Читаем без скачивания А жизнь так коротка! - Владимир Колычев

– Да у меня уже почти все схвачено, босс! Я сразу срубил, чем канитель эта дымит... На тормозах дело сойдет, не вопрос...

Баулу нравился оптимизм Кулибы. Только на душе было неспокойно.

– А завалишь дело, будешь умирать. Медленно и мучительно...

В глазах Кулибы появился страх. Уж кто-кто, а он знал, каким жестоким бывает Баул.

– О любой мелочи – сразу мне. В любое время!

На порученца надейся, а сам не плошай. Слишком крутая каша заваривается, чтобы сидеть сложа руки и ждать, когда кто-то за тебя ее расхлебает. Это дело он берет под жесткий личный контроль.

Следователь Малютин хмурил брови, напрягал взгляд – короче, делал умное лицо. Но Михайлов не воспринимал его всерьез. Хотя и не подавал виду.

– Личности преступников уже установлены... – вяло сказал он. – Вы уже в курсе...

– Да, конечно... Ранее судимые граждане Григорьев и Насонов... Их вина не вызывает сомнения... Только мотивы преступления неизвестны. Если они киллеры, то чей заказ исполняли?.. Так и не удалось установить, кому они могли подчиняться...

При желании установить это не так уж трудно. Михайлов уже знал, под кем ходили Григорьев и Насонов. Но предпочитал об этом пока молчать.

– А перестрелка у реанимационной палаты... Есть версия, что четыре преступника пытались ликвидировать Насонова. Как опасного свидетеля, понятное дело... Личности нападавших установлены. Их принадлежность к преступной группировке некоего гражданина Баулина не вызывает сомнения...

– Зато вызывает сомнение другое. Эти ли четверо пытались убить Насонова?.. И они ли убили милиционера?..

Ну вот, Малютин начал реализовывать заложенную в него программу.

– Точно установлено, что шестеро неизвестных, представившихся сержанту Коншину и старшине Званцеву сотрудниками ФСБ, таковыми не являются...

Дальше начался бред сивой кобылы. Из рассуждений Малютина следовало, что баульские молодчики не убивать пришли, а, напротив, защищать Насонова. И на подходе к палате столкнулись с неизвестными. Завязалась перестрелка, в результате которой неизвестные вынуждены были отступить... Бредовая эта версия ломалась легко. Прежде всего показания сержанта Коншина. Никаких сомнений, что бауловцы нападали, а не оборонялись. Потом, двое «неизвестных» стояли на стреме в палате – если бы они хотели, то успели бы убить Насонова...

– Где оружие, из которого убили сотрудника милиции Званцева? – задал наводящий вопрос Малютин. И тут же на него ответил: – Его унесли с собой неизвестные преступники. А это значит, что убийство милиционера их рук дело...

– Но почему, уходя, они не убили Насонова?

– Им помешали люди гражданина Баулина...

– Так все они были убиты...

– Тогда сержант Коншин... У него же было оружие...

– И пуля в ноге... В таком состоянии он ничего не мог предпринять против вооруженных бандитов...

– Вот видите, вы сами назвали липовых сотрудников ФСБ бандитами... Значит, вы согласны с моей версией...

– Боюсь, показания Коншина на корню разрушают вашу версию...

– Показания Коншина не протоколировались. А потому не могут быть доказательством...

– Вы хотите сказать, что мне необходимо допросить Коншина по всей форме?..

– Абсолютно верно...

В глазах Малютина была фальшь. Он совершенно не хотел, чтобы Коншин давал показания. Перед ним стояла задача – любой ценой обелить Баула. И он ее ревностно исполнял. И даже не боялся прослыть в глазах опера полным идиотом.

Через час после этого разговора Михайлов был в больнице, где находился на излечении Коншин. И там его ждал сюрприз. Раненый милиционер лежал на койке и тупо смотрел в потолок. В глазах пустота. И в памяти тоже... Он ничего не помнил, совершенно ничего...

– Видите ли, – встревоженно объяснял врач, – у него временная амнезия. Мы предполагаем, что это реакция на антибиотики...

«На хренотики!..» Какую-то гадость в сержанта вкачали. Это и вызвало провал в памяти. Ясно, дело рук бауловцев. Лихо работают ребята. Вот почему Малютин так уверенно строил свою сумасшедшую версию. Он знал, что Коншин будет выведен из игры.

Только и без показаний Коншина можно установить, кто прав, кто виноват. Следы пребывания неизвестных в палате Насонова. Расположение трупов. И логическое умозаключение: уходя, неизвестные забрали с собой трупы, а бауловцы нет – значит, последнее слово оставалось за теми. Но они-то не убили провалившегося киллера...

