Где-то в глубине души проснулась, задремавшая было злость: "зачем, по какому праву, провиденье открыло мне будущие. Ведь этот же алтарь примет и меня в свое время. Не хочу существовать, зная наперед, где и как умру. Это несправедливо. Я хочу жить, вспоминать, что такое радостный смех, свет солнца, любовь…Я ведь потеряла все воспоминания, все, что должно быть у каждого человека, а взамен получила мрачное ведение".
Надо забыть об увиденном, слой за слоем наложить на него другие мысли и чувства, придумать сказку — свое потерянное прошлое. Это может сработать. Нужно просто верить в себя. Хм…Просто верить… А я не верю. И сказка будет с грустным концом…
Где-то поблизости раздались голоса. Я уже не была одна в этой темноте. Девушки начали просыпаться, переговариваться друг с другом, даже делать ставки на того, кто сегодня нас покинет. Они были смелы, но лишь до прихода "теней". Конечно, большинство ставило на меня. Как же иначе.
Мне было все равно. Я лежала в своем углу и не открывала глаза. Хотелась послушать о чем говорят вокруг, и о чем замолчат, когда я буду рядом.
Я все еще была подавлена. Конечно, было бы лучше кому-нибудь рассказать свой сон-ведение, например, Селестин. Ее голос не был слышен во время обсуждения того, кто сегодня нас покинет. Это еще раз подтвердило мою гипотезу о добром сердце девушки, и, возможно даже, неком простодушие. Но я не хотела перекладывать груз на кого-то еще. Зачем вселять еще большую панику в, уже зараженные ею, сердца. Они не смогут ничего противопоставить неведомому чернокнижнику, или… да какая разница кто таков наш убийца: маг стихий13, колдун, чернокнижник, некромант. Угрызения совести не будут мучить его больше, даже если я и узнаю, кто он.
Интересно, мы на самом деле знакомы? Ведь показался он мне похожим на кого-то. Только на кого? Или это вообще очередная шутка подсознания?
Новые вопросы, требующие ответа. На предыдущий: возможно ли выбраться отсюда? ответ дан. Нет, вы требуете невозможного. Но этот…
— Элен, можно с тобой поговорить, — ко мне подошла невысокая брюнетка с темными волосами — Шер. Ее сложно не запомнить. Акцент в речи, чрезмерно короткие волосы, бросающие вызов общественному мнению, — это выдавало в ней иностранку.
— Конечно, — безразлично киваю в ответ.
— Ты ведь знаешь, кого сегодня должны забрать? — На меня намекаешь?
— Нет, откуда?
— Мы думаем, тебя, — хм, они думают. Вы же не истина в последней инстанции.
— Я в этом не уверена, — да, 99,9 % еще ничего не доказывают.
— Элен, посмотри в глаза правде, — уже посмотрела, ночью, когда вы предавались законному отдыху. Она меня не вдохновила.
— Шер, чего ты от меня хочешь? — мне надоел разговор полный намеков. Хочется ясности, даже если она не входила в планы собеседницы.
— Извини, что прошу об этом, но могла бы ты не противиться этим людям, — а как я могу им помешать? — когда они придут за тобой, — великолепно, вы уже решили, что жертвой буду я.
— Может, мне еще к двери поближе пересесть? — мой голос источает яд, сарказм, но девушка не слышит ни того, ни другого.
— Мы будем рады, если ты так поступишь. Спасибо за понимание, — Шер быстро встала, собираясь уйти и передать всем заинтересованным лицам о моем согласии. Она так ничего и не осознала…
— Я тебя не поняла и я тебя не извиняю, — каменным голосом проронила я, глядя ей в спину.
Шер резко повернула голову в мою сторону. Мои губы расплылись в змеиной улыбке, видя страх на ее лице.
— Мне наплевать, что будет со всеми вами, а с тобой в особенности. Я и пальцем не пошевелю, что бы помочь, — ложь, которая, возможно, когда-нибудь и станет правдой, но не сейчас. Шер причинила мне боль своими словами, своей бездушностью. И я лишь ответила ей тем же.
Девушка хотела возразить, может, пристыдить меня, но не успела: за дверью послышались шаги. Сегодня тени решили посетить нас пораньше. Неужели их хозяину мало предыдущих жертв?! Шер как подкошенная упала на пол, испугавшись настолько, что позабыла об опасности, находится рядом со мной, выдуманной ли, реальной — не знаю. Ее руки дрожали, лоб покрылся испариной. Какое счастье, что я ничего не чувствую. Полное безразличие ко всему это даже удобно.
Открылась дверь. В темницу зашли трое человек. Один из них поставил поднос с едой и сразу же вышел за дверь. Двое других подошли к…, к Шер, и забрали ее. Я снова была спасена. Фортуна улыбалась мне, если это можно назвать везением, вот только, зачем?
За время пока безвольную девушку несли к выходу, никто не проронил ни слова. А потом дверь захлопнулась. Вскоре затихли и шаги за ней.
— Шер, почему ты, а не я? Это ведь была ложь, что мне все равно, что произойдет с тобой, со всеми вами. Я не церемонюсь только со своей судьбой, увидев ее окончание и осознав неотвратимость. Лучше б забрали меня! — я уронила лицо на пол и расплакалась.
Мне было жаль, о сказанных в запале словах, жаль, что нельзя повернуть время вспять и… Жизнь, как же я тебя ненавижу! Лицо было уже мокрым от слез, а я все еще не могла остановиться.
— Элен, ты не в чем не виновата, — это Селестин, наш добрый ангел.
— Она умрет, а я буду жить. Разве это справедливо? — громко спрашиваю, почти кричу, я.
Но ответить Селестин не успела. Вмешалась Марианн:
— Ты права, это несправедливо, — в голосе девушке злость.
Я оттолкнула от себя Селестин. Когда тебе сочувствуют, хочется продолжать рыдать и жаловаться на свою судьбу, но когда начинают в чем-то обвинять… тут уж совсем другой расклад.
— А тебе то что? Неужели ты так много поставила на то, что вас сегодня покину я?
— Да что ты вообще понимаешь?! — Марианн скривила свои, и без того тонкие, губы так, что они вообще превратились в две нити.
— Куда уж мне до дочери разбогатевшего торговца. В денежных вопросах ты ас. Небось, сама некогда стояла за прилавком, выдавая третьесортную подделку за эксклюзив.
Марианн отшатнулась: она ведь так хочет походить на аристократку. Все разбогатевшие крестьяне мечтают об этом. Марианн ничем не лучше других.
— Я тебя ненавижу.
— Взаимно, — я откинула волосы и улыбнулась. Да нет, ты мне просто безразлична. Вот уж из-за кого я точно не начну рыдать.
Марианн повернулась ко мне спиной и величественно, по крайней мере, ей так казалось, отправилась к другим сестрам по несчастью. Знала бы она, как глупо выглядит.
Я повернулась ко второй девушке:
— Спасибо за поддержку.
— Да не за что. Извини, за эту сцену. Мы просто все перенервничали.
— А ты за что извиняешься? — я удивленно приподняла брови — брось, все в порядке, — я махнула рукой. В моей душе была даже благодарность Марианн за то, что она остановила бессмысленный поток слез. Но это не помешало мне причинить ей боль. Возможно, я слишком жестока. Но меняться и становиться жертвой для кого бы то ни было, не желаю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
