Читаем без скачивания Запасный выход - Константин Туманов

– У меня к тебе разговор. Не нужно на меня так неприязненно коситься. Если бы я вас оттуда не вытащил – и ты и твоя мама были бы уже мертвы. Предполагаю, что сейчас на себя тебе пох… все равно в общем. Но подумай о своей семье. Ведь Леша непременно отправился бы мстить за вас и тоже рано или поздно погиб. Так что тайна – твой главный щит. Если ты это не головой, а сердцем понимаешь, тогда эту тему закрываем и продолжим разговор. Если же хочешь, чтобы я «свалил», то без проблем. Так как?

Девчонка нехотя повернула свою, хм-м, весьма симпатичную мордашку ко мне.

– Да понимаю я все. Дурой была, что этому подонку доверилась.

– Дело не в том, что он подонок. Даже если бы он был прекрасным парнем и никому ничего о тебе не рассказал, факт нарушения тайны был бы налицо. Важно то, что есть вещи, о которых просто нельзя говорить. Другу, мужу, родителям, детям. Как бы ни хотелось. Вот, например, я хочу доверить тебе дело, которое нельзя ни с кем обсуждать. Если о нем узнает посторонний, умрут как минимум несколько десятков человек. Не абстрактных людей где-то там, а тех, кто тебя окружает. Твоя мать, брат, тетя Ираида, я, ты… Достаточно пару слов и все. Гуманнее прямо сейчас выйти из комнаты и выстрелить каждому в голову. Хоть мучиться никто не будет перед смертью. Ты готова взять на себя ответственность за подобную тайну?

– Я… Я не знаю, дядь Олег.

– Никто тебя не заставляет ответить прямо сейчас. Реши этот вопрос для себя к утру. Нет – я и слова не скажу. Все-таки это огромная ответственность и взвалить ее на себя можно только добровольно. А утром мы уезжаем, и мне хотелось бы к тому времени знать ответ: могу я на тебя рассчитывать или нужно искать для этого дела другого человека. Договорились?

Дождавшись молчаливого кивка со стороны девушки, я поощряюще улыбнулся. Если я что-нибудь понимаю в людях, она согласится. И соблюдать доверенную ей тайну будет ревностнее многих. Подростковый максимализм заставит даже с матерью в разговорах молчать. На утро было запланировано начало работ по расчистке дороги от «проема» вниз. Насчет трактора, старенького бульдозера Т-130, Егор договорился. Как раз сейчас, судя по времени, он должен отгонять его на место.

Сначала предполагалось, что за рычаги он сядет сам, благо небольшой опыт имелся. Но, на мою удачу, совершенно неожиданно выяснилось: Иван по юности не раз работал как раз на таком. В его глухой деревеньке о правах и «гаишниках» только слышали, но вот вживую этого чуда никто не видал. Так что еще несовершеннолетний тогда парень имел довольно богатую практику. Да и, видимо, очень хотелось побывать на «той» стороне.

Ребятам разрешили просветить товарища, и они постарались, в красках живописуя наше путешествие к океану и обратно. Так что у человека появилось горячее желание пойти по их стопам. По сути – совсем еще пацан, вот на приключения и тянет.

Завтрак опять был выше всяких похвал. Вера Николаевна оказалась такой прекрасной стряпухой, что от стола было не оторваться. Давненько я в своей холостяцкой жизни так вкусно не питался. В редкие периоды пребывания дома готовил сам. Но всякие разносолы, понятно, были выше моих способностей. Да и желания, честного говоря. Лень – страшная болезнь. А в командировках то бутерброды, то забегаловки подозрительные. В общем, умял чуть не горку пирожков, подавая пример остальным.

Иван с Алексеем были веселы, а Славик взгрустнул. Была его очередь оставаться дома на хозяйстве – снайпер в такой грубой работе без особой надобности, а дом охранять в любом случае нужно. Света была задумчива и глаз от кружки с чаем не отрывала, без всякого интереса ковыряя завтрак. Все-таки серьезную задачку перед ней поставил. Воображение у подростков будь здоров. Видимо, она вживую представила себе все эти страхи, нарисованные мной в разговоре. Да и еще бог знает что.

Поблагодарив повариху, я отправился проверять свой «гольф». На «УАЗе» отец сегодня уедет в Красноярск, а мне придется отправляться в парк на «Фольксвагене». Впрочем, там вполне проходимая для него грунтовка, так что «потерять днище» можно не опасаться.

– Дядя Олег! – обернувшись на зов, я обнаружил стоящую прямо за мной Свету.

– Я согласна. Обещаю, что от меня никто и ничего не узнает. Клянусь. Просто… Сидеть здесь в четырех стенах я уже не в силах, и если могу вам помочь…

– Ну что ж. Хорошо. Тогда сегодня ты отправишься в поездку с нами. И то, что ты увидишь – ни с кем обсуждать не будешь. Договорились?

