Я был здесь впервые, и меня поразило странное чувство защищенности. Словно бы на входе в низкую дверь меня ощупали с головы до ног и признали своим любимым детищем, малым, слабым и неразумным, которое нужно оберегать от этого жестокого мира. Я мимоходом бросил взгляд на Аркадию. Странно, на лице этой женщины было какое-то детское выражение. Обиженная девочка, которая пришла к любимой маме, сейчас изольет ей свое горе и обязательно получит правильный совет, который расставит все по своим местам. Разгладились морщины на лбу Лин-Ке-Тора. Неуловимо изменился Хансер. И я вдруг понял, что он просто расслабился. Просто не прощупывает пространство вокруг в ожидании удара в спину. И еще он растерян, потому что такого состояния покоя он просто не помнил в своей жизни. Оно было новым, как первый поцелуй.
Тайви – у нее словно крылья выросли. Шаг стал еще легче, взгляд мягче, а движения плавней. Ею можно было любоваться, и здесь ни у кого не возникло бы вопроса: «Чего он пялится?» – но больше всех преобразился Орсо. Он словно стал выше ростом, еще шире в плечах, а осанка приобрела поразительное величие. Лесной король вступил в свой замок, не иначе. И замок радостно приветствовал своего… нет, не повелителя – младшего брата, любимого брата, который все понимает с полуслова, от которого нет тайн, который будет стоять за тебя насмерть и не надеется, а твердо знает, что в тебе пылают те же чувства.
Вдруг мне показалось, что настоящее сердце Зеленого домена не в Замке, где находится алтарь, а здесь, в маленькой избушке. Впрочем, маленькой она была лишь снаружи. Внутри оказалась просторной. Посреди единственной комнаты стоял дубовый стол. Несколько колченогих стульев – как я заметил, столько же, сколько было нас. В углу лежали какие-то сумки, а у дальней стены была лестница на чердак. Печь, простая русская печь, поленница дров. Маленькие окошки, затянутые слюдой. Ни свечей, ни лучин, но и темно не было.
Хансер тут же плюхнулся за стол и, уронив голову на руки, облегченно вздохнул. Все посмотрели на него недоуменно. Все, кроме Тайви. Похоже, за тот краткий срок, что они были вместе, девочка успела рассмотреть, какую ношу несет наш прерывающий нить, и не удивилась такому его поведению в этом месте.
В сумках оказался сухой паек. Мы уже изрядно проголодались, так что первым делом добрались до него. Я тяжело вздохнул, жуя сушеное мясо с сухарями и запивая разбавленным вином. Все-таки привык я к нормальной пище. Это Лин-Ке-Тор может есть что дано – привык в походах. Аркадия это сразу подметила.
– Что, Луи, аристократический желудок сопротивляется грубой пище? – не упустила она возможности вставить шпильку.
– Мы, маркизы де Касталенде, готовы терпеть лишения, если, конечно, без этого не обойтись, – проворчал я в ответ.
Особо пререкаться желания не было. Я вдруг понял, что на ближайшее время воинский сухой паек станет моей пищей. А этого добра там было на неделю каждому. Неделя без нормальной еды! Вы можете представить, что это такое, благородные сеньоры, если вы, конечно, благородные сеньоры.
– Маркизы? – Аркадия фыркнула. Похоже, у нее было игривое настроение и она решила задолбать меня. – Я вообще сомневаюсь, что ты принадлежишь к сему славному роду. Подкидыш, не иначе. Все Касталенде были воинами, защищали свой домен с мечом в руке, воинами далеко не из последних. А ты? Ни в маму, ни в отца, а в заезжего молодца. И замашки воровские. От аристократии в тебе только гонор и щеголеватость.
Вот так так! Я аж шлепнулся на стул. Высказалась, по всей родне проехалась. Будь она мужчиной, здесь уже расчищали бы место для дуэли. А что возьмешь с женщины? Оправдываться? Что-то доказывать? Фи, какая низость. Доказывать простолюдинам свое благородное происхождение иначе, чем ножнами шпаги по заду, – это опуститься до их уровня. А бить женщину… Ну это вообще ни в какие ворота не лезет. Лучшим было промолчать. Но так получалось, что я согласен с ее словами. Я все же не выдержал:
– Может, поищешь себе заступника среди сильного пола? – предложил я, сделав ударение на слове «сильного». Ее всегда бесило, когда о женщинах говорили как о слабом поле. – И вот ему-то со шпагой в руках я растолкую генеалогическое древо рода Касталенде. А уж он объяснит тебе понятными словами… если выживет.
– Нет, ну правда, иначе к чему такое поспешное бегство из Голубого… тьфу ты, Лазурного домена.
Еще одно оскорбление. До определенного времени мой родной домен действительно назывался Голубым. Но в один момент это слово среди низших приобрело… ну сами понимаете, какой смысл. И, что удивительно, хорошее высшие у низших перенимать не спешат, а плохое… Ну вот домен и переименовали в спешном порядке в Лазурный. А прежнее название – можете произносить, но это смертельное оскорбление.
В любом случае продолжать эту перепалку я был не намерен, поэтому молча продолжил есть, делая вид, что она – пустое место. Аркадия была кем угодно, только не дурой: понимала, за какой гранью шутка перестает забавлять и начинает злить. Конечно, все собравшиеся здесь (за исключением Тайви, конечно) неблагородного происхождения, и подколоть меня моим титулом – для них святое. Так что слова Аркадии и приняли как шутку. Все-таки все мы немного дети. Моя злость развеселила бы их еще больше, а клоуном быть я не намерен.
Тайви отнесла поесть Хансеру. Он как вошел, так и сидел, уронив голову на руки, неотрывно глядя на дубовую столешницу, и еду принял машинально. Он был сейчас далек от нас. Те, кто не знал моего друга, подумали бы, что последние события добили его, отняли волю к сопротивлению. Но мы-то все понимали: Хансер ищет выход. И он нашел его:
– Так, все сюда, – сказал он, и в глазах его вспыхнул хищный огонь.
Мы тут же подсели к столу. Честно сказать, даже я представлял с трудом, что можно сделать в нашей ситуации. Об остальных и говорить не стоит, сами понимаете. Они, опять же кроме Тайви, привыкли действовать, а не придумывать планы. А Тайви была далека от войн.
– Нам придется разделиться, – сразу начал он. – В таком случае мы прикроем все возможные пути отхода дарклингам. Луи, ты направишься в Город Ангелов. Ты его знаешь лучше всех. Сомневаюсь, что Грааль уже там. Но даже если и так – не вздумай к нему приближаться. Это моя забота. Ты будешь отвлекать внимание.
– До какой степени? – спросил я.
– Дай им понять, что мы не собираемся ничего прощать. Прикончишь парочку – хорошо, нет – тоже горевать не стоит. И еще попробуй узнать поподробнее о друидских стволах. Не может быть, чтобы тамошние оружейники ничего не знали. Ну и, понятно, схроны дарклингов. Найди хоть один. Ответный удар должен быть нанесен в любом случае. Если наша миссия провалится, свои дни, пока до меня не доберутся, я посвящу этому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
