит ее, даже когда она делает что-то не так или нарушает правила.
Пенелопа краем глаза увидела, что на лице бабушки написан страх, но подавила порыв подойти и прикоснуться к ней, чтобы утешить.
– Я отведу вас в комнату ожидания, – сочувственно произнесла медсестра. – Как только будет известен результат операции, вам его сообщат.
– Сколько она будет длиться? – Голос Луизы звучал так, словно она спрашивала о чем-то незначительном, но Пенелопа знала, что это всего лишь маска. Никогда раньше она не видела бабушку такой бледной, испуганной и даже растерянной.
– Трудно сказать, – ответила медсестра. – Если пластика сосудов не поможет, мистеру Коллинзу будут делать шунтирование. Точнее мы узнаем через час или около того. Ну вот мы и пришли… – Она открыла дверь в небольшую комнату, где были диваны, стулья, телевизор и столик со стопкой журналов. – Можете приготовить себе чай или кофе. Молоко в холодильнике. Если проголодаетесь, на первом этаже есть кафе, которое работает круглосуточно.
Мысль о еде вызвала тошноту.