Девушка облегченно кивнула и мгновенно сорвалась с места.

– Стой!

– Да? – она резко затормозила и обернулась.

– Есть определенные правила, которые мы все соблюдаем, и тебе тоже придется. Командовать будет твой брат и его приказания выполнять беспрекословно. Тебе, мне, Ивану. Скажет ложиться – ложись, пусть под тобой даже муравейник. Скажет прыгать – не задумываясь подпрыгиваешь и не задаешь вопросов. Это понятно? Пошли дальше. Все мы будем вооружены. Ты тоже. Стрелять умеешь?

– Нет, – девушка озадаченно нахмурилась.

– Придется научиться. Кто-то – или сам Алексей, или тот, кому он поручит, покажет тебе, как нужно обращаться с оружием. Слушай внимательно и предельно серьезно. Постарайся все запомнить, как перед экзаменом в школе. Тебе выдадут рацию, такую же как у всех. Как ей пользоваться, тоже объяснят. Это несложно. И если кто-то из нас будет тебя поправлять в чем-то – не думай, что мы придираемся. Каждый из нас через это проходил. А теперь беги, приготовь себе одежду. Что-нибудь походное, неброское, неяркое. Можно взять у кого-нибудь из ребят запасной камуфляж. Все, давай.

После такого инструктажа я отправился обратно в дом. Предстоял еще один сложный разговор, на сей раз с Алексеем и Верой Николаевной. В итоге выехать получилось только через час, зато вместе со Светланой.

Егор уже ждал нас на поляне, восседая в кабине бульдозера, выставленного по меткам «проема». Трактор, естественно, должен спокойно проходить – все же почти пять метров ему, что называется, «за глаза». Точнее «за фары». Но от того, что настолько больших предметов мы через аномалию еще не пропускали, все нервничали. Ну, по крайней мере, я и сам Егор.

Проводку техники решили проводить по усложненной схеме. Сначала на ту сторону перебираемся мы с Иваном. Обязательны рюкзаки с провизией, боеприпасами и палаткой. Вдруг что случится, а мы без патронов и еды… Оглядевшись внизу, я поднимаюсь повыше и осматриваюсь в окрестностях. Прогулявшись несколько раз туда-сюда по ущелью, мы набили вполне различимую для опытного охотника тропинку, которая могла привлечь внимание аборигенов.

Убедившись, что кругом спокойно, я по рации сообщаю об этом Ивану, и тот подает знак через «проем». Егор со своей стороны фиксирует газ на тракторе и пускает его вперед без водителя. Ему нужно остаться на той стороне, чтобы контролировать аппаратуру – мало ли что с ней случится: перенапряжение, короткое замыкание или еще какая аномальная катастрофа. Если бульдозер проходит на эту сторону, Ваня запрыгивает в кабину и глушит мотор. После чего снова подает знак на ту сторону: все в порядке. И только тогда Леха с сестрой переходят к нам, прихватив с собой запасные канистры с топливом, а Егор отключает волновой генератор до вечера.

Несмотря на столь избыточную сложность, все прошло «без сучка и задоринки». Только оказалось немного странно смотреть, как из ниоткуда появляется трактор и резко начинает звучать его двигатель. Момент, когда появились Покрышкины, я пропустил, осматриваясь в этот момент вдоль ущелья. Как мне казалось, что если кто-то из дикарей и смог спрятаться в кустах во время нашего с Иваном появления, то сейчас, услышав громкий рев бульдозера, он должен стремглав уноситься прочь, со страху позабыв про маскировку. Или хотя бы как-то выдать свое присутствие. Но то ли абориген нынче пошел не пугливый, то ли и вправду в округе никого не было, движения я не засек.

Когда же вновь перевел взгляд на «проем», с нашей стороны уже стояла бледная Света в «братском» охотничьем камуфляже и с карабином за правым плечом, а Алексей разговаривал с приятелем, не забывая при этом обшаривать склоны взглядом.

– Хант Коту. Все нормально?

Рация зашипела, и я увидел, как Алексей обернулся и нашел меня взглядом, после чего наклонился к плечу, где крепился выносной микрофон рации.

– Кот Ханту. Все штатно. Действуем, как договаривались.

– Принято.

Прежде чем Иван снова завел движок бульдозера, на обеих сторонах ущелья расположились дозоры. Задача одна – отслеживание недружелюбного интереса местных жителей к непонятной шумящей и воняющей хреновине, да еще и дымящей немилосердно. С одной стороны Алексей, а с другой – мы со Светой. Ваня наконец-то занял водительское место у рычагов, плотно закрыв за собой дребезжащую мятую дверцу, и ожидал отмашки. В отсутствие старшего по званию, то бишь моего отца, командование принял на себя Покрышкин. Все-таки единоначалие в таких условиях, практически боевых, важно как никогда. И лишь убедившись, что мы добрались до самого верха склона и заняли свой пост в кустарнике, Леха скомандовал начинать.