Но Михайлов не собирался рыть носом землю. У него есть сильный козырь, который побьет доводы Малютина и тех, кто стоит за ним. И этот козырь скоро войдет в игру.

Домой он возвращался поздно, в девятом часу вечера. У подъезда его поджидали два молодых человека в стандартном прикиде бизнес-мальчиков на побегушках – белые рубахи, галстуки, черные брюки, лакированные туфли. И на лицах лоск доморощенной презентабельности. Только это были бандиты. Михайлов раскусил их вмиг.

– Владимир Андреевич, можно вас на секунду? – вежливо спросил один из них, когда майор поравнялся с ним.

– Только на одну секунду... – Рука инстинктивно приготовилась нырнуть под куртку, за пистолетом.

Но бандиты не давали повода хвататься за оружие.

– Вы играли в лотерею. Вам выпал выигрышный билет. Двадцать тысяч долларов...

– Да что вы?

– Выигрыш можете получить через господина Малютина...

– Как это понимать?..

– Вы во всем с ним соглашайтесь, и все. Тогда вам обломится куш...

– А кто вам сказал, что я не согласен с Малютиным? – ядовито-вежливо улыбнулся им Михайлов. И тут же его лицо перекосило от ярости. – А ну пошли на хрен!

– Будем считать, что мы договорились, – ничуть не смутившись, заявил один из молодчиков.

Они не стали испытывать судьбу и ушли.

Малютин продался бауловцам с потрохами. Но мало того, он был уверен, что и Михайлова можно купить. И вел себя с ним сегодня соответствующе... Только хрен он угадал!

– Да все будет ничтяк, – успокаивал Кулиба. – Везде и подмазали, и соломки подстелили. Все путем...

Только Баул не обольщался насчет своей безопасности. Да, порученец сделал много – и следака прокурорского к рукам прибрал, и опера из РУОПа вроде приручил. Не должно следствие на него выйти, опорочить честное имя известного бизнесмена... А Бульдозер? Где он? Не станет ли он козырной картой в игре против него?.. Граф – вор в законе, он не должен воевать против него в союзе с ментами. Но времена нынче дикие, все может случиться...

– Ты в Москву гонцов снаряди, – пристально глянул он в глаза Кулибе.

– На тему?..

– Пусть мосты к ворам коронованным самым крутым наведут. Дело какое-нибудь им выгодное пусть предложат... Короче, на «бабки» их завязать надо...

– А кого конкретно и на какой вопрос?..

Баул наслышан был о «молитве», по которой живут блатные. И о «толковищах», о «правилках» кое-что знал. Граф подставит его под ментов, а это конкретный «косяк». За это его брат вор по головке не погладит. А еще беспредел за ним. А как иначе назвать случай с четырьмя пацанами Баула? Из-за какого-то хмыря-каратяки четыре трупа... Сход соберут воры, на понятия Графа поставят. И на глушняк ведь вальнуть могут. А прежде ошибку свою исправить заставят... Только вот беда, не знал он, кому именно телегу на Графа накатать. Но ничего, узнает. Кулиба пацан толковый, он почву пробьет...

– Я же говорю, самых авторитетных воров пусть ищут, – начал объяснять Баул. – Самых головастых пацанов в столицу направь... Мне нужны воры, которых на Графа натравить можно...

И он поделился с порученцем своими соображениями.

– Я все понял. Все будет в лучшем виде, – закивал головой тот.

Следователь Малютин сидел в кабинете городского прокурора. За одним столом с ним два опера из РУОПа, в том числе майор Михайлов.

– Следствием установлено, что гражданин Баулин не причастен к убийствам в городской больнице...

Прокурор выслушал его и облегченно вздохнул. У Малютина были все основания подозревать, что и его Баул поставил себе на службу.

– Гражданин Баулин покровительствовал гражданину Булатникову, которого хотели застрелить. И киллер, который пытался это сделать, мог вывести на заказчика. А Баулину необходимо было выйти на него. Ведь он покровительствовал, как я уже говорил, Булатникову. Поэтому он и послал своих людей защитить киллера. Но в результате перестрелки с неизвестными его люди были убиты. И своей гибелью они не допустили этих неизвестных к телу киллера...

Малютин нес полный вздор и прекрасно осознавал это. Но он провел следствие так, что все добытые им факты превращали этот бред в тщательно подчищенную версию. И эта версия нравилась прокурору. И Михайлов уже не усмехался. Он был серьезен. Значит, Баул «подогрел» и его.

– Есть версия, что киллера пытались убить люди вора в законе по кличке Граф, – сказал Малютин.

И тут же потух под взглядом прокурора.