Читаем без скачивания Времени.net. 1977 год - Павел Алашкин

— Ты подписывай лучше. Расписаться нужно на каждом листе.

Я взял ручку и начал ставить свои подписи на этом, можно сказать, историческом документе.

После того как я закончил, ко мне в руки попала еще одна бумага. Ее текст несколько меня насторожил:

«Я, Анатолий Петров, 1972 года рождения, обязуюсь не разглашать сведения, изложенные в Протоколе исследования номер 12383. Все эти сведения являются государственной тайной. В случае разглашения ко мне будет применено наказание, предусмотренное законами СССР…»

— Юрий Тихонович, я вот здесь не очень понимаю.

— А что именно?

— То есть, после того как поставлю здесь подпись, я не смогу никому ничего рассказать о своих приключениях?

— Конечно! Ведь вся эта история строгая государственная тайна. Ты ведь только представь, если эта история всплывет в СМИ, особенно западных, какой вой поднимется. Мол, СССР начал реформы из-за человека из будущего. Ты же взрослый человек, сам понимаешь, чем может закончиться такая огласка.

— То есть мне даже сыну или любимой женщине нельзя это рассказать?

— Нет, нельзя. Даже и не думай. Государственная тайна, она такая. А к чему, собственно, эти вопросы?

— Да знаешь, у меня вчера мысль появилась книжку написать о всех этих событиях.

— Хорошая мысль, но не выполнимая, Толя, напиши про что-нибудь другое.

— Хм… Я-то постараюсь, просто про что писать в этом случае?

— Не знаю, честно тебе скажу…

— Ну хорошо, коли так вопрос ставится, то делать нечего.

Я прижал посильнее лист с текстом, словно он хотел куда-то улететь, и поставил свою подпись.

— Ну вот и отлично. Теперь давай начнем готовиться к старту. Сейчас у нас на повестке дня твое финальное обследование у врачей. За тобой сейчас зайдут. После него, если, конечно, все нормально, будет старт.

— А мы еще увидимся?

— Конечно, я провожу тебя до конца. А что?

— Знаете, я вот хочу сказать — для меня, сложилось все очень удачно. Периодически я представлял, как бы все получилось, если бы мы не встретились. Скорее всего, я бы, как Кочегаров, загремел в психушку. И сколько бы я в ней пробыл? Одному богу известно. А так судьба подарила мне уникальное приключение, которое я провел с прекрасными людьми. И что самое главное, я смог помочь своей стране. И львиная заслуга во всем этом — ваша. Я хочу, пока мы наедине, сказать вам огромное спасибо за доброе отношение ко мне. Я очень надеюсь, что в будущем мы обязательно увидимся.

— Ой, Толя, — было видно, что моя небольшая речь произвела на него впечатление, — да ну что ты, не стоит меня благодарить. Наоборот, я крайне признателен судьбе, что она связала меня с тобой.

В этот момент в дверь постучали, в открывшийся проем заглянул врач.

— Юрий Тихонович, ну что, мы нашего пациента забираем? Все вы успели сделать?

— Да-да, Сергей Викторович, отдаю его в ваши руки. Не мучайте сильно.

— Да будет вам, какие же там муки? У нас же все просто.

— Иди, Толя, — обратился ко мне Юрий Тихонович. — Я думаю, за час-полтора наши эскулапы полностью тебя осмотрят.

Я поднялся и вспомнил, как первый раз появился в этом кабинете. Теперь я смотрел на него в последний раз. Где-то под сердцем защемило. Было такое ощущение, что в моей жизни заканчивается что-то важное. Такое, чего уже никогда не воротишь. А ведь так оно, по сути, и было.

Я вышел из кабинета и пошел за врачом. Как и предполагалось, в моем этом последнем обследовании ничего такого не было. Мне измерили давление, сняли энцефалограмму, просветили рентгеном, взвесили. Совершенно стандартные процедуры.

— Ну, можно сказать, ты здоров как бык, — заявил напоследок председатель медицинской комиссии. — Хотя сердечко еще, откровенно говоря, несколько слабовато. Может еще пару неделек у нас побудешь?

— Спасибо за заботу, но очень хочется попасть к себе домой.

— Понимаю и ставлю свою подпись под выводом комиссии — к броску во времени готов.

— Спасибо вам большое!

— Ну, в добрый путь тогда.

Врач взял телефонную трубку и набрал какой то номер.

— Алло, Юрий Тихонович, мы осмотр закончили, можете забирать подопечного. Сейчас за вами придут, — снова обратился он ко мне. — А от лица всей нашей комиссии хочу сказать вам, что нам было исключительно приятно с вами познакомиться. — Затем он приблизился ко мне совсем близко и на ушко прошептал: — А от лица российской интеллигенции я хочу вам сказать большое спасибо за то, что вы подтолкнули нашу страну к переменам.

