Однажды мы прошли почти совсем рядом, на расстоянии весла, с огромным медведем, который стоял на упавшем в воду дереве. Встреча явилась для него такой же неожиданностью, как для нас, но мы проскользнули мимо по темной воде, и он издал только удивленное рычание.
Стало очень тихо, слышались только лесные звуки и нежное журчание воды. Вдруг на другом берегу в отдалении раздался грохот барабанов, иногда до нас доносились резкие выкрики. Затем между нами и деревней возник из темноты большой остров.
— Скоро, — прошептал Кеокотаа.
Прошло несколько долгих минут. До боли в глазах всматриваясь в западный берег, я не видел ничего, кроме черной стены леса. Воздух был влажный, неподвижный, течение сильное.
Мы ощущали движение воды, не видя ее. Неожиданный толчок в правый борт нашего каноэ отбросил нас на середину потока.
— Вот, — сказал Кеокотаа, — это здесь.
Он повернул нос лодки поперек сильного течения и начал мощно грести. Теперь мы не плыли по течению, а боролись с ним, а оно не собиралось нам уступать.
Река, по которой мы теперь плыли, текла по очень красивым местам богатой и прекрасной страны. Однажды нас пыталось догнать каноэ с четырьмя воинами, но мы намного опередили их, и они отстали.
Мои раны заживали хорошо. Правда, на голове остались шрамы от зубов огромной кошки, а со следами ее когтей на бедрах и на боку, мне, видимо, придется прожить всю оставшуюся жизнь.
Кеокотаа, как всегда, оказался прав. Пума, напавшая на меня, вероятно, повредила лапу и не могла больше добывать оленей. Теперь ее привлекала менее подвижная дичь. Я представлял собой великолепную добычу. К счастью, успел заметить зверя раньше, чем он совершил прыжок.
Раны зажили, но шрамы остались навсегда. Слава Богу, уцелело лицо! Я улыбнулся своим мыслям. Ну и кому какое дело до моей внешности! Мама и Лила очень далеко…
Арканзас извивался так же, как и Миссисипи, берега его заросли прекрасным строевым лесом. Строевой лес для корабельных мачт являлся одним из важнейших товаров, который шел из Америки в Англию. Здесь всюду росли великолепные деревья. Мои глаза привычно определяли их высоту, потому что мальчишкой я частенько отправлялся на заготовки строевого леса с отцом или Джереми Рингом.
Мы часто просиживали часами, изучая примитивные схемы и карты, которые отец составил по рассказам индейцев и другого бродячего люда. Где-то на юге Миссисипи впадала в большой залив. Когда-то люди строили на берегах Великой реки корабли и вывозили лес, меха и прочие товары в этот залив и дальше в море.
Большие цивилизации часто рождались на реках или на переправах. Нил, Тигр, Евфрат, реки Индии, Тибр, Сена, Темза… Возможно, такая цивилизация появится и на берегах Миссисипи.
Мои глаза привычно выискивали то, что нужно найти. На Стреляющем ручье, когда мы возвращались с охоты, отец обязательно спрашивал нас, что каждый видел. Он хотел, чтобы мы замечали не только следы зверей или индейцев, но типы скал, леса, возможные источники минералов, в которых наше производство постоянно нуждалось.
В результате были обнаружены залежи серы, железа и свинца. Конечно, мы всегда искали драгоценные камни и нашли несколько действительно очень ценных. На один такой камень можно было купить весь груз небольшого корабля.
Теперь мы держались вдвойне начеку. Во-первых, индейцы, занимавшие эти территории, отличались воинственностью и жестокостью. Мы приступили к поиску следов Ичакоми и ее группы.
Несколько раз наше каноэ останавливалось в местах, которые вполне могли быть лагерными стоянками, но безрезультатно. Как они передвигались? На каноэ или по суше? Начи — речной народ, они не могли отправиться в столь дальний путь без каноэ.
Наша первая находка оказалась случайной. Измученные борьбой с сильным течением, которая длилась весь день, мы приметили ручей, впадающий в реку, повернули свою лодку в его устье и вытащили ее на илистый берег.
Кеокотаа пошел вдоль ручья искать место для стоянки, а я вытащил каноэ повыше. Когда привязывал его куском сыромятной веревки к корню, я заметил, как что-то блеснуло в иле, и пытался вытащить нечто напоминавшее кусок металла, но оно не поддавалось. Удивленный, я стал копать вокруг. Через некоторое время я извлек из ила… кольчугу.
Отмыв ее в воде, я понял, что она принадлежала какому-то испанскому солдату. Одному из людей Де Сото? Скорее всего, нет, хотя и это не исключалось. Де Сото пришел на Миссисипи примерно сто лет назад, но с тех пор здесь могли побывать и другие испанские солдаты.
Кеокотаа разводил огонь, когда я подошел к нему с кольчугой в руках, и показал мне остатки другого костра. Он развел свой в стороне, так что я мог хорошо разглядеть старое кострище. Оно принадлежало индейцам, а в стороне от него на краю леса мы увидели шалаш, сплетенный из веток, в том числе и с живых деревьев.
— Начи, — произнес Кеокотаа.
Шалаш был рассчитан на одного человека. В нем разместилась аккуратная постель из веток и травы тимофеевки. Все выглядело давнишним. И шалашом, и постелью пользовались недели, а скорее всего, даже месяцы тому назад. Тимофеевка, наверняка зеленая, когда из нее делали постель, теперь превратилась в сухое, мертвое сено.
Укрытие для одного человека. Для Ичакоми?
Но ни следов, ни знаков мы не нашли. Кто-то другой тоже останавливался здесь. В том числе и владелец кольчуги.
Сидя ночью у костра, я окончательно привел в порядок кольчугу, удалив с нее ржавчину и начистив песком так, что она снова заблестела. Я объяснил Кеокотаа ее назначение.
Мы развели очень небольшой костер, так как не хотели привлекать лишнее внимание. То, что я нашел кольчугу на том месте, где мог быть лагерь Ичакоми, не удивило меня. Другие останавливались здесь по той же причине, что и мы. И после нас тоже наверняка здесь будут останавливаться люди. Удобная стоянка для одного так же удобна и для другого.
Но что стало с Ичакоми? Жива ли она? Нашла ли то, что искала?
Она — Солнце, великая женщина своего народа, однако во время путешествия ей приходилось переносить те же трудности, что и всем остальным. Среди индейцев Ичакоми представляла собой редкость, наверное поэтому о представительнице народа начи ходили легенды. Она искала новый дом, новое место под солнцем для своего народа. Так же, как мой отец. И так же, как я теперь, разыскивая долину Секвачи. Я желал ей удачи.
А что касается Капаты… мы еще встретимся. Только тогда я буду здоров и вооружен.
Надеюсь, это случится скоро.
Глава 13
В то утро река ослепительно сверкала под лучами солнца, но вдоль берегов, там, где деревья клонились к воде, еще притаились тени. Проплывая мимо, мы задевали головами за ветки. За каждым поворотом нас ждала опасность.