Я улыбнулся и ничего не сказал в ответ. В комнату вошел Юрий Тихонович с мешком в руках.

— Ну что, пошли собираться?

Мы вышли из смотровой и подошли к лифту.

— Толя, я вот что хотел тебе еще сказать. По идее, наши ученые собрали аппарат правильно, но все-таки есть вероятность того, что это только наша догадка и произойдет скачок не в будущее, а в какое-то другое пространство.

— А куда же еще?

— Не знаю, я только предполагаю, может, и в будущее, а может, в какую-нибудь параллельную вселенную. Может, останешься у нас? Пока еще есть время, примешь такое решение.

Я задумался. В этих словах был определенный смысл.

— Нет, спасибо Юрий Тихонович. Я уже все решил. Тем паче, что мы скоро узнаем — правильно ваш агрегат работает или нет.

— А это как еще?

— В 2000 году появится Михаил, а в 2008 — я. Ждать осталось не так долго.

— Ну да… 20 лет. Дожить бы.

— Юрий Тихонович. Все будет хорошо. Нужно верить.

— Хорошо, — сказал он и нажал кнопку.

Мы спустились под землю и повернули в сторону лаборатории.

— Вначале давай вот в эту комнату зайдем, — сказал Юрий Тихонович.

— А что там?

— А переодеваться ты будешь? Или в одежде 1977 года обратно полетишь?

— Уп-с, я про это как-то и не подумал.

— Сейчас это тебе прощается. Заходи в комнату, переодевайся.

Мы зашли в комнату, и Юрий Тихонович достал из мешка мою старую одежду, в которой я оказался в 1977 году.

— Ух ты! — вырвалось у меня. Я взял свою рубашку, и вдруг понял, насколько сильно я соскучился по своему времени. По московской толчее, по напряженным лицам людей, которые толпами передвигались по метро. Даже по своему начальнику, который не ставил меня ни в грош. А как мне захотелось положить в рот какой-нибудь бутерброд из фаст-фуда!

Моя одежда была постирана и аккуратно выглажена.

Я быстренько ее напялил и вытянулся по швам.

— От молодца, — улыбнулся Юрий Тихонович, — на, держи еще. — Он протянул мне паспорт, кошелек и наручные часы.

— Телефон, как ты понимаешь, я вернуть не могу, он является частью нашей машины времени.

— Да бог с ним, пускай он у вас остается. Я себе другой куплю.

— Я тоже так думаю. Значит, сейчас мы делаем следующим образом. Мы заходим, отправляем тебя. Если все правильно, через мгновение ты окажешься в той же самой комнате, но через 31 год. Тебя должны будут встретить. Я, если доживу, тоже буду там.

— Да уж, постарайся, пожалуйста.

— Постараюсь. Ну что, до скорой встречи?

— До скорой!

Мы пожали друг другу руки и обнялись.

— Пошли!

Мы вышли из комнаты и вошли в лабораторию. В ней находилось несколько человек, одетых в белые халаты, в прозрачных пластмассовых масках.

— Здравствуйте, — обратился я ко всем.

Нестройный хор голосов ответил мне приветствием.

Я наклонился к Юрию Тихоновичу и спросил:

— А это те люди, которые починили машину времени?

Он улыбнулся и ответил:

— Да, это они.

— Я хочу их поблагодарить.

— А вот это совершенно запросто и, я думаю, будет абсолютно правильно.

— Товарищи, — обратился он ко всем, — у нас есть для вас сообщение, давайте немного отвлечемся от работы.

Ученые привстали из-за рабочих мест и посмотрели на меня, многие из них улыбались.

Меня охватило какое-то трепетное чувство. В груди родился нервный комок, который из за всех сил рвался наружу.

— Друзья, товарищи, дорогие мои! Почти два месяца, я ждал этого момента. Порой я впадал в отчаяние, мне казалось, что я больше никогда не увижу людей, с которыми раньше жил, работал, просто вместе проводил вовремя. Скажу больше, я даже начал привыкать к вашему времени, и периодически у меня появлялись мысли о том, чтобы остаться у вас. Но вы, дорогие мои друзья, вначале подарили мне луч надежды, а недавно саму надежду на то, что я могу вернуться обратно. Огромное вам спасибо за это. Вы сделали меня самым счастливым человеком на Земле!

Сотрудники лаборатории внимательно слушали меня, было видно, что каждый из них гордится тем, что присутствует в данный момент здесь.

Как только я закончил говорить, ко мне подошел один из ученых.

— Анатолий, я постараюсь вам сказать от лица всех присутствующих в этой комнате. Мы хотим высказать вам большое спасибо за то, что нам посчастливилось работать над такой интересной научной проблемой. Поверьте, для нас это самое настоящее счастье